Однако вернемся от общемировых дел к тому, что приключилось с гуманистическими идеями в Советском Союзе.
5.3. 1937 год: Сталинская контрреволюция - реставрация монархии, национализма и религии в СССР.
5.3.1. Что такое Реставрация, и почему она неизбежно следует за всякой революцией?
В городе Иванове, на родине первого в России рабочего совета, есть очень любопытная аллея с памятниками всем участникам того самого первого совета. На скульптурных бюстах выбиты даты рождения и смерти. Даты рождения у всех разные. Даты смерти почти у всех одинаковые: 1937 или 1938 год. У одного, правда, написано 1942, но как объяснит вам местный экскурсовод, это ошибка - на самом деле должно быть 1938. Любопытная получается картина - все члены самого первого совета были казнены в Стране Советов в период с 1937 по 1938 год. Если посмотреть на годы жизни большинства ленинских соратников - революционеров совершивших революцию 1917 года, то видна та же самая картина: все они к 1938 году были либо физически устранены, либо высланы за границу, либо отстранены от реального участия в делах страны и превращены чуть ли не в живые экспонаты музея революции.
Что же произошло? Прежде всего, произошло то, что обычно происходит после революций, то, что произошло в свое время после Английской и после Французской революций - произошла Реставрация. Лет через двадцать после революции вчерашние юноши, шедшие за революционерами и делавшие революцию, обретают власть и становятся отцами семейств. Они уже не хотят, чтобы их дети воспитывались, как они сами в свое время, в духе революционного пренебрежения авторитетами и стремления к ниспровержению основ. Пришедшие к власти и обюрократившиеся вчерашние юноширеволюционеры желают, чтобы их дети их уважали, и вообще, они хотят стабильности и уверенности в незыблемости своей власти, а не революционной непредсказуемости. Культурные традиции, обеспечивающие стабильность, в новом, порожденном революцией, обществе обычно к этому времени еще не успевают выработаться, и такие традиции приходится заимствовать из еще незабытых дореволюционных времен. В такой ситуации, состарившиеся вчерашние вожди революции, твердящие о том, что происходит измена идеалам революции, начинают всем невероятно мешать. Если не удается заткнуть им глотку, их могут даже физически устранить. Это общая закономерность, справедливая для всех революций. Но кроме этого, отличительные особенности Революции, происшедшей в России в 1917 году нашли свое отражение в отличительных особенностях Реставрации происшедшей в СССР в 1937 году.
Но прежде чем рассматривать особенности этой конкретной Реставрации, следует сделать еще одно замечание общего характера. Ни одна реставрация не бывает абсолютной и полной. Невозможно дважды войти в одну и ту же реку. Люди помнят о революции, помнят, почему она произошла, и к чему она стремилась. Эту память невозможно вычеркнуть и правителям приходится с ней считаться. Что еще более важно, это то, что революции происходят в силу объективных причин, с целью решить объективно назревшие проблемы. Часть этих проблем либо решается революцией - и тогда режиму реставрации приходится действовать в объективно новых условиях и подстраиваться под эти условия, либо не решаются - и тогда режим реставрации живет под страхом, зная, что отсутствие решения может привести к новой революции. Этот страх накладывает свой отпечаток на реставрированный режим, заставляя его, с одной стороны, "завинчивать гайки", устанавливать тотальную слежку и поощрять стукачество, а с другой стороны продолжать некоторые из реформ начатых революцией. Таким образом, избавляясь от некоторых революционных эксцессов, реставрация закрепляет те из результатов революции, которые действительно давно назрели, абсолютно необходимы и обеспечены объективными условиями. Реставрация - это колебание маятника истории в обратную сторону, но с меньшей амплитудой, не возвращающей его в дореволюционную точку.
Хотелось бы также сравнить реставрацию с диалектическим отрицанием предыдущего отрицания - революции - но я от такого сравнения все же воздержусь. Согласно диалектике в результате отрицания отрицания получается синтез. Однако не всякой реставрации удается достичь настоящего синтеза старого и нового после нее обычно маятник снова идет обратно - в сторону революции.
5.3.2. Отличительные особенности сталинской Реставрации.
Для реставрации 1937 года были характерны следующие особенности:
5.3.2.1. Возрождение великорусского национал-шовинизма
Потеря надежды на скорую мировую революцию означала, что социализм придется строить в одной отдельно взятой стране. Советская страна становилась единственным в мире государством официальным носителем коммунистической идеологии в мире ("Надеждой всего прогрессивного человечества"). Верность коммунизму отныне приравнивалась к верности стране и государству. Патриотизм начали ставить выше пролетарского интернационализма. Причем, если в начале этого периода это был все-таки в первую очередь советский патриотизм, базирующийся на гордости за то, что советский народ строил первое в мире социалистическое государство, то к концу правления Сталина патриотизм этот все более стал приобретать черты великорусского национал-шовинизма времен последнего царя. Русские дореволюционные ученые были объявлены первооткрывателями всего и вся, русские полководцы оказались самыми гениальными в мире, и выяснилось вдруг, что Россия является родиной слонов. Подобный всплеск русского шовинизма имел несколько причин.
В 1930-е годы советская нация еще только зарождалась. Людям, получившим воспитание в рамках еще только нарождавшейся советской цивилизации, было не более двадцати лет, и они пока не играли никакой роли в определении государственной политики. К вершинам власти в то время пришли люди, воспитанные еще в дореволюционной России в духе русского национал-шовинизма. То обстоятельство, что многие из них были не русского происхождения, скорее ухудшало, чем исправляло положение. Сталин потому так и подчеркивал что русский народ является "старшим братом" по отношению ко всем другим "братским" народам, что сам он был нерусским и ему нужно было доказать свою русскость в глазах народа.
Когда началась война, Сталину пришлось мобилизовать все имевшиеся в его распоряжении ресурсы, в том числе и русский национализм. Будучи умным политиком-популистом, он прекрасно понимал, насколько еще не укоренены в массах советские традиции, и насколько сильны многовековые русские традиции. И он совершенно беззастенчиво разыграл "русскую карту". В первые же дни войны он обратился к народу не "товарищи", а "братья и сестры", и призвал защищать Россию. То есть не только Россию, строящую социализм, и отстаивающие гуманистические идеалы перед угрозой фашизма, но и "святую Русь", страну не знавшую гуманизма, страну средневековой религии и такого же средневекового варварства. Защищать ее не потому, что необходимо было сохранить идеи гуманизма от фашистского варварства - нет, подобных абстракций самые темные слои населения понять бы не смогли, а на борьбу нужно было поднять всех, даже самых темных - а потому, что наше варварство лучше ихнего варварства, лишь в силу того, что оно наше. Темным достаточно объяснить, что наши березки лучше немецких, раз они наши, а наш "царь-батюшка" лучше ихнего фюрера, потому что он наш. И они пойдут на смерть, крича "за родину, за Сталина!", если, конечно, из Сталина сделать царя-батюшку. И пропаганда делала из него царя, довольно успешно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
