рассказать вам, что со мной произошло несколько месяцев назад.
— Хорошо, милая, — слегка улыбается Ракель. — Можешь начинать, мы тебя внимательно слушаем. Говори все, что считаешь нужным.
— Постараюсь не тянуть время, но рассказать все подробно… — Наталия набирает побольше воздуха в легкие, медленно выдыхает, берет в руки подушку, что лежит на кровати, крепко обнимает ее и подгибает под себя ноги. — Все это действительно произошло пять месяцев назад. И чтобы вы все поняли, я буду рассказывать обо всем по порядку… О причинах и следствии…
Ракель и Терренс энергично кивают, пока Наталия больше сжимает подушку в своих руках, выглядя довольно напряженной и изо всех сил борясь с желанием продолжать и дальше хранить все в себе.
— В общем все началось спустя несколько дней после того, как я познакомилась с Эдвардом. Только не думайте, что он виноват во всех моих бедах. К тому, что произошло несколько месяцев назад, этот человек не имеет никакого отношения. — Наталия прикрывает глаза и тяжело вздыхает. — Тогда я думала, что мне стало бы намного легче с приходом этого человека в жизнь. Я забывала о ссоре с Ракель и постепенно смогла начать приходить в себя. Тогда МакКлайф сделал многое для того, чтобы мне стало лучше. Думала, что все вроде бы начало налаживаться, но однажды случилось кое-что ужасное.
Наталия на пару секунд замолкает, пытаясь справиться с огромным волнением, но довольно берет себя в руки и находить силы продолжать говорить.
— В общем спустя несколько дней после того, как я познакомилась с Эдвардом, мне приспичило погулять в безлюдном месте, в темное время суток… — слегка дрожащим голосом говорит Наталия и прикусывает губу. — Ну… Не совсем темное… В том месте было уличное освещение… Однако время близилось к позднему вечеру.
— Прости, но зачем ты пошла гулять в такое место? — недоумевает Терренс. — Одна, да еще и в темное время суток! Не знаешь, что там любят обитать бандиты, маньяки и наркоманы?
— Просто была в отчаянии… Я хотела прогуляться и подышать свежим воздухом, дабы отвлечься от плохих мыслей. В тот день на меня напала сильная депрессия из-за ссоры с Ракель. Из-за осознания того, что мы больше не будем подругами. Я вроде бы и была зла за то, что была незаслуженно осквернена, но в глубине души сильно страдала, зная, что моя подруга никогда бы не простила меня.
— Мне и правда очень жаль… — с грустью во взгляде тихо произносит Ракель, вспоминая тот день, когда она пришла домой к Наталии и разругалась с ней, и виновато склоняет голову. — До сих пор не могу простить себя за то, что тогда совершила кучу ошибок…
— Не вини себя, Ракель, — мягко говорит Наталия, положив руку на плечо Ракель. — Мы просто стали жертвами одного ужасного человека, который смог добиться своего.
— Тогда я и сама была так зла, что не приехала бы к тебе домой, даже если бы мне сказали, что ты болеешь или умираешь. — Ракель тяжело вздыхает. — Эта тварь выставила меня сумасшедшей. А я начала в это верить и невольно доказывала всем, что он был прав.
— Это все уже в прошлом, милая, — уверенно отмечает Терренс, погладив Ракель по другому плечу. — Все те, кто был зол на тебя по вине этого мерзавца, уже давно простили тебя и сами извинились за то, что бросили.
— Я знаю… Но раз уж мы вернулись к этому…
— Прости, Ракель, — неуверенно извиняется Наталия. — Но раз Терренс спросил, почему я пошла гулять в темное время суток, то мне надо было сказать правду. Я ведь обещала ничего не скрывать.
— Ах да… — Ракель на пару секунд замолкает и заправляет прядь волос за ухо. — Прости, что перебила. Продолжай, пожалуйста. Что произошло, когда ты пошла гулять?
— Э-э-э… Ну… — Наталия опускает глаза на подушку в своих руках и тяжело выдыхает. — Я забрела в какое-то безлюдное место. Просто долгое время без дела болталась по городу и не заметила, как очутилась в том месте. Я гуляла по нему до тех пор, пока не пришла к какому-то месту… И…
Наталия с жалостью во взгляде смотрит на Терренса с Ракель и качает головой, тихо шмыгнув носом.
— И я сто раз прокляла себя за то, что вообще отключила мозги и шла, куда глаза глядят, — тихо признается Наталия. — Потому что то, что произошло дальше, надолго лишило меня способности адекватно мыслить. Мне хотелось едва ли не умереть в тот же день, когда началось самое ужасное, что когда-либо происходило в моей жизни. Ко мне начал приставать какой-то тип. Начал нагло лапать и облизывать меня. Он и его дружки предлагали мне развлечься и никак не реагировали на мои просьбы оставить меня в покое. Каким-то чудом мне удалось на время отвязаться от них и убежать, но они все равно догнали меня и… Тот тип стал обращаться со мной еще хуже. Противно вспоминать все то, что он делал. Пока его дружки фотографировали нас и снимали на видео. В конце концов я осталась практически без одежды и буквально прощалась со всеми своими близкими. Но кто-то сверху услышал мои молитвы, потому что в том месте появилась полиция. Они испугались и решили сбежать. Но перед этим заставили меня молчать о том, что было. Мол если раскрою рот, то они найдут меня, убьют и закопают в лесу.
Пока Наталия рассказывает об этом ужасном случае, она не может сдерживать свои слезы и сильно трясется из-за тех воспоминаний, что приносят ей такую огромную боль и по сей день.
— После того, как они ушли, я просидела на земле еще какое-то время, — тихо рассказывает Наталия, крепко обнимая подушку. — Но потом к тому месту подъехала полицейская машина. Ко мне подошел офицер, представился и спросил, все ли со мной хорошо, и почему я нахожусь одна в таком месте и выгляжу так, будто меня ограбили. Однако я побоялась рассказывать ему о тех типах… И… Соврала ему, сказав, что просто заблудилась и присела на землю немного отдохнуть.
Наталия на секунду замолкает и нервно сглатывает.
— Конечно, он не сразу поверил мне, предположив, что на меня напали, и предлагал поехать в участок, — рассказывает Наталия. — Однако я стояла на своем и в итоге смогла убедить его, что ничего не случилось. Тогда он предложил просто отвезти меня домой, но я отказалась и назвала адрес одного многолюдного кафе, от куда можно было быстро добраться до нужного места пешком. Тот офицер в итоге согласился отвести меня туда, куда я сказала… И я потом
