— и я имею в виду что ты получишь все, что угодно. Хакрам, я использую свои полномочия
Оруженосца, чтобы предоставить все наши ресурсы в распоряжение
Подмастерья.
После того, как слова покинули мой рот, прошло мгновение, и я задумалась. Было ли это на самом деле или просто сгущение красок, которое Масего использовал, чтобы заполучить что-то в свои руки. Я стиснула зубы и отбросила эту мысль. Килиан присмотрит за ним, как только сможет. Я не могла позволить себе оставить такое оружие в руках Наследницы и ничего не предпринять, даже если мой ответ может оказаться под угрозой. Я потерла переносицу.
— Разбойник, хорошая работа. Ты возможно спас нам жизнь сегодня. А теперь помойся, пока не провонял мой лагерь, — приказала я. — Остальные свободны. —
Мне нужно поспать как можно больше, прежде чем наш марш возобновится. По крайней мере, моя постель была теплой и полной Килиана. Подмастерье задержался на мгновение после того, как остальные ушли. Я удивленно подняла бровь.
— Подарок, — сказал он, выуживая что-то из-под туники.
Это была длинная трубка из резной кости с почти комично маленьким навершием, вырезанным в виде львиной головы. Я удивленно моргнула.
— Я не курю бангу, — сказала я ему. — или листья мака.
Банг был более или менее неизвестен в Кэллоу, за исключением очень богатых торговцев. Сонный транс, который он вызывал, был, как говорили, в высшей степени приятным, и без тошноты, которую вызывало злоупотребление алкоголем. Мак был более известен, впрочем как и его свойства вызывать привыкание. Во всяком случае, в Лауэре я была слишком привязана к золоту, чтобы когда-либо думать о том, чтобы попробовать что-то столь же дорогое.
Он фыркнул.
— Я этого и не ожидал, — ответил он. — Если не считать вина, ты удивительно свободна от пороков. Но я заметил, что тебе не понравилось варево, которое я приготовил для тебя от боли. Так уж получилось, что эти травы можно и курить.
Я сомкнула пальцы вокруг предложенной трубки. От нее не исходило никакой магии, но для такого искусного мага, как Масего, это ничего не значило. Неужели он устроил ловушку, как и я? Я всмотрелась в его лицо и не нашла ничего, кроме серьезности. Подмастерье не был достаточно опытным лжецом или интриганом, чтобы затеять такую игру, решила я. Хотя демоническая порча могла бы сделать его личность сомнительной, если бы она погрузилась достаточно глубоко. Если бы это было так, то были бы признаки.
— Спасибо, — сказала я и получила в ответ солнечную улыбку.
Мне определнно нужно будет показать трубку другому магу.
☠
Рассвет застал меня в одиночестве у костра. Я уже съела миску тушеного мяса, которая была утренней трапезой Пятнадцатого, и отставила тарелку в сторону. Взяв трубку, которую дал мне Масего, я вытащила из огня кусок трута и зажгла ее, глубоко вдыхая и позволяя травам делать свое дело. Первые несколько раз я закашлялась, но в конце концов справилась. Килиан сейчас дежурил, но перед уходом я попросила его взглянуть на подарок. Судя по всему, это была драконья кость. Это исключало зачарование любого рода: кости и чешуя драконов не могли быть затронуты колдовством. Именно поэтому их уничтожение так часто становилось обязанностью героев. Часть меня хотела упрекнуть себя за паранойю, но я не могла. Я параноик, но достаточно ли я параноик?
Продолжительность жизни злодеев не имела теоретического предела, однако они умирали примерно в том же возрасте, что и их героические собратья. В конце концов я заметила, что эффект был не таким сильным, как когда травы были выпиты, поэтому я закурила во второй раз. Лекарство было достаточно распространенным, и пока я не превышала определенную дозу, принимаемую в день, не было опасности побочных эффектов. Айша появилась как раз в тот момент, когда я выпустила струю белого дыма. Она странно посмотрела на меня и покачала головой. Я приподняла бровь.
— Моя мать делает то же самое, — сказала она. — Боли в суставах.
Я фыркнула.
— Садись, Айша, — приказала я.
Она сложила ноги и учелась рядом со мной, каким-то образом умудрившись сделать это плавно и грациозно.
— Мы с тобой почти не разговаривали, — сказала я.
— Для этого не было никаких причин, леди Оруженосец, — осторожно ответила она.
— Брось это, — сказала я. — Я сирота, не имеющая никакого значения, Айша. Титулы всегда звучат для меня насмешливо.
— При всем моем уважении, леди Оруженосец, — ответила прелестная аристократка, — вы были сиротой, не имевшей никакого значения. Теперь вы, возможно, третья по рангу после Императрицы и Бедствий. Я понимаю, что вы пытаетесь воспитать определенное отношение в ваших ближайших подчиненных, но я бы опозорила свою семью, если бы упомянула вас так небрежно.
— Боги, это все равно что снова иметь дело с Верес, — пожаловалась я.
Штабной трибун улыбнулась.
— Мне потребовались годы, чтобы обучить ее этому. Красные Луны родом из Северных Степей, а ее отец — из Малых. У этой породы есть определенное пренебрежение к этикету, даже к орочьему.
Малые Степи были частью степей к северу от Империи, которые находились на западной стороне верховьев Васалити. Имперская власть здесь всегда была слабой, как и власть Миезана до нее. Поговаривали, что там они придерживаются старых обычаев больше, чем где-либо еще на Калернии. Ни о чем подобном не говорилось на моих лекциях по истории в приюте, но орки оттуда нарушали правила гораздо чаще, чем другие, и я получила от Хакрама учебник на эту тему. Я затянулась трубкой и выдохнула дым, когда боль в ноге наконец утихла.
— Я не очень хорошо тебя знаю, — сказала я. — Я привела тебя в Пятнадцатый по просьбе Верес, и с тех пор ты служишь превосходно.
Что-то промелькнуло в глазах тагребской красавицы.
— Но я единственный аристократ в генеральном штабе, а в Пятнадцатом есть утечка, — сказала она.
Ее тон был совершенно спокоен, но, судя по тому, как она держалась, она была рассержена. Год назад я бы не заметила, но побочным эффектом того, что я научилась читать людей на поле боя, стало улавливание их реакций. Должно быть, было обидно думать, что твое рождение было направлено против тебя, особенно после того, как всю жизнь оно было направлено в твою пользу.
— Дело не в этом, — сказала я. — Тебя уже проверил Блэк, и на этом
