Ванда покраснела.
— Дед не стал бы обманывать меня… нас. Ты думаешь, это возможно?
— Хранить такую тайну и при этом продолжать работу над Проектом? — Стеттин сжал губы. — Не знаю. Не уверен.
Глава 90
Гэри отдыхал, сидя в самом удобном кресле в маленьком кабинете. Он постепенно привыкал к новой жизни, начавшейся с осознания полного краха. Он радовался, когда его навещали внучка с ее супругом, но не потому, что они тщетно пытались, как он это называл, «наставить его на путь истинный».
Вероятно, наиболее неприятной в нынешнем умонастроении Гэри была ненадежность. Спокойное состояние его разума то и дело нарушалось тем, что Гэри порывался пересмотреть, заново осмыслить некоторые второстепенные элементы формул и уравнений, заложенных в основу Плана.
Что-то не давало ему успокоиться. Почему-то он продолжал думать, что не все потеряно, но его догадки никак не желали оформляться в законченную мысль. Хуже того, эти раздумья грозили наделить Гэри тем, чего сейчас ему хотелось меньше всего на свете, — он мог обрести надежду.
Первоначально назначенная дата видеозаписей, предназначенных для будущих «Кризисов Селдона», миновала. Студия, где предполагалось записывать его голос и изображение, которые затем должны были сохраняться в склепе памяти, запрограммированном на пятьсот лет вперед, постоянно находилась в состоянии полной боевой готовности. График записей был составлен так, что еще в течение ближайших полутора лет они должны были производиться через определенные промежутки времени. Но если он и впредь будет продолжать пропускать сеансы видеозаписи, эта возможность вскоре будет утрачена, и в конце концов он лишится последних остатков ощущения вины.
Гэри просто хотелось прожить остаток дней, те годы, что были ему отпущены судьбой, в одиночестве и забытьи.
Забытья долго ждать не придется. Через несколько дней Трентор изобретет себе новые интересы. Воспоминания о судилище за год окончательно развеются…
— Я не хочу с ним встречаться, — призналась Клия Дэниелу. Они стояли в вестибюле того дома, где находилась квартира Селдона. — И Бранн тоже не хочет.
Уж чего Бранн точно не хотел, так это вступать в споры. Он скрестил на груди мускулистые руки и выглядел в точности, как герой-богатырь из детских сказок.
— Плассикс хотел, чтобы я изменила его разум… — проговорила Клия.
Дорс бросила на Клию на редкость суровый взгляд, и Клия отвернулась. «Она — робот. Я знаю, что она — робот! Какое ей дело до того, что мы делаем, чем бы мы ни занимались!»
— Я бы не сделала этого, — пробормотала она. — Я не смогла бы, но… именно этого они от меня хотели. Лодовик… Каллусин… — Она глубоко вдохнула. — Я… совсем запуталась.
— Мы уже говорили об этом, — заметил Дэниел. — Решение принято.
Клия явно мучилась. Сознание ее словно иглами покалывало. Ей было положительно не по себе в обществе роботов.
— Я просто хочу уехать в какое-нибудь безопасное место с Бранном, и чтобы нас никто не трогал, — негромко проговорила Клия и снова отвернулась. Ей невыносимо было ощущать на себе пристальный, обвиняющий взгляд Дорс.
— Необходимо, чтобы Гэри Селдон встретился с тобой лично, с глазу на глаз, — спокойно, терпеливо сказал Дэниел.
— Не понимаю, зачем это нужно.
— Можешь не понимать, но это необходимо. — Дэниел протянул руку, указал в сторону кабины лифта. — А потом мы все обретем некоторую степень свободы.
Клия недоверчиво покачала головой, но послушно последовала к лифту. Бранн, оставив свое мнение при себе, пошел за ней.
Гэри очнулся от легкой дремоты и неуверенной походкой отправился к двери. Он решил, что вернулись Ванда и Стеттин, чтобы снова уговаривать его. Дверной дисплей позволил ему увидеть людей, стоявших на лестничной площадке: высокого импозантного мужчину средних лет, в котором он почти сразу признал Дэниела, здоровяка-далити, стройную девушку с напряженным взглядом и еще одну женщину…
Гэри отшатнулся от дисплея и закрыл глаза. Нет. Напрасно . он думал, что все кончено. Он никогда не будет принадлежать самому себе. История слишком крепко держала его в своем железном кулаке.
— Это не сон, — сказал он себе. — Это страшный сон.
Но при всем том им овладело не только раздражение, но и радостное волнение. Он мысленно твердил себе, что никого не желает видеть, а кожа на его руках покрылась пупырышками…
Гэри нажал кнопку. Створки двери медленно разъехались в стороны.
— Входите, — сказал он и, вздернув брови, посмотрел на Дэниела. — С таким же успехом ты мог привидеться мне во сне. Я знаю, что забуду о нашей встрече, как только все вы меня покинете.
Дэниел ответил на заявление Гэри кивком — по обыкновению, бесстрастным, деловым.
«Он мог бы стать жутким торговцем в грандиозных галактических махинациях, — подумал Гэри. — Почему же я так люблю эту… машину? Одним небесам известно!.. И все же это истинная правда — я так рад видеть его!»
— Теперь тебе позволено все вспомнить, — сказал Дэниел.
И Гэри вспомнил обо всем, что произошло в Зале Освобождения. Гибель Вары Лизо от рук Лодовика Тремы… Эту юную девушку и ее друга… И эту женщину, которая, наверное, была… должна была быть… Дорс! Гэри встретился взглядом с черноволосой девушкой и кивнул ей. На другую женщину он смотреть боялся.
— Они хотели, чтобы я переубедила вас, — робко проговорила Клия, обводя взглядом комнату, обставленную с предельной скромностью.
Стеллажи с библиофильмами, миниатюрная копия Главного Радианта, изобретенного Юго Амарилем, нарисованные им портреты Дорс, Рейча и детей. Клия невольно впитала ощущение порядка, простоты, монашеского аскетизма обители Гэри Селдона.
— Времени не было… да я бы и не смогла, — призналась она.
— Я не знаю подробностей, но благодарю вас за выдержку, — улыбнулся девушке Гэри. — Вероятно, вам ничего и не нужно было делать.
Он выпрямился, сглотнул подступивший к горлу ком и повернулся вполоборота к другой женщине.
— По-моему… мы уже встречались с вами… здесь, если мне не изменяет память, — проговорил он и снова почувствовал, что во рту у него пересохло. Он обернулся и посмотрел на Дэниела. — Я должен знать, а ты не должен заставить меня забыть! Ты послал ко мне мою любимую, мою спутницу… Дэниел, ответь мне, как друг, как мой покровитель… это — Дорс Венабили?!
— Это я, — сказала Дорс, шагнула к Гэри и сжала его руку в своих руках — нежно, бережно, как сжимала много лет назад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
