Несколько мучительно долгих мгновений, пока к ним приближалась леди Нортхем, ему пришлось выдержать испытующие взгляды троих друзей. Наконец придирчивый осмотр закончился, и Саутертон отступил в сторону, разрешая ему пройти.
Глубокой ночью Саутертон нашел Истлина в клубе, еще не совсем пьяного.
– Я думал, что сейчас ты уже дома, - посмотрел на друга маркиз. - Что ты здесь делаешь?
– Но ты ведь здесь, не так ли? Мне кажется, тебе не пристало пить одному. - Саут жестом подозвал слугу и заказал себе виски. - Надеюсь, ты не станешь возражать, если я к тебе присоединюсь.
– Нисколько.
– Ты ни за что не поверишь, но сегодня вечером Хелмсли ограбили, почти сразу после того как ты ушел. Тебе повезло, что ты вовремя скрылся, потому что нам всем пришлось давать бесконечные объяснения полиции, что крайне утомительно.
– Снова вор Джентльмен?
– Да. И Норт опять оказался в самой гуще событий. Он рискует снова попасть под подозрение. Попытки леди Элизабет защитить его уже не будут восприниматься серьезно, ведь она является его женой. Нужно что-то делать.
Истлин изучающе посмотрел на Саута поверх стакана.
– Полагаю, Норт уже кое-что делает.
Саут сделал добрый глоток и подержал виски во рту, прежде чем проглотить.
– Полковник? Истлин кивнул.
– Я думаю, он поручил Норту схватить вора. Ты знаешь, как Блэквуд беспокоится, чтобы мы не помешали друг другу в выполнении своих заданий, поэтому его бесполезно расспрашивать, он все равно не выдаст ничего лишнего. Я думаю, он пустил Норта по следу вора. А нам ничего не остается, как ждать, когда наши услуги понадобятся.
Звучит вполне разумно, подумал Саут. Отчасти становятся понятны события в Баттенберне. Ошеломляющее признание леди Элизабет, что Норт провел ночь в ее комнате, отвело от него подозрения в краже, но вынудило вступить в брак.
– Должно быть, ты прав, - медленно произнес Саут. - По крайней мере уже что-то. А то в последнее время мне совершенно нечем себя занять. Я готов просто умереть от скуки.
– А теперь ты решил, что будет гораздо лучше употребить свои силы на добрые дела? Саут довольно рассмеялся:
– Я могу воспользоваться твоей ложей в театре. Ист? Мне сейчас очень не хватает хорошей комедии в «Друри-Лейн».
– Ну конечно. Тебя интересует сама пьеса или несравненная мисс Индия Парр?
– По правде сказать, я не видел ни того, ни другого, так что мой ответ - обе. - Саут уселся свободнее в кожаном кресле и глотнул виски. - А что, она действительно так талантлива, как говорят?
– Я не знаю, что о ней говорят. Я считаю, что она талантлива, а ты суди сам - моя ложа к твоим услугам. - Истлин понимал, что Саут явился в клуб не для того, чтобы обсуждать таинственного вора, наводящего страх на лондонский свет, или выслушивать советы, как лучше справиться со скукой. - Зачем ты пришел сюда, Саут? Тебе что, досталась короткая соломинка, когда вы тянули жребий?
– На самом деле мы тянули карты. Мне досталась четверка пик.
– Не повезло.
– Да. - Открытая улыбка Саута смягчила язвительность ответа. - Нет никаких слухов о том, что леди София носит твоего ребенка, Ист. Мы бы не стали скрывать от тебя, если бы услышали такое. И не только мы не слышали подобной новости, но и матушка Норта. А она в последнее время только и делает, что наносит визиты, вывозя в свет Элизабет. Так что, появись подобные сплетни, они бы уж точно не прошли мимо ее внимания.
Слова друга заставили Истлина буквально взвиться от злости.
– Черт побери, Саут, вы задавали ей такие вопросы?
– Ты имеешь в виду жену Норта или его мать?
– И ту, и другую. Обеих. Даже простое повторение подобной нелепости в форме вопроса даст повод для сплетен.
– Мы задали вопрос вдовствующей графине и можем рассчитывать на ее здравомыслие и такт, - ответил Саут.
– Ха! Значит, она будет наводить справки у своих ближайших подруг, и наши с тобой матери окажутся первыми в списке. Почему мы не в состоянии сохранить в тайне свою личную жизнь?
– Я думаю, все дело в нашей дружбе.
– Не слишком удачный ответ. Вас никто не просил вмешиваться. Вас никто не просил принимать участие в моих делах.
– Ты можешь рассчитывать на меня в любом случае.
Истлин только вздохнул, потому что сердиться бессмысленно.
– Миссис Сойер решила посмотреть, что будет, если она публично произнесет заведомую чушь. Она искусно манипулировала нами, Саут. Не стоит ее недооценивать и не следует обольщаться на свой счет, что мы слишком умны, чтобы нас можно было втянуть в подобную игру. Одно дело противостоять «Ордену епископов» и совсем другое - женскому коварству. К несчастью, мы оказались не готовы к такому развитию событий.
Саутертон долго смотрел, не отрываясь, на пустой стакан Истлина, затем перевел внимательный взгляд на своего друга и сокрушенно покачал головой. Кончики его губ подрагивали от еле сдерживаемого смеха.
– Сколько же ты успел выпить до того, как я пришел к тебе на помощь?
***
Софи низко склонилась в седле, поглаживая лошадь по шее, чтобы, не прибегая к помощи хлыста, уговорить гордое животное перескочить через бурлящий внизу ручей. Аполлон отличался завидной выносливостью и, скача по полю, легко преодолевал большие расстояния, не снижая взятого темпа. Иногда Софи казалось, что они с Аполлоном - одно целое. Она могла бы свободно улечься на его спине и предоставить коню свободу лететь куда вздумается. Софи нравилось думать, что в крови ее арабского скакуна горит раскаленный на солнце песок пустыни и он может мчаться быстрее ветра по изменчивым дюнам.
Заходящее солнце слепило ей глаза. Софи зажмурилась и позволила жеребцу следовать его инстинктам. Интересно, помчится ли Аполлон к каменной стене, подумала она, или же повернет к роще, где темно и прохладно? А может, он сделает круг и вернется к ручью, около которого наверняка заупрямится и не пожелает перепрыгнуть?
Развеселившись от собственных логических упражнений, Софи открыла глаза и выпрямилась в седле как раз вовремя, чтобы помочь Аполлону преодолеть препятствие в виде осыпающейся каменной стены, тянущейся по краю дороги. Горстка пасущихся овец бросилась врассыпную и возмущенно заблеяла, когда Аполлон с грохотом промчался мимо. Блеяние овец заставило Софи рассмеяться, напомнив ей о Тремонте. Совсем недавно он издал похожий звук.
Прошла неделя с тех пор, как граф увидел в газете объявление о вступлении в брак достопочтенного Джорджа Хита, младшего сына виконта Драйдена, с мисс Ребеккой Сейерс, которую Тремонт окрестил «каким-то ничтожеством». Что касается Софи, то она искренне радовалась за мисс Сейерс и немного огорчилась из-за себя самой. Мистер Хит производил впечатление человека доброго и спокойного, хотя и недалекого. Его интересы не простирались дальше охоты и разведения скота.
