часами сидел за компьютером, чтобы сочинить все эти длинные тексты. Не поленился же!
— Он постепенно готовил тебя к раскрытию своей личности. Хотел запутать… То говорит, что подозреваемый находился среди тех, кто был на нашей фотосъемке, то заявляет, что во всем виноват кто-то из твоих друзей или близких.
— Ну да, ты решил немного запудрить мне мозги. Только я все равно поняла, что это твоя работа. Сколько бы ты ни отнекивался.
— Саймон даже дал тебе намек на то, чтобы ты призадумалась. Его цитата… Очернить невинного человека — проще простого. Гораздо сложнее восстановить отношения с тем, кого ты незаслуженно обвиняешь во всех смертных грехах.
— Ну с тобой я уж точно не собираюсь восстанавливать отношения. Не собираюсь становиться тебе другом и прощать за то, что ты сделал.
— Я ничего не сделал!
— Я даже была бы готова закрыть глаза на то, что ты нагло приставал ко мне и посмел поцеловать. Но это уже выходит за границы дозволенного. Я никогда… Слышишь, никогда не прощу тебя за то, что ты посмел оклеветать меня в глазах людей.
— Да ты хоть внимательно читала все эти письма? Сколько? Или же ты взглянула на них разок или два и закрывала их с мыслью, что во всем виноват лишь я один?
— Я читала их очень внимательно и много раз. — Ракель сжимает свой смартфон в руке. — И сразу же все поняла. Поняла, кто хочет разрушить мою жизнь. Да, к сожалению, мне никто не поверил, когда я рассказала о своих подозрениях. Но мне как-то плевать. Я точно знаю, что не ошибаюсь. Знаю, что сделаю все, чтобы наказать своего обидчика.
— Я не буду отвечать за то, чего не делал!
— И будь уверен, я уже ничего не боюсь, — уверенно заявляет Ракель. — Не боюсь твоих угроз и всего, что ты можешь со мной сделать. Я готова бороться и призвать тебя к ответу. И стала намного сильнее и чувствую себя гораздо увереннее.
— Ты же потом сама начнешь жалеть о том, что так яро обвиняешь человека, который не сделал ничего из того, что пытаешься ему приписать.
— Неужели тебе совсем не стыдно? Неужели совесть совсем не мучает? Хотя бы немного!
— Я ни в чем не виноват, — уверенно, спокойно произносит Терренс. — И буду стоять на своем до самого конца.
— Хорошо, МакКлайф, отстаивай. Будешь рассказывать все эти сказки не мне, а сотрудникам полиции. И судье, которая вынесет тебе самый строгий приговор.
— Серьезно? Ты собралась сажать меня в тюрьму?
— И посажу. Сделаю все, чтобы ты, мразь, остался там до конца своих дней и сдох прямо в камере. Чтобы ни одна девчонка не взглянула на тебя и…
В этот момент телефон Ракель с легкой вибрацией издает негромкий звук, говорящий о том, что пришло какое-то уведомление. Девушка резко замолкает, переводит взгляд на экран телефона и обнаруживает, что ей на почту только что пришло новое письмо.
— Новое письмо… — задумчиво произносит Ракель. — Прислали только что…
Недолго думая, Ракель открывает приложение почты.
— Что? — слегка округляет глаза Ракель. — Опять сообщение от анонима? Без имени и темы!
Пока Терренс слегка хмурится, скрестив руки на груди, Ракель открывает письмо и начинает вслух читать все, что написано в длинном тексте анонимного письма. Наталия же прекрасно слышит про письмо и начинает еще лучше прислушиваться к каждому слову с надеждой узнать что-нибудь интересное.
«Ну что, Ракель Кэмерон, я приветствую тебя!
Пишу тебе не с самыми лучшими для меня новостями. К сожалению, люди узнали правду о том, что тебя оклеветали. Да, я больше не смогу и дальше рассказывать людям о том, какая ты эгоистичная тварь, которая ужасно обращается с людьми и любит только саму себя. Разумеется, я прекрасно знал, что рано или поздно кто-то поймет, что это ложь. Но думал, что это случится еще очень нескоро. Думал, что все затянется, по крайней мере, на несколько месяцев. Но я просчитался! Мое веселье недолго длилось! А во всем виноваты какие-то придурки, которые записали мой разговор с одним человеком, который помогал мне осуществлять задуманное, на телефон и отнесли эту запись на телевидение. Какой-то никому не известный фотограф и его подружка, которую я видел на некоторых съемках, но с которой никогда не общался. Знал бы я их имена, то проклял бы их и пожелал гореть в аду за то, что они разрушили все мои планы.
И вот теперь из-за этих тварей люди начали понимать, что все мои слова о тебе — ложь. Меня начали ненавидеть. Мне желают умереть. Все с нетерпением ждут момента, когда я раскрою себя. Но будь уверена, я ни за что этого не сделаю. Я не собираюсь добровольно подставлять себя под удар и терпеть все оскорбления и унижения в свой адрес. Пусть лучше люди поливают грязью кого-то другого, но не меня. Я нисколько не раскаиваюсь в том, что сделал. В том, что солгал всем про тебя. Почему? Потому что ты это заслужила! И я очень рад, что добился хоть каких-то результатов. Рад, что люди ненавидели тебя хоть какое-то время. А как радовались все твои ненавистники! Как они ликовали, когда выходила очередная статья, в которой твое имя поливали грязью. В которой тебя обвиняли в чем только можно. Порой журналисты сами придумывали темы и публиковали очень интересные статьи, прочтение которых доставило мне удовольствие. За что я безмерно им благодарен.
Тебе интересно, что будет дальше после того, как меня разоблачили? А я отвечу! Больше нигде не появятся никаких статей, порочащих твое имя. Но не потому, что я решил оставить тебя в покое и позволить жить спокойной жизнью. А потому, что мне больше никто не поверит. Даже если я захочу распространить еще какую-то сплетню, это будет бесполезно. Так что мне придется сдаться.
Однако даже если я перестану клеветать на тебя, это не значит, что мои планы касательно мести будут отменены. Нет, миленькая моя, не будут. Я не оставлю тебя в покое. Я продолжу свое дело. И не остановлюсь до тех пор, пока не буду удовлетворен. Ты не сможешь спрятаться от меня. Да, пока что я позволю тебе вздохнуть с облегчением и заняться своей жизнью. Но все же советую не забывать обо мне. Советую всегда помнить, что однажды настанет день, когда я снова вернусь в твою жизнь и разрушу ее к чертовой матери.
Все еще не понимаешь, почему я это делаю? А тебе пока что не надо знать! Оставайся пока в
