пищи слизеринцы сохраняют определенную дистанцию, и огромные парни, усевшиеся рядом со мной, вызывали лёгкий дискомфорт, особенно после того, как мне только что сообщили, что их директор — бывший Пожиратель Смерти.
― Ты получила Орден Мерлина, — сказал парень напротив меня. — Мы все слышали об этом.
Из всех троих он выглядел старшим.
― Да, — ответила я.
Палочка была в моей левой руке; я практиковалась работать с ней обеими руками; я уже теряла руку ранее, и не собиралась допускать, чтобы нечто подобное вывело меня из строя в будущем.
― Как могла маленькая девочка добиться такой чести? Наш директор говорит, что это доказательство того, что Британия слаба.
Я пожала плечами.
― Я не просила об этой награде.
Заговорила Миллисент:
― Она помогла создать лекарство для людей, сошедших с ума от Круциатуса.
Парень, сидевший напротив, уставился на меня, его глаза сузились.
― И она защитила целый класс от кучи дементоров.
― Это… — произнес парень.
― Она изобрела способ определения, не воздействовали ли на кого-нибудь заклинанием Империуса.
― Да ну, — произнес парень.
Похоже, он был удивлён.
― В свой первый год, она убила тролля, воткнув ему нож в яйца.
― Орден Мерлина дали не за это, — заметила я.
Я всё ещё пристально рассматривала парней.
История с троллем, похоже, впечатлила их больше всего остального.
― В наших краях водится куча троллей, — сказал парень, сидевший рядом со мной. — У тебя был волшебный нож?
Я покачала головой.
― Я была первогодкой, и заклинания, кажется, не работали, так что пришлось убить его магловским способом.
Парни переглянулись.
― Ты играешь в квиддич? — спросили они.
Я покачала головой.
― Если я буду играть, то это будет нечестно.
― Правда?
― Я что-то вроде Провидицы; в достаточной степени, чтобы всегда знать, где снитч. Я могла бы играть в роли Загонщика, но мне не нравится калечить людей.
В ответ на эти последние слова они посмотрели с пренебрежением.
Драко подался вперед и произнёс:
― Вам следует спросить её, почему ей это не нравится.
― Почему? — спросил парень.
― Потому что иногда я не знаю, когда нужно остановиться, — ответила я.
Конечно, это была ложь. Я всегда знала, когда нужно остановиться; просто не всегда считала нужным останавливаться.
Лучше было бы быстро установить свою репутацию с этими парнями; в ином случае я могла оказаться вынуждена начать международный инцидент.
― Это непросто, — согласился парень, сидевший передо мной. Он произнёс. — Я — Алек Вронский.
Говорил он так, словно я должна была узнать его имя.
Драко, сидевший по другую сторону от Миллисент, сказал:
― Как в финте Вронского?
― Он был изобретен моим дядей Джозефом, — с гордостью объявил Алек. — Самым изобретательным ловцом в мире.
― Я слышал о тебе, — заметил Драко. — Ты же собираешься выступать профессионально в следующем году, да?
Алек кивнул.
― Я уже подписал контракт с «Гоблинами Гродзиска», — пояснил он. — Начинаю в следующем году. Буду играть со своим дядей.
― В роли Загонщика?
Алек кивнул.
― Я пошел бы в Ловцы, но я уже на пять стоунов(60) тяжелее дяди, а Ловцам нужно быть маленькими.
― Я слышал, что Виктор Крам уже перешёл в профессионалы. Удивлён, что он не здесь.
Алек фыркнул:
― Виктор всё ещё слишком юн для чего-то такого, — сказал он. — Если бы дело было на следующий год, то тогда я выпустился бы и у него был бы шанс. А так его нет среди претендентов.
За столом преподавателей показались профессора вместе с двумя директорами. Все ученики Бобатона встали, когда вошла их директор.
Прежде чем мы смогли продолжить разговор, перед нами появилась еда.
Обычно еда в Хогвартсе была очень тяжёлой и очень английской. Я увидела французские блюда и радостно ухватила их, после того как мои насекомые обнюхали их на предмет яда.
Весь обед парни болтали о квиддиче; они, кажется, ещё больше сходили с ума по нему, чем Гарри и Рон. Драко, кажется, с радостью делился с ними своими знаниями о предмете.
Я сидела тихо, но настороже, готовая оглушить любого из них, кто сдвинулся бы в мою сторону.
Во время следующего приема пищи, надо будет добиться того, чтобы с одной стороны сидел Драко, а с другой Миллисент.
В конце обеда появилось двое мужчин; они выглядели как чиновники Министерства, но я ни одного из них не знала.
― Кто они? — спросила я.
― Людо Бэгмен и Бартемиус Крауч, — объяснил Драко. — Именно они организовали всё это.
Я прищурилась.
Возможно, время проведения Турнира было совершенно ни при чём, но настолько же вероятным являлось и то, что всё было срежиссировано Пожирателями Смерти. Если дело было в этом, то один из этих двоих, скорее всего, был скомпрометирован.
Протоколы Властелин-Скрытник не могли обнаружить простую дачу взятки, и они были слишком изнурительны, чтобы постоянно проверять каждого члена правительства.
Вместо этого, проверки следовало проводить, когда появлялись подозрения, что кто-то оказался под влиянием Властелина, и следовало осуществлять случайные выборочные проверки, просто чтобы никто не расслаблялся.
Это оставляло Каркарова, двенадцать учеников Дурмштранга и этих двоих как вероятных кандидатов в число тех, кто желал моей смерти.
Мадам Максим, скорее всего, была полувеликаном, и это означало, что у неё, как минимум отчасти, имеется сопротивляемость магии, которой обладал тролль, с которым я сражалась.
У неё не было причин желать моей смерти, но мне следовало сохранять бдительность. Всегда оставалась возможность, что я убила одного из её друзей.
Роули поднялся и хлопнул в ладоши.
Появилась дюжина домовых эльфов, несущих ларец, украшенный драгоценностями. Толпа внезапно притихла.
― Задания на Турнир были разработаны, — произнёс Роули, — и одобрены Министерством.
Он кивнул Бэгмену и Краучу.
― Три задания, предназначенные для проверки храбрости, навыков и способности чемпионов справляться с опасностью. В прошлом ученики погибали в ходе этих заданий, так что трижды подумайте,
