Она опустила взгляд на тонкую ночную сорочку из шелка цвета слоновой кости, которую привезла из Индии.
– Да. Но не для выхода в свет…
Раздался легкий щелчок, звук поворачиваемого ключа, и вот она уже смотрит в его грешные синие глаза не в силах ни вздохнуть, ни вымолвить хоть слово. Ей надо быть умнее, а не бросать ему вызов.
– Вот так, – проговорил он. – Это оказалось легко. Правда?
– Что вы здесь делаете? – требовательно спросила она.
– Выполняю миссию.
Он осторожно обогнул ее. Глаза его были бдительно прищурены. Джулия ощутила зловещее предчувствие, мурашки побежали у нее по спине. Она последовала за ним в глубь комнаты. Он выглядел опасным, решительным, напряженным. Хит Боскасл, шпион, опытный офицер, профессиональный убийца. В ее спальне. Выполняет какую-то миссию. У нее закружилась голова. Что происходит? Она ожидала совсем другого. Как неловко получилось: она решила, что Хит собирается ее соблазнить, а он всего лишь выполняет свой долг. Джулия выпрямилась, встревоженная происходящим.
Неужели он действительно заметил какого-то человека; проникшего в дом, и подозревает, что тот прячется в ее комнате? Она покрепче ухватила кочергу, а Хит встал на колени и заглянул под кровать.
– Что это выделаете? – взволнованно спросила она.
– Пытаюсь найти тайник.
– Тайник? Здесь?
У нее перехватило дыхание. При мысли о том, что кто-то вломился к ней в дом, проник в ее комнату, Джулия похолодела. Если это произошло, преступник, возможно, лежал в засаде все время, пока она готовилась ко сну. Возможно, в саду действительно кто-то был и наблюдал за ней. Возможно, ей следовало гораздо серьезнее отнестись к предупреждениям Рассела. Хит встал на ноги. Лицо его было мрачным, но не испуганным. Казалось даже, что он получает от всего этого удовольствие.
– Под кроватью нет.
– Дать вам мой пистолет? – прошептала она пересохшими губами. – Вам необходимо иметь при себе оружие.
Хит нахмурился.
– Хватит и пары ножниц. Или я воспользуюсь голыми руками.
– Голыми руками? – ахнула она. – Это слишком… зверски. – Она попятилась от него, стремясь добраться до двери. – Позвольте мне позвать на помощь.
Хит вскочил на ноги и обычным голосом произнес:
– Не надо. Я не хочу никаких свидетелей.
Она растерянно раскрыла рот, а он решительно двинулся к шкафу с ее нарядами.
– Вы думаете, он в шкафу? Среди моих платьев?
Он бросил небрежный взгляд через плечо.
– Положите кочергу на место, пока не обожглись.
Она послушалась и бережно положила кочергу у камина, тихо промолвив:
– Мне правда хочется, чтобы вы взяли мой пистолет.
– Ваш гардероб заперт?
– Нет. Но… пожалуйста, не открывайте его…
Хит удовлетворенно улыбнулся:
– Значит, он здесь?
– Он? – Ее пистолет был под подушкой.
– Не часто ли вы притворяетесь?
– Что вы станете делать, если он там?
– Порежу чертову штуку на тысячу кусков.
– Штуку? – Она сморщилась, когда Хит рывком распахнул дверцу шкафа с таким безразличием к опасности, которое показалось ей скорее бесшабашностью, чем храбростью. – Вы имеете в виду того?..
– Того?
Он сунул голову в ряды летних платьев, накидок и вечерних туалетов, развешанных в полном беспорядке. Джулия потянулась за спрятанным пистолетом.
– Ну, этот шпион. Который собирается мстить Расселу. Его там нет?
Хит с досадой обернулся к ней.
– Я понятия не имею, о чем вы говорите. Я ищу ваш сегодняшний рисунок. Я не желаю, чтобы его выставили на общее обозрение. Где вы его прячете?
Джулия потрясенно выпрямилась. Неудивительно, что он открыл дверцу недрогнувшей рукой.
– Вы хотите сказать, что вломились в мою спальню… среди ночи… так поздно… чтобы найти дурацкий рисунок, на котором изображены вы?
Высоко выгнув брови, Хит стал надвигаться на нее.
– А что, по-вашему, я мог здесь искать? Мне нужен этот рисунок, Джулия.
Она круто повернулась и рванулась к подушке.
– А мне нужен мой пистолет.
– О нет. Он вам не нужен. – Хит бросился за ней, упал на постель и разлегся, заложив руки за голову. – Так где этот рисунок?
– У Гермии.
Он посмотрел на Джулию. Поза его была непринужденно ленивой. Он выглядел так естественно, словно постель принадлежала ему. Это просто неприлично.
– Значит, у Гермии?
– Да. Почему бы вам не вломиться теперь в ее спальню?
Он улыбнулся мальчишеской обаятельной улыбкой. У Джулии перехватило дыхание.
– Не думаю, что это будет так же забавно, как вломиться к вам.
– Забавно? – возмутилась она, столь же сердитая на себя, как и на него. – Я-то думала, что вы пытаетесь меня защитить. Я думала, что вы намерены убить человека!
– Вряд ли я смог бы это сделать парой ножниц. – Ухмылка его исчезла, сменившись опасной напряженностью.
Его пылающий взгляд прошелся по ее одетой в шелк фигуре, затем медленно вернулся к лицу. Джулию бросило в жар.
– Скажите, вы всегда выглядите столь соблазнительно, когда ложитесь спать?
– Только когда ожидаю, что ко мне заявится некий негодник и развалится на моей постели. – Она крепко ухватилась за деревянный столбик балдахина, чтобы не поддаться соблазну присоединиться к нему. Опять он это сделал: обольстил ее одним взглядом! – А ну-ка поднимайтесь.
– Я только-только удобно устроился…
– Слишком удобно. – «И слишком привлекательно».
Она шагнула в сторону, но он одним гибким движением скатился с постели и раскинул руки. Джулия подняла глаза и увидела в зеркале его лицо. Нельзя было иначе истолковать откровенный жаждущий взгляд его потемневших от страсти глаз.
Изумление… потрясение… острое наслаждение пронзило ее всю, от макушки до кончиков пальцев. Джулия медленно повернулась к Хиту и посмотрела на него вопросительным взглядом. Лицо его было настолько невозмутимым, что она решила, будто предыдущее выражение ей привиделось. Будто в зеркале отразилось ее собственное тайное желание.
– Я намерен разорвать мой портрет, прежде чем вы выпустите его в свет, – с досадой произнес он и направился мимо нее к окну.
Джулия рассмеялась:
– Боюсь, что отныне ваше тело в моем исполнении принадлежит потомству.
Он отодвинул занавеску.
– Какая пугающая перспектива.
Она посерьезнела, подошла к нему и, встав рядом, посмотрела в темноту сада. Хит, кажется, не шутил. У него на уме было что-то еще, кроме рисунка.
– Вы ничего больше не нашли там, снаружи?
– Нет. Дорожки развезло. Утром там была одна грязь.
– Может быть, ночью никого не было?
– Не знаю. – Он опустил занавеску. – Но рисковать не стоит. – Он повернулся и шагнул было мимо нее, но вдруг остановился.
