Читаем без скачивания История спиритизма - Артур Дойль

Я не прошу тех, кто управляет миром: откройте глаза, поймите, что ваши усилия тщетны, признайте свое поражение! Они, наверное, никогда не захотят признать своего позора. Я обращаюсь к самим спиритам: какими бы черными ни казались вам нынешние дни, на самом деле они полны самых светлых надежд на будущее. Несмотря на то, что все вдохновители общественного мнения объявили спиритизму войну, он никогда не был так близок к полной победе, как сейчас. На нем лежит печать, характерная для всех значительных явлений современной эпохи: это печать исторической правды. Сейчас он ведет сражение, которое сопутствует любой великой реформе общественной, моральной, интеллектуальной или религиозной, и у него есть все предпосылки к тому, чтобы победить».

Свидетельством изменений, происшедших с тех пор, как мистер Хоуит опубликовал в 1866 году свои заметки, стала статья «Спиритизм и наука», появившаяся в газете «Таймс» 26 декабря 1872 года[98]. В этой статье, занявшей три с половиной колонки, высказывается мнение, что «пришло время компетентным людям разрубить этот гордиев узел», но никак не объясняется, почему отказано в компетентности таким известным личностям, как Крукс, Уоллес и де Морган.

Говоря о маленькой книжке лорда Адэра, изданной в честном порядке и посвященной опытам с Д. Д. Хоумом, автор, похоже, находился под сильным впечатлением от общественного положения людей, свидетельства которых там приведены. Статья полна неуклюжего юмора и снобизма:

«Том, лежащий передо мной, свидетельствует о широчайшем распространении, которое эта глупость получила в обществе. Мне дал его весьма уважаемый в кругах спиритов человек, настоятельно попросив, чтобы имена упомянутых в нем лиц не были преданы гласности. В книге 150 страниц отчетов о спиритических сеансах, она была издана родовитым графом, членом Палаты лордов, недавно покинувшим этот мир. Покинувшим, мы уверены, и столы, и стулья, населенные духами, к которым он при жизни испытывал неразумную, но сильную привязанность. О вещах совершенно непривычных, способных привести человека в полное изумление, в этой книге говорится совершенно спокойно, как о проверенных фактах. Мы не станем подвергать читателя испытаниям, приводя цитаты из книги, пусть он поверит нам на слово, когда мы скажем, что речь там идет о всех возможных „проявлениях потустороннего“ — от пророчеств до явлений более низкого плана».

Но нам хотелось бы обратить внимание читателя на список из пятидесяти свидетелей, помещенный на титульном листе. Среди них — вдовствующая герцогиня и другие высокопоставленные леди, капитан гвардии, нобльмен, баронет, член Парламента, несколько официальных лиц из научных и других учреждений, адвокат, торговец и врач. Представлены все слои высшего и среднего общества, причем представлены далеко не самыми глупыми и бестолковыми людьми, если судить по их общественному положению и задаваемым ими вопросам.

Доктор Альфред Рассел Уоллес — знаменитый натуралист — так описывает свое посещение группового сеанса, проведенного одним из медиумов (из письма в газету «Таймс», опубликованного 4 января 1873 года):

«Полагаю, не будет преувеличением сказать, что основные черты этого феномена в настоящий момент хорошо известны. Он может быть причислен к явлениям, необъяснимым с точки зрения тех законов природы, которые известны нам в настоящий момент. Его значение весьма велико для толкования событий прошлого, ибо история полна намеков на подобные факты, а также для объяснения природы разумной жизни, ибо физические науки в полной мере не способны пролить свет на эту проблему. Кроме того, я глубоко убежден в том, что все философы, к какой бы школе они ни принадлежали, не могут спать спокойно пока не подвергнут тщательному и серьезному исследованию этот феномен и не примут в расчет само его существование».

