она использует стандартные обереги, я могу научить твою любовницу проскальзывать мимо них, — заметил Масего. Я пропустила это слово мимо ушей, так как оно было более или менее точным. — Хотя, учитывая, кто отец Акуа, я бы не стал на это ставить.
Я приподняла бровь.
— Еще один знатный праэс? Я думала, ты сможешь обойти любого из них.
— Ниоро из Аксума. Самый талантливый практик, вышедший из этой части Пустоши по крайней мере за полвека, — продолжил Подмастерье. — Отец говорит, что он был достаточно хорош, чтобы претендовать на Имя Чернокнижника после смерти старого, хотя тот никогда не пытался.
Я никогда раньше не слышала этого имени, что было несколько интригующе. В какой-то момент мне придется спросить об этом Айшу, потому что никто из мужчин в этом шатре не следил за политикой Праэс.
— Как бы то ни было, — сказал Разбойник. — Мы планировали с учетом их расписания и маршрутов, поэтому мы смогли проникнуть в лагерь глубже, чем когда-либо. Обнаружил две интересные вещи, о которых, как мне кажется, ты должна узнать сейчас, а не утром.
— Удиви меня, — сказала я.
— Во-первых, у неё там гоблин, — сказал трибун.
Ха. Я этого не предвидела, Разбойник таки удивил. Наследница не была такой последовательной расисткой, как некоторые из других аристократов Праэс, с которыми я сталкивалась, но у нее были определенные склонности. Хотя, если подумать, я никогда не слышала, чтобы она говорила о зеленокожих. Была ли она в союзе с одним из племен гоблинов? Это может стать помехой.
— Узнал его? — спросил Хакрам.
— Значит, только потому, что я гоблин, я знаю всех остальных? — спросил Разбойник, и на его лице отразилось негодование.
— Ты неоднократно заявлял об этом, — весело ответил Адъютант.
Трибун гоблинов пожал плечами, притворство оскорбления было отброшено в мгновение ока.
— Не смог толком разглядеть, — сказал он. — Собирался, но уронил свиток и разбудил их. Неприятный клиент, кем бы он ни был. Почти уверен, что у него были ожоговые раны, и достаточно обширные.
— Я не думаю, что есть знаменитый гоблин с таким обписанием? — я вздохнула.
— Не знаю, — ответил Разбойник. — До поступления в Колледж я почти не путешествовал. Мастерящая может знать что-то, чего не знаю я — она была намного выше в пищевой цепочке в своем племени.
Еще один вопрос в копилку, хотя я сомневалась, что все будет так просто.
— А другая вещь? — спросил Хакрам.
— Они делают что-то вроде ритуального набора, — сказал Разбойник.
Спина Подмастерья выпрямилась в кресле, причина, по которой мой трибун попросил его присутствовать, наконец-то стала ясна.
— Не на земле, — тут же догадался Масего. — Руны — на дереве, камне или металле?
— Двадцать пять металлических колышков с маленькими квадратными камнями между ними, — сообщил нам гоблин. — Камень из гранита, если это имеет значение.
Племя Разбойника было одним из шахтерских племен в глубине Серых Гнездилищ, вспомнила я. Очевидно, он все еще помнил кое-что из того, что узнал там.
— Так и есть, — пробормотал Подмастерье. — Выточенный в океане гранит, подобный найденному у Талассины, обладает свойствами, связывающими его с классическими элементами земли и воды. Он используется как стабилизатор. —
В один прекрасный день мне предстояло выяснить, что же на самом деле представляют собой эти классические элементы.
— Взглянул на металлические колышки, — продолжал Разбойник. — Все из кованого железа.
— Чтобы притягивать, собирать и удерживать силу, — нахмурился Масего. — Каков бы ни был ритуал, масштаб будет огромным.
— Ох, не нравится мне это, — выругалась я. — Разбойник, ты видел руны?
— На колышках, — ответил он. — Была одна, которая была везде, это было…
— Он помолчал. Желтые глаза растерянно моргнули.
— Вообще-то я не помню, — признался он.
Масего понимающе хмыкнул.
— Я собираюсь начертить символы в воздухе, — сказал он. — Скажи мне, когда кто-нибудь покажется тебе знакомым.
Темнокожий маг провел пальцем по воздуху, оставляя в воздухе след. Дюжина рун была показана, прежде чем Разбойник остановил его.
— Эта, — сказал он. — Я почти уверен.
Масего провел еще одну, две волнистые линии с маленькой точкой между ними.
— Ты уверен, что это был не такая?
Я вглядывалась в обе, честно говоря, не в состоянии увидеть разницу между ними, даже после продолжительного выглядывания.
— Может быть и так, и так, — проворчал Разбойник.
Подмастерье развеял все фигуры небрежным взмахом руки.
— Почему он не может вспомнить? — поинтересовалась я.
— Это Высокие Арканы, — объяснил он. — Никто без Дара не может удерживать их в своем сознании дольше, чем они смотрят на них. Кэтрин, я не могу не подчеркнуть, насколько это опасно. Я изучал магию с тех пор, как научился ходить, и не уверен, что смогу создать массив, используя их. Кто-то у Наследницы — маг самого высокого калибра.
— Волоф, по-видимому, полон подобных вещей, — заметила я. — Она могла просто унаследовать ритуал.
Масего покачал головой.
— Это не то, как работает Высокая Аркана. Вы не можете сделать… рецепт, используя их. То, как руны реагируют на каждого практикующего, сильно различается, даже если основные принципы одинаковы. Маг, совершивший этот ритуал, прекрасно понимает, что они делают.
В прошлый раз, когда я пренебрегла предупреждением Подмастерья, я превратила себя в калеку, искаженную демоном. Я не собирался повторять одну и ту же ошибку дважды.
— Так что это только что поднялось на вершину моего списка приоритетов, — проворчала я.
— Ты узнал некоторые руны, — внезапно сказал Хакрам. — Ты можешь догадаться о цели ритуала?
— Извлечение, — пробормотал Масего. — Эта руна означает извлечение. Я могу думать лишь об одном существе, которое это подразумевает.
Охренеть. Становится все хуже и хуже. Мои магические линии и Подмастерье работали над чем-то, чтобы удержать демона внутри штандарта, но не похоже, что Наследница собиралась использовать тот же трюк, что и в прошлый раз. Неужели она ожидала, что я приму контрмеры? Она умела быть на шаг впереди меня. Но не в этот раз.
— Этот ритуал, ты можешь его прекратить? — с надеждой спросила я.
Масего улыбнулся. — Сломать что-то гораздо легче, чем создать. Я и сам неплохо владею Высокими Арканами.
— Все, что тебе нужно, — сказала я,
