ОТ РОССИЙСКОГО ИНФОРМБЮРО
Оперативная сводка за 10 июля 1917 года
За истекшие сутки части 11-й армии генерала от инфантерии Баланина выбили немцев из города Станислав, усугубив положение германской Южной армии, которая под постоянными артиллерийскими и бомбовыми ударами наших доблестных войск вынуждена окапываться, занимая позиции на склонах Карпат.
Благодаря действиям Императорского военно-воздушного флота и отрядов пластунов, снабжение германской Южной армии со стороны остальной территории Австро-Венгрии весьма затруднено.
В Персии 1-й Кавказский кавалерийский корпус генерал-лейтенанта Баратова достиг реки Дияла и с ходу овладел городом Сенендедж.
Продолжается героическая оборона Риги. Войска под командованием генералов Горбатовского и фон Шварца успешно сражаются против превосходящих сил противника, нанося ему существенный урон.
В Париже воины русского 6-го Особого ее высочества принцессы Иоланды Савойской полка выбили германские войска с вокзала Аустерлиц, восстановив тем самым прямое железнодорожное сообщение на линии Париж – Орлеан. В ходе боев от немцев полностью очищена территория столицы Франции к западу от реки Сена. Наши войска заняли все ключевые пункты обороны вдоль набережной и укрепились там.
На других участках фронта ничего существенного не произошло.
ИЗ СООБЩЕНИЯ РОССИЙСКОГО ТЕЛЕГРАФНОГО АГЕНТСТВА (РОСТА) от 10 июля 1917 года
Всеобщий патриотический подъем охватил Италию. Разгневанные итальянцы спешат обрушить меч возмездия на головы всех тех, кто причастен к покушению на ее королевское высочество принцессу Иоланду Савойскую, а также на виновных в гибели моряков линкора «Данте Алигьери».
Могучим ударом русско-итальянские силы взяли штурмом город Ле-Пюи, отрезав таким образом группировку инсургентов Лиона от остальных сил мятежников. Продолжается наступление на позиции инсургентов в Авиньоне.
Мы будем следить за развитием ситуации.
РИМ. ДВОРЕЦ И ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД КВИРИНАЛЬСКИМ ДВОРЦОМ. 23 июля 1917 года
Огромная площадь была полна народа. Толпа бурлила, звучали какие-то выкрики, возгласы, реяли флаги. Со всего Рима и не только Рима стекались на главную площадь тысячи и тысячи итальянцев. Возбуждение практически достигло критической массы и было готово выплеснуться в любом направлении.
Зазвучал гимн Итальянского королевства, и толпа запела. Волны пения колыхались над площадью, отражаясь от стен и плывя по воздуху разноголосыми приливами и отливами. Наконец площадь взревела, увидев, как на балкон вышел король. И рев этот перешел в ликование, когда следом за монархом появилась стройная фигурка принцессы.
Иоланда приветственно подняла руку, и площадь затихла.
Слушая ее речь, князь Волконский в очередной раз поразился тому, с какой легкостью принцесса может влиять на людей, будь перед ней всего один человек или же целая толпа. Тот же Жилин, насколько его знал князь, меньше всего в жизни был склонен к необдуманному героизму во имя каких-то идеалов. И поди ж ты, бросился под бомбу не раздумывая.
И судя по всему, многим в мире принцесса Иоланда перешла дорогу. Очень сомнительной выглядит вся эта история с идейными террористами, которые бросили бомбу якобы исключительно для того, чтобы отомстить. Нет, вряд ли все так просто. Тут нужно копать глубоко и вдумчиво. Наверняка на кону огромные деньги и огромная власть. И, вспоминая ту же Кровавую Пасху в Москве, эти кукловоды не остановятся ни перед чем.
Да и в Риме не всем по душе то, как быстро стала набирать вес и влияние эта вчерашняя девочка. Все эти Итало-русские общества, фонд «Данте Алигьери», да и то, как она буквально выпотрошила элиту на том благотворительном аукционе, вряд ли оставило сильных мира сего безучастными. Так что вряд ли это покушение последнее.
