– Он как-то раз и на Джейн заглядывался, – промолвил Грейсон, вытягивая ноги. – Это было перед тем, как он попытался обольстить Хлою. К счастью, Джейн уже достаточно увлеклась мной и не откликнулась на его ухаживания. Остальное – история.
– Естественно, – ухмыльнулся Хит.
– Так расскажи своему более взрослому и более мудрому брату, – продолжал Грейсон, складывая руки на плоском животе, – почему ты проявляешь такое внимание к женщине, прострелившей тебе плечо? Говори.
– Ты имеешь в виду Джулию?
– В тебя вроде бы больше никто из дам не стрелял. Признавайся. Кто она тебе?
Наваждение. Потребность. Желание, так тесно вросшее в его прошлое, что он не может отделаться от него, не повредив самой своей сущности.
– Полагаю, она моя обязанность.
– Странное определение, – скептически посмотрел на него Грейсон.
– Нет, это действительно так. Мне поручено ее охранять.
– Объясни толком.
Что он и сделал, весьма благодарный брату, что тот выслушал без насмешек, не прерывая рассказ ехидными замечаниями. Хорошо, что он частица полного страстей клана Боскаслов и всегда может положиться на их общую преданность. Ему самому пришлось полжизни потратить на вызволение братьев и сестер из разного рода неприятностей и постоянно защищать нею эту злосчастную ораву.
А теперь он также попал в историю самого худшего пошиба. Влип в сердечное дело, в опасное увлечение, которого до сих пор удавалось избегать.
– Грейсон, я прошу у тебя совета.
– Да-а. Ты это делаешь впервые. Обычно все бывает наоборот. Это к тебе, Хит, мы обращаемся за указаниями и холодным анализом.
– Полагаю, что я слишком глубоко погряз в этом, чтобы советовать себе самому.
– Хит Боскасл, шпион высшей марки, просит совета у одного из первых лондонских повес? Правда, исправившегося, – вслух рассуждал Грейсон. – Что ж, а кого тебе еще спрашивать? – До него вдруг дошло, и он выпрямился. – Ты говоришь, что Джулия помолвлена с этим распутником? С этой шлюхой мужского рода?
– Ты о сэре Расселе Олторне? – растерялся Хит. Он думал, что любовные подвиги Рассела были хорошо скрываемым секретом. – Грейсон, ты уверен, что мы говорим об одном и том же человеке?
Грейсон только презрительно фыркнул.
– Я тебе никогда об этом не рассказывал и сомневаюсь, что Олторн подозревает, но я владелец его дома. И не хочу, чтобы это стало общеизвестным. Понятно? Сбор арендной платы выглядит как-то… по-купечески, хотя я этих денег никогда не касался.
– Но почему это делает Олторна «шлюхой мужского рода»?
– Он искал удобное жилище для любовницы неподалеку от своего клуба. Ну, это же логично. Заглянет в клуб выпить бренди, тут же заскочит в дом рядом для иных радостей.
Хит напрягся от неприятного ощущения, которое мог бы назвать… отвращением. Он должен был знать, что все обещания Рассела хранить Джулии верность после свадьбы были ложью. Хит чувствовал себя преданным и обманутым. Если об этом знал Грейсон, значит, Джулия тоже вскоре узнает. Это лишь дело времени.
– Я рад, что покончил с развлечениями такого рода, – помолчав, добавил Грейсон. – А ты никогда не был таким. Я всегда восхищался твоей скрытностью. Больше забот, но они в конце концов себя оправдывают.
– Полагаю, – сухо откликнулся Хит, – что леди Харрингтон заказала всяческие аксессуары и усовершенствования для их любовного гнездышка.
– Леди Харрингтон? – Грейсон посмотрел на него непонимающим взглядом. – Какое отношение имеет она ко всему этому?
– Она любовница Рассела.
– Нет, не она.
Хит недоуменно свел брови.
– Она. Я застукал их в самый момент…
– Верю, ты застукал их, но Люси не та женщина, которую Рассел поселил в арендованном у меня доме. Та красотка – оперная певица с роскошными формами, и притом, очевидно, беременная. У нее, кстати, грудь невероятных размеров.
– Беременная оперная певица? – В голосе Хита прозвучала циничная нотка.
Он устал придумывать извинения Расселу.
– Судя по тому, что мне докладывали, их роман никак нельзя назвать «прошлым», – пожал плечами Грейсон. – Расплывшаяся певица сообщила моему управляющему, что они собираются энергично пользоваться этим гнездышком после его возвращения из Парижа.
Еще одна любовница. Еще одно проявление неверности. Еще одна ложь. Эта была грязь самого отвратительного рода, о которой Джулия, Хит был в этом уверен, не имела ни малейшего представления. Если б знала, она выстрелила Расселу прямо в его лживое сердце. Он сам чувствовал страстное желание сделать это.
– Почему ты не рассказывал мне об этом раньше? – возмущенно спросил он.
– Я считал, что ты выше всяких сплетен.
– Да, но…
Голубые глаза Грейсона сверкнули дьявольским пониманием.
– Но не в том, что касается Джулии? Господи, ну и неожиданность!
Хит стиснул зубы. Он не назвал бы шесть долгих лет неожиданностью, хотя Грейсон, конечно, не мог этого знать.
– Я… думаю о ней уже давно, – после некоторого колебания признался он.
– Дай мне несколько минут оправиться от шока. Вот и ладно. Так что же мы станем делать?
Хит поднялся со стула и беспокойно заходил по комнате, сознавая, что у него есть только час или два на расспросы о Брентфорде.
– Как, по-твоему, я должен поступить?
Грейсон усмехнулся:
– Я точно знаю, как ты должен поступить. Это в границах моего опыта.
– И?..
– Все очень просто. Соблазни ее.
– В моих отношениях с Джулией не все так просто.
– Будет просто, если ты сведешь эти отношения к основным инстинктам. – Грейсон блаженно вздохнул. – Это отлично сработало с Джейн. Я соблазнил эту женщину, довел до полной потери разума, а потом женился на ней. – Он замолчал. – Она же соблазнила меня гораздо изящнее и тоньше. Я убеждаюсь с каждым днем все больше, что не могу жить без нее.
Слова Грейсона о жене и тех играх обольщения, которыми они развлекались перед свадьбой, заставили Хита задуматься. Грейсон и Джейн подходили друг другу. Это знали все. И тем не менее их путь к браку был совсем не прямым.
Хит взял со стола нераспечатанное письмо. Уголки его рта изогнулись в полуулыбке.
– Ты увлечен ею, а она – тобой, – продолжал Грейсон. – В итоге – взаимные мучения.
– Я…
– Тогда какого черта ты дожидаешься? Тащи ее в постель. Сделай ее своей. Твой ход.
– Но эта история с женихом… Он мой начальник и друг. Он действительно спас мне жизнь.
– Шлюха мужского рода? – Грейсон прищелкнул длинными элегантными пальцами. – С тех пор он несколько раз подвергал тебя опасности. В отплату долга… И присваивал себе успехи. Кроме того, Боскаслы не признают соперничества. Не будь таким порядочным, а то потеряешь ее.
