Стало быть, не убивать её, — ответил Драко.
― Точно, — сказала я. — Мне бы не хотелось убивать всю твою семью.
Он побледнел, затем кивнул.
― Что происходит? — спросила Гермиона, когда Драко поспешил прочь. — Зачем ты согласилась?
Мы находились в месте без портретов; вероятно, Драко тщательно выбрал место для озвучивания своего предложения.
― На Драко давит его семья, — объяснила я. — Он должен демонстрировать результаты, или случится нечто плохое.
― Его отец же не?..
Я покачала головой.
― Босс его отца, — ответила я. — Держит его семью в заложниках.
Потребовалось мгновение, но затем до неё дошло.
― Как ты можешь ему доверять?
― Я не доверяю ему, — последовал ответ. — Но он единственный известный мне слизеринец, который действительно попытался стать лучше, и мне хотелось бы поощрить такое его поведение.
― Что насчёт Милли? — спросила Гермиона. — Или Трейси?
― Они никогда не были так уж преданы чистокровным идеям, — ответила я. — Невероятно трудно избавиться от расизма, с которым ты жил всю свою жизнь. Сомневаюсь, что он настолько толерантен, насколько притворяется, но он, по крайней мере, пытается стать лучше.
Гермиона нахмурилась, затем кивнула.
― Если положение вещей хоть когда-нибудь изменится, то для этого потребуются люди вроде него, — добавила я. — Люди, готовые пойти против своего воспитания.
― Так ты считаешь, что мне следует согласиться?
― Ну, может, Рон заткнется, — соврала я.
Соврала я сразу в двух отношениях: я сомневалась, что Рон говорил хоть что-то о её зубах, и сильно сомневалась, что его хоть что-то может заткнуть.
― Нужно будет прикинуть наказания, достаточно плохие, чтобы впечатлить учеников Дурмштранга, но не такие плохие, как обычно, — заметила я.
Гермиона сразу же улыбнулась, хотя всё ещё было впечатление, что она переваривает откровения по поводу Драко.
― Могу помочь тебе с этим, — сказала она.
К следующему дню все было готово.
Гермиона отправилась к озеру. Обычно мы избегали выходить наружу из-за возможных нападений Пожирателей Смерти, но ученики Дурмштранга об этом не знали.
Конечно, я была в состоянии боевой готовности, из-за возможности, что Драко мог подставить нас как раз под такую атаку, даже если он сам об этом не знал. Он был хорошим окклюментом, так что я не могла прочесть его наверняка.
В качестве меры предосторожности, вокруг нас выжидали десять старшекурсников под чарами Хамелеона, и я также была скрыта под этими чарами.
― Почему грязнокровкам разрешают шастать вокруг? — фыркнул один из парней. — Кишат, как тараканы.
В общем я сомневалась, что в большинстве своём ученики Дурмштранга разделяют схожие взгляды, но если Каркаров собирался использовать этих детей, чтобы напасть на меня, то ему требовалось завербовать худших из худших. Ему были совсем не нужны те, у кого могли возникнуть моральные терзания по поводу нападения на маглорожденного.
― Отвали, — сказала Гермиона. — У меня столько же прав гулять здесь, сколько и у тебя.
― Это ты так считаешь, грязнокровка, — возразил Драко. В ответ на её шокированный «ах» он ухмыльнулся. — Ты думала, что только потому, что твоя драгоценная Тейлор так приказала, я не назову тебя тем, что ты есть?
― Ты пожалеешь о своих словах, — ответила Гермиона.
Перед ней стояло шестеро массивных парней Дурмштранга и Драко, казавшийся крошечным рядом с ними. Гермиона была ещё мельче, чем любой из них.
― И кто же заставит нас пожалеть? — спросил один из парней. Среди них не было Алека, это были парни, не выбранные кубком. — Наш Директор не любит грязнокровок ещё больше.
Драко вскинул палочку, и Гермиона поспешила вскинуть свою.
К несчастью, его палочка была не единственной взмывшей в воздух. Я включилась в действие, но это не имело значения. Гермиона быстро оглушила двух парней по очереди. Я ударила по оставшимся четырём со спины, парализовав их всех.
Гермиона остановилась ровно на мгновение, которое требовалось для поражения заклинанием роста зубов.
Её зубы начали быстро расти.
Она оглушила Драко ещё до того, как потеряла способность говорить. И правда эффективное заклинание — кажется, оно могло убить кого-то, если дать его зубам вырасти до слишком больших размеров.
― Отправляйся в медпункт, — скомандовала я.
Глянула на парней.
Сначала я собиралась наказать только Драко — наказание дурмштрангцев могло привести к международному инциденту. С другой стороны, после наказания они, скорее всего, будут долго колебаться, прежде чем напасть на меня, и дело того стоило.
Я отлевитировала их всех над водной гладью озера.
Драко очнулся первым. Я наколдовала ему головной пузырь, затем скрыла под невидимостью эффекты чар, но не его голову. Просто художественная работа заклинаниями, я была удовлетворена собой. Наклонившись к нему, я шепнула:
― Убедительно сопротивляйся, или тебе достанется то же, что и остальным.
Я подождала, пока остальные очнутся.
Они все парили вверх ногами у берега.
― Ты чё творишь, а, сумасшедшая сучка? — крикнул один из парней.
Я взмахнула палочкой и макнула его головой в воду. Он всё ещё был парализован, так что не мог даже попытаться поднять голову над водой.
Он булькал из-под воды, а остальные смотрели на него в тишине, наполненной ужасом.
Я держала его под водой больше минуты, прежде чем извлекла на воздух.
― Я защищаю маглорожденных в этом замке. И, честно говоря, чистокровных тоже. Когда кто-то пытается нападать на близких мне людей, меня не слишком-то волнует вопрос крови.
― Мы не… — подал голос кто-то из парней. — Она лжет, лжет!
― Я — Провидица, — последовало моё заявление. — Я знаю всё, что здесь происходит. Особенно мне не нравится, когда люди врут мне.
Я внимательно вгляделась в глаза только что говорившего и вломилась в его разум. Он заорал — я не пыталась быть незаметной.
― Твой директор хотел, чтобы ты отравил меня, — обнаружила я. — А потом вы думали свалить вину на домовых эльфов. Этому не бывать.
Он побледнел, и затем я окунула его в воду.
Пока он боролся, я нырнула в