Изучение эктоплазмы и лабораторные эксперименты очень многих отвлекают от самого главного. Уоллес был одним из немногих поистине великих исследователей, чей мощный и объективный ум охватил всю истину в целом: от тончайших физических проявлений потусторонней силы — до величайшего учения, которое может быть создано на основе знаний об этой силе, учения, способного своей стройностью и безусловностью далеко превзойти любую теорию, известную человеческому разуму. Публично выраженное признание и постоянная поддержка со стороны великого ученого — одного из первейших мыслителей своей эпохи, были тем более ценны, что ему хватило мудрости понять, что вслед за открытием описываемых нами явлений может последовать великая революция в религиозном сознании. Забавно, что в те времена мудрость оказалась дарована людям с обостренной чувствительностью и, за редким исключением, не свойственна людям, имевшим образование. Сердце и интуиция попали в цель, стрелы разума — прошли мимо. Хотя, казалось бы, требовалось всего-навсего составить нехитрую цепь умозаключений, которую можно проиллюстрировать следующим диалогом, построенным в манере Сократа: «Удалось ли нам войти в контакт с разумами людей, которые уже умерли?». Спириты отвечают: «Да». «Сообщили они нам о своей жизни после, смерти и о том, как повлияли на эту жизнь их земные деяния?». Снова ответ: «Да». «Совпадает ли эта реальность с описаниями, приводимыми какой-нибудь из земных религий?». — «Нет». Спириты смиренно восприняли это послание и приводят, свое служение Богу в соответствие с действительным положением вещей.

В 1876 году сэр Уильям Баррет (в те времена профессор) вынес спиритические явления на обсуждение Британского объединения «За прогресс науки»[99]. Его работа называлась «О некоторых явлениях, сопровождающих аномальные состояния рассудка». Ему с превеликим трудом удалось добиться обсуждения этой темы. Совет по биологии отклонил его работу и передал ее в подкомитет по антропологии, где она была принята к обсуждению лишь благодаря решающему голосу председателя — доктора Альфреда Рассела Уоллеса. Полковник Лэйн Фокс помог сломить сопротивление, задав вопрос: «Если в прошлом году мы обсуждали проблему древнего колдовства, почему бы нам не поговорить о колдовстве современном?» Первая часть работы профессора Баррета посвящена гипнотизму, а вторая — описывает его работу по изучению спиритических явлений и содержит призыв к дальнейшим научным изысканиям в этой области. Он приводит убедительные подробности, касающиеся стука, свидетелем которого он был вместе с неким ребенком («Спиричуалист», 22 сентября 1876 года).

В ходе обсуждения сэр Уильям Крукс сообщил о случаях левитации, продемонстрированных ему Д. Д. Хоумом. Он сказал: «Свидетельств в пользу существования левитации имеется больше, чем в пользу существования любого другого явления, выносившегося когда-либо на обсуждение Британской ассоциации». Кроме того, он сделал следующие пояснения относительно своих собственных методов изучения психических явлений:

«Когда обсуждался феномен доктора Слэйда, меня попросили провести исследование, и тогда же я поставил ряд обязательных условий: исследования должны происходить в моем собственном доме, в присутствии тех, кого я укажу лично. Ход эксперимента также определяю я, и мне должна быть предоставлена полная свобода в выборе аппаратуры. Я всегда старался, насколько это возможно, предоставить физическим приборам фиксировать все самостоятельно, а своим собственным органам восприятия доверять лишь в разумной степени. Но в вопросе о доверии к субъективному восприятию вынужден не согласиться с мистером Барретом, говорящим, что исследователь-физик не может сравниться с профессионалом-фокусником. Я считаю, что исследователь-физик не только может с ним сравниться, но и имеет определенное преимущество».

Известный математик лорд Рейли внес важный вклад в обсуждение, заявив следующее:

«Мы должны отдать должное отваге профессора Баррета (поскольку углубление в данный предмет безусловно требует смелости), решившегося довести до нашего сведения результаты своих тщательно поставленных опытов. Сам я уже два года интересуюсь этими явлениями. Прежде всего меня заинтересовали исследования мистера Крукса. Мои возможности не были столь благоприятны, как те, что посчастливилось иметь мистеру Баррету, однако и мне удалось пронаблюдать достаточно много, чтобы убедиться в неправоте тех, кто насмешками пытается отвратить людей от дальнейших исследований в этой области».

Следующий докладчик — мистер Грум Напье вызвал смех, рассказав о достоверных описаниях людей по их почерку, полученных путем психометрического анализа текстов, находившихся в запечатанных конвертах. Когда же он перешел к описанию наблюдавшихся им огней, вызванных духами, взрывы хохота заставили его ретироваться с кафедры. Отвечая своим оппонентам, профессор Баррет сказал: