Хит обхватил одной рукой полную талию Гермии, а другую поднял, защищая ее от града тухлых яиц и камней, которыми уличные хулиганы швыряли в толпу. Это были не искренние недовольные, а просто головорезы, наслаждавшиеся расхристанной яростью и возможностью украсть пару кошельков.
– Солдатские пенсии? – орал какой-то мужчина, запуская в Хита кочаном гнилой капусты. – Я вам покажу пенсии!
Хит отклонился, своим телом защищая Гермию от мерзкого снаряда.
– Где, черт возьми, наш экипаж? – бормотал он, проталкиваясь через возбужденную толпу. – И где, черт бы ее побрал, Джулия?
Гермия оправила свою накидку рыжеватого бархата.
– Вы думаете, она нашла экипаж раньше нас?
Хит, поджав губы, бросит; взгляд вдоль освещенной газовыми фонарями улицы. Куда она могла подеваться? Почему он не велел своему кучеру оставаться на месте? Настоящие протестующие начали смешиваться с карманниками и хулиганами. До сих пор никто всерьез не пострадал, но Хита тревожило исчезновение Джулии. Настроение толпы с каждой минутой становилось все неприятнее. Вооруженная гнилыми овощами и дубинками орава озверевших хулиганов сплотилась, чтобы перевернуть пустую карету.
Кучер скорчился за фонарным столбом и появился, только когда из-за угла выехал фургон с полицейскими. Едва размахивающие дубинками патрульные высыпали из него и побежали по улице, хулиганы рассыпались по переулкам и проездам.
– Скорее полезайте сюда, – раздался в этот момент знакомый голос.
Хит быстро повернулся и увидел, что рядом с ними останавливается легкий черный экипаж.
– Это Одем, – выдохнула Гермия и потянула Хита в сторону улицы. – Мой старинный враг оказался наконец полезным. Как вы думаете, может, он и Джулию спас?
– Сомневаюсь, – ответил Хит, тревожно оглядываясь по сторонам. – Она могла спастись через заднюю дверь зала. Но может быть, мой кучер приехал пораньше и нашел ее.
– Надеюсь. – Гермия содрогнулась и окинула взглядом бурлящую толпу.
Яйцо пролетело над их головами и разбилось о тротуар.
– Господи! – воскликнул Одем из экипажа. – Прямо какое-то поле битвы. Забирайтесь внутрь.
Дверца экипажа распахнулась, и ливрейный лакей графа поспешил помочь Гермии подняться по складным ступенькам. Хит, заглянул внутрь, и лицо его потемнело от тревоги. Ему нужно вернуться, чтобы отыскать Джулию. Если с ней что-то случится, можно винить только себя.
– Одем, вы не видели Джулию?
Граф, нахмурившись, наклонился вперед.
– Нет, не видел. Только не говорите, что бросили ее одну в этой сумятице.
Хит шагнул назад и коротко сказал:
– Увозите Гермию домой.
– Никуда мы не поедем, – решительно объявила Гермия, – пока не найдем Джулию…
– Проезжайте быстрее. – Констебль с обветренным лицом появился сзади. – Что за чертовщина… это не вы ли, лорд Боскасл?
Хит мрачно улыбнулся патрульному с Боу-стрит. Этот человек был одним из информаторов Хита и вообще добрая душа.
– Да, я. И не спрашивайте, как я здесь оказался. Просто помогите мне найти… – И с облегчением протиснулся мимо констебля. – Это она.
Слава Богу! Он медленно выдохнул, чувствуя, как наконец уходит из тела напряжение… которое тут же вернулось, но уже по другой причине.
Он увидел рядом с Джулией стройного худого мужчину и настороженно прищурился. Рука мужчины охраняюще обнимала ее за плечи, а тело служило ей обороной против буйной толпы. Джулия выглядела не испуганной и, пожалуй, не слишком расстроенной пережитым.
– С ней все в порядке? – нетерпеливо осведомилась Гермия из экипажа.
Хит отбросил досадное ощущение, сжавшее сердце. Что это было? Страх за нее? Высокомерная горечь уязвленной гордости, что не смог ее защитить? А может быть, ревность? Простая ревность из-за того, что ее обнимает посторонний мужчина? Это нелепо, ведь она через несколько недель выйдет замуж за его друга. Тем не менее буря негодования поднялась в его душе.
– С Джулией вроде бы все хорошо, – услышал он собственный голос. – С ней какой-то мужчина.
– Мужчина? Незнакомец? Господи, только этого не хватало, – простонала Гермия. – Перестаньте хмуриться и спасайте ее.
Он выдавил из себя улыбку.
– Я не уверен, что она хочет, чтобы ее спасли. – Но она будет спасена, хочет того или нет.
Она не только заставила его пережить сущий ад, но еще и нашла другого защитника.
Джулия осторожно высвободилась из-под руки своего спасителя. Он был милым молодым человеком, разве что слишком настырным и самовлюбленным. Он, кажется, полагал, что она слабая и хрупкая, как хрустальная статуэтка. Что было мнением приятным, хотя и неверным. Чего-чего, а стеклянной хрупкости в ее натуре не было вовсе. Джулия была создана из более стойкого материала, вроде хорошего английского известняка с доброй прожилкой гранита. Разумеется, она могла разбиться, но лишь после сильного удара. Она подозревала, что пережила подобный удар, но не внешне, а внутри, где трещинки не были видны. Однако новых ударов ей, пожалуй, не вынести. Даже меловые скалы Дувра рассыпаются с течением времени.
Увидев стоявшего на мостовой Хита, она вздохнула с облегчением. Удивительно, как этот человек мог одновременно страшить ее и давать ощущение безопасности. Как ужасно сознавать, что она уже научилась чувствовать его присутствие на расстоянии. Зато когда его не было рядом, она терялась.
Она вновь выскользнула из-под руки своего спасителя, которая каким-то образом опять легла ей на плечи, пока она отыскивала взглядом Хита и Гермию.
– Теперь я должна идти. – Она повернулась и коротко посмотрела в карие глаза мужчины.
Его темные локоны были взлохмачены, а припухлый чувственный рот романтика создавал образ галантного барона, пришедшего на помощь в трудную минуту… и прилипшего, как пиявка.
– Благодарю вас за то, что сыграли роль моего ангела-хранителя.
Он посмотрел мимо нее в сторону улицы. Хит как раз обогнул экипаж и быстрым, решительным шагом направился к ним.
– Это ваш муж? – осведомился барон с тяжким вздохом человека, привыкшего проигрывать в любви.
Он имел в виду Хита? Счел его ее мужем? Взгляд Джулии прошелся по мужественной широкоплечей фигуре, спешившей к ним через улицу. Одно предположение о том, что она принадлежит Хиту, затопило ее грешным удовольствием. Какую бы они составили пару! Неужели был шанс пожениться, если б война не развела их? Господи, о чем она думает! Он всего лишь сказал, что жалеет, что они никогда не были любовниками… Ничего больше.
– Боже мой, вовсе нет. Он не муж мне.
– Ваш жених?
Она смущенно засмеялась, отодвигаясь в сторону. Вокруг них во всех направлениях сновали люди. К тротуару подъехал еще один фургон патрульных.
