выпучивались глаза, когда они видели, как обходятся с артефактом. А сам его владелец наслаждался видом того, как он постепенно вкручивается вниз, в мост, просверливая его острым нижним концом.
— Ладно. — он поймал щит и принялся его крепить. — Времени было дано достаточно. — от его слов все резко напряглись, в воздухе подсветились готовые сорваться в полет заклинания. — К вам у меня нет никаких претензий. Более того, я не собираюсь вредить вам, простым солдатам и магам. — слова звучали достаточно громко, чтобы их слышали все на стенах. — Как говорил, разговор мой к королю. Не будете мешать, не почувствуете на себе, как жжется золотое пламя. — от Чешуи начали разлетаться искры, подобно мотылькам. Долетая до целей, они врезались в них, в один миг покрывая огнем с головы до пят.
Нарочито медленно зашагав к воротам, владыка Цитадели хотел таким образом дать королю еще немного времени. Еще одну возможность ответить на призыв. Но не получил желаемого. Все, чего он смог добиться, это еще большее волнение среди простых защитников.
«Что же, я окончательно разочарован. Анастериан не вышел на переговоры, не подал никакого знака. Спрятался. Но я-то его чую. Он тут сильнейший маг. Трус или дурак? Мне казалось, демонстрация силы была достаточно ясной. Однако, он решил отгородиться от меня заслоном из воинов и магов»
— Запомните, я не собираюсь вредить тем, кто сам не поднимет против меня оружия. — в последний раз предупредил Первый Страж. — Я защитник Азерота. И разойдитесь уже из-за ворот. Когда я их вышибу, вас наверняка убьет.
«Зря использовал драконий облик, зря напугал народ. Теперь это может принести сложности в дальнейшем. Вряд-ли кель’дорай останутся при короле, который их, считай, отверг. Если он не захотел выйти на диалог, то как бы он защищал свой народ на войне? С другой стороны, эльфы будут лучше понимать в дальнейшем, с кем имеют дело. Поэтому, не все так плохо. Может, даже получится сыскать больше сторонников, когда сойдут первые шок и трепет»
Дождавшись, когда за воротами рассосется заслон, драконоборец поднял ногу и впечатал ее в ворота. Приложив чуть больше сил, чем в прошлый раз, так же без труда снес щит и преграду. Вмятые створки, вместе с кусками стены, улетели внутрь двора.
Скорректировав их полет с помощью ударной волны, Алгалон смог сохранить жизнь единственному храбрецу, оставшемуся стоять до конца. Части ворот упали по обе стороны от него. Сам эльф стоял в боевой стойке, в полных латах, сжимая в руках двуручник, чье лезвие походило на язык пламени. Как формой, так и цветом. Вокруг него витала магическая аура, похожа на волшебный доспех.
— Почему не ушел? — владыка Цитадели продолжил идти вперед.
— Я поклялся защищать королевский род тысячи лет назад. Мое имя — Таласар Огненный.
— Большая честь встретить воина, чтящего свои слова. Любая клятва священна. Я рад, что ты это понимаешь. — драконоборец остановился в трех метрах от эльфа. — Я Алгалон, владыка Цитадели, прозванный среди драконов Аспектом Пламени. — от Чешуи отделились новые искры, окутав огнем тех, кто должен был защищать ворота со стороны двора.
— Не слышал о тебе, дракон.
— На Азерот я пришел совсем недавно, чтобы защитить его. Мой орден прямо сейчас борется с мерзостью на севере. Но скоро мы будет и здесь, в Восточных Королевствах. Где-то тут открыт портал в еще один мир. Демоны решили заглянуть в гости, по старой памяти, руками своих слуг.
— Тогда зачем ты напал на Кель’Талас? Однажды дети звезд уже отразили Пылающий Легион. Мы никогда не свяжемся с ними. Над королевством лежит еще один щит, блокирующий утечки маны. Мы не привлекаем внимание демонов к нашему миру.
— Напал? — владыка Цитадели картинно обернулся, глядя на прекрасный город сквозь дыру на месте ворот. — Луносвет цел. Я никого не убил. Все, чего я хотел, так это поговорить с вашим королем. Мне нужна энергия Солнечного Колодца, хотя бы ее часть. Вот и все.
— Тогда к чему это все? — Таласар развел руками.
— Стали бы меня слушать, приди я иначе? Пустили бы до короля? Нечто твердит мне об обратном. Прямо сейчас я чувствую, как сильные маги один за другим покидают дворец. Телепортируются. Пропусти меня, пока не сбежал король.
«Хотя, если он покинет столицу, должно стать даже проще»
— Не могу. — Огненный вернулся в стойку.
— Достойно уважения. Ты собираешься выступить против меня, зная, что умрешь, не имея шанса победить. Не каждый на такое способен. Откровенно говоря, я бы хотел завербовать тебя в свой орден.
— Нет. — эльф покачал головой.
— Жизнь у нас длинная, еще все может измениться. Я не буду терять надежды.
Первый Страж сделал шаг вперед одновременно с единственным защитником, совершая выпад. Таласар попытался уклониться, но не смог. Рука, держащая оружие гильдии, оказалась куда быстрее. Пронзив сердце воина, Погибель вышла из его спины. В следующую секунду доспехи с лязгом полетели вниз, так как больше им не за что было держаться. Черные кости, в воздухе превращавшиеся в гарь и пепел, служили плохой опорой, а вся плоть выгорела.
Как только драконоборец сделал еще один шаг, луч Света с неба ударил в останки воина, возвращая его к жизни, но без сознания. Его нагое тело легло поверх брони и камней.
Сам Алгалон выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, начав подниматься по ступеням, параллельно гася золотое пламя на защитниках. Король уже все равно ушел. Да и не стали бы они больше мешать.
«Времени совсем мало. Двадцать три дня — ничтожный срок. Надо как-то постараться побыстрее разгрести тут все проблемы, которые сейчас начнутся. Желательно справиться до вечера. Наверняка есть какой-то орган управления на случай, если династия пресечется. С его помощью можно было бы все устроить. Но король то еще жив. Может начать мешать. Убивать его только за это? Пожалуй, можно. Если будет сильно противиться»
Пройдя в тронный зал, владыка Цитадели встретил запустение и роскошь. Последней, на его вкус, было слишком много. Она находилась на грани, когда красиво становилось уродливым, чрезмерным. Дойдя до трона, остановился прямо перед ним, немного посмотрел, а потом пошел в сторону. Пока к нему не пришли, он планировал посвятить время созерцанию искусства кель’дорай.
Глава 134
В какой-то момент складывающаяся ситуация начала казаться Алгалону странной. Расхаживая по тронному залу, он делал именно то, чем и планировал заниматься — рассматривал предметы искусства, лепнину и резьбу, отделку. Особое внимание уделял статуям, очень уж хороши оказались изваяния. Вплоть до того, что в голову нет-нет, да закрадывалась идея пригласить
