не могу! Коноха мой дом, тут все мои друзья! — на повышенных тонах отвечаю я, понимая, что уходить нет ни малейшего желания, да и восстанавливаться мне ещё долго. — Что мне делать, если их убьют без меня?
— А что ты будешь делать, если убьют тебя?!
***
Разговор с клоном был для меня как ошеломляющий глоток свежего воздуха. Словно меня встряхнули и дали сильнейшего пинка под зад. И отчасти так и было — понимание, что твой клон лучше, чем ты, бросало в дрожь. Дрожь от злости и гнева. В придачу к моей ненависти по отношению к Корню это заставило меня взять себя в руки. Клоны правы, я слишком быстро списала себя со счетов. Мне переломали руки и ноги, пытаясь уничтожить меня как личность, и я практически поддалась их влиянию. Но как я смогу стать по-настоящему великим шиноби, если это мой предел?
Собравшись с силами, последующие часы я разрабатывала с клонами дальнейший план действий. Долго мы ждать не стали и сразу же приступили к первому этапу — создание совершенных двойников. По нашей идее — это должны быть клоны, которые полностью физически здоровы, а также умеющие сами восполнять свой резерв чакры. И если создать физически здорового клона, какой я была несколько дней назад, у нас получилось буквально через попыток сто, то вот как сделать так, чтобы энергия пополнялась сама, как пополняется она у обычных ниндзя, мы не смогли. У нас не хватало для этого знаний, даже браковка не знала. Если у нас получится, то это будет прорывом в мире шиноби, только пока нет даже теории, как это реализовать.
Мы работали над этим час-другой, а потом меня выкинуло из подсознания и от усталости я сразу же уснула.
***Вечер следующего дня
24.02.1057
Я аккуратно поочерёдно помыла руки, опираясь на раковину и, взяв костыли, направилась к выходу. После моего утреннего подъёма от ночного кошмара ко мне сразу же приставили Шизуне, которая практически не переставая лечила меня до обеда. Это даже было мне на пользу, я с ней общалась, и меня не мучили воспоминания и флешбеки. Я её упрашивала разрешить мне начать ходить на костылях, но она так и не согласилась. Поэтому, как только она ушла на обед, я сразу же создала двух клонов. Один, что отправился за костылями в магазин (под хенге, конечно), а второй пошёл расставлять по дому печати Летящего Бога Грома. Я решила тоже загрузить себя чем-то, поэтому, как только клон принёс костыли, я сразу же начала заново учиться ходить. Это было непросто и больно, но это отвлекало меня от воспоминаний, а это было главным.
— Ариза, немедленно выходи из ванной! Тебе нельзя ходить, что ты там забыла? — послышался крик Иоши-сан за дверью и я вздрогнула.
— Иду, — чуть громко ответила я и уже хотела направиться к выходу, но приостановилась, в последний раз взглянув на себя в зеркало. Всё лицо было опухшее, в шрамах от ожогов и ран. Я быстро отвернулась, мне стало противно от самой себя. А потом резко снова перевела взгляд. Я заметила что-то в волосах. Я медленно подошла к зеркалу и оцепенела, в груди всё сжалось. Присмотревшись в своё отражение, я заметила, что все волосы имели еле заметную седину у корней, а порой и целый волос был седым.
— Офигеть, я поседела? — прошептала я, надеясь, что это просто разовый случай и с моими волосами дальше будет всё в порядке.
Я глухо выдохнула, и не спеша поковыляла к двери, за которой меня уже ждали. Гипс ужасно мешал, но к нему не привыкать. Тихо приоткрыв дверь, я вышла в гостиную комнату, в которой мне пару дней назад провели операцию. На полу и обоях до сих пор виднеются неотмытые капли крови, глядя на которые сразу становится стыдно.
На диванах сидело пять человек, которые, по видимому, ожидали меня. Как только дверь за мной закрылась, они сразу же оборвали свой диалог и перевели взгляд. Это была Иоши-сенсей, Итачи, Какаши-сенсей, Цунаде и Джирайя. Я посмотрела на Цунаде и мне сразу вспомнился диалог с Безымянным. Он же мне тогда прямо сказал, что её поспешное решение неверное. Я тоже знала это, но мне не хватало духа его ослушаться.
«Нужно иметь свою голову на плечах и принимать свои решения, а не чужие», — вспомнила я слова клона и поняла, что в конце концов, тот был прав. Я должна была принять своё решение и нести за него стопроцентную ответственность. Это не промах Цунаде был, это была моя ошибка. Ведь моим решением было следовать ошибочному решению Цунаде. Моё бездействие и было действием.
Отныне я хочу принимать только свои решения и ничьи больше.
— Я буду в комнате, — тихо сказала я и телепортировалась к своей кровати, и как только присела на неё, отложив костыли в сторону, все взрослые тут же вошли в помещение.
— Саито, я же тебе говорила соблюдать постельный режим! Тебе нельзя ходить! — сразу же воскликнула Иоши.
— Ариза, лучше следовать советам Иоши-сан, всё-таки, так быстрее выздоровеешь, — встал на сторону женщины Какаши.
— Вы мне предлагаете под себя или на горшок ходить? Я шиноби, а не инвалид, — устало ответила я, а Иоши с Какаши переглянулись.
— Ляг давай, я тебя осмотрю, — приказала Цунаде, и я поспешно исполнила.
Она начала обследовать меня, а я не сводила с неё глаз, не переставая обдумывать произошедшее. Я вспомнила, как Цунаде в каноне отправила Джирайю на верную смерть, хоть и не подозревала об этом. В нашем с ней случае она также недооценила риски. Почему-то у меня нет злости на неё. Я злюсь только на себя и только себя виню. Наверное, это и есть ответственность, когда ты не перекладываешь вину на кого-то другого, а полноценно понимаешь, что дело в тебе.
— Брось, Цунаде, — глухо говорю я, замечая, что она поджала губы, а глаза начали потихоньку слезиться. — Я знала, на что иду, и это было моим решением.
— Ариза…
— Я ведь шиноби и должна иметь свою голову на плечах. Вы лучше мне скажите, что можно сделать?
— Нужны операции. Много операций. Может после них и будет вероятность, — Цунаде покачав головой встала и отошла, а я обратно присела на кровать.
— Мы ведь сможем их провести? — с надеждой посмотрела я на взрослых, а они