Церемония завершилась, и Иоланда с королем покинули балкон. Еще звучали ликующие крики с площади, когда князь Волконский подошел к принцессе и учтиво поклонился.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ваше королевское высочество!
Та приветливо улыбнулась, старательно выговаривая русские слова:
– Князь! Я рада вас видеть. Я хотела благодарить. За господина Жилина. Он – герой!
Волконский склонил голову, ответив по-русски:
– Мы все ваши верные слуги, ваше королевское высочество.
– Благодарю.
Понимая, что уровень знания языка у принцессы все еще недостаточен, князь заговорил по-французски:
– Будет ли мне дозволено спросить о вашем самочувствии? Новость о покушении потрясла не только всю Италию, но и вашего покорного слугу. Но особенно беспокоился мой государь Михаил Второй, который передавал вашему королевскому высочеству свои наилучшие пожелания и самые искренние заверения.
Иоланда подарила князю обворожительную улыбку, также переходя на французский:
– Передайте его императорскому величеству мою признательность. К счастью, благодаря героизму господина Жилина я почти не пострадала. Уверена, что император Всероссийский должен быть счастлив, имея таких подданных, как вы, князь, как господин Жилин и как верные и доблестные солдаты полка моего имени, которые сейчас героически сражаются на улицах Парижа.
– Не сомневайтесь в этом, ваше королевское высочество! Но вашему высочеству необходим отдых после всех треволнений. И мой император не простит мне, если буду утомлять вас еще больше. Позволю себе лишь передать вашему высочеству личное послание от моего императора. Ответ я готов передать в любое время дня и ночи. Засим разрешите откланяться.
– Благодарю вас, князь. Ступайте.
Принцесса задумчиво проводила взглядом уходящего князя, а затем посмотрела на конверт. Обычный конверт. Таких она от Михаила получила уже множество, и все они хранятся в отдельной шкатулке, рядом с той прекрасной диадемой, которая так похожа на корону.
Вздохнув, девушка вскрыла конверт и развернула письмо.
«Дорогая Иоланда!
Смею надеяться, Ваше Высочество простит Вашего смиренного слугу за дерзновенную фамильярность, но сложившиеся обстоятельства выступят оправданием мне.
Известие о покушении на Вас заставляет меня ускорить ход событий и сделать то, о чем давно говорят во всем мире и что я сам рвался сделать все это время, но лишь известная в таких делах осмотрительность, забота о Вашем добром имени, светских приличиях и проклятый монарший этикет заставляли меня сдерживать свои порывы.
Однако риск потерять Вас перевешивает все иные соображения, и я, преклонив колено, прошу Вашей руки.
Моя рука и сердце навечно принадлежит Вам, дорогая Иоланда.
Если Вы согласны стать моей женой и русской императрицей, то я буду официально просить Вашей руки у Вашего венценосного отца. Верю, что Виктор Эммануил III благословит наш брак, и мы немедленно объявим о помолвке.
Жду Вашего решения и молюсь за Ваше скорейшее выздоровление.
Вечно Ваш,
Михаил P.S. Мой сын Георгий граф Брасов благословил наш брак и ждет скорой встречи».
Глава VII. Похищение Европы
За день до того
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО». 9 (22) июля 1917 года
Хмурое вечернее небо за окном было под стать моему настроению. Я стоял, глядя сквозь стекло на сгибающиеся под напором ветра деревья, на летящую листву и прочий лесной мусор, на рябь, волнующуюся на поверхности пруда перед домом.
Ледяной холод поселился в моей душе.
Что сегодня со мной случилось? Отчего мне крышу сорвало? Оттого, что влюбился? Нет. Оттого, что я просто запаниковал. Сначала все понял где-то там, на подсознании, а потом, уже ближе к вечеру, осознал со всей холодной ясностью. И меня охватил ужас. Моя утренняя эмоциональная лихорадка и метания первой половины дня – лишь внешнее проявление паники, позже осознанной и подавленной.
