хотелось летать! И, пожалуй, я бы так и сделала, если бы сильные руки не схватили меня поперек и не вернули на мягкую кровать.
— Еще полетаешь, птичка, — не взирая на сарказм и насмешку в голосе, надо мной склонилось взволнованное, бледное лицо Киллиана. Его ледяная и явно дрожащая рука нежно притронулась к моей щеке. — Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо, — счастливо улыбнулась я и обхватила его ладонь.
Киллиан замер, с тревогой, всматриваясь в мои глаза. А затем вдали комнаты послышался глухой голос герцога:
— Что вы с ней сделали?
— Вы…вылечил, — испуганно ответил, судя по всему, профессор.
А я решила прояснить один важный, невероятно волнующий меня вопрос!
— Правда полетаю? — спросила я бледного Киллиана с мольбой в голосе. — С вами?
— Полетаешь, — вроде бы и ответ положительный, но прозвучал почему-то как угроза. — Со мной, — прохрипел маг. Его лицо помрачнело, вены на лбу напряглись. — Со мной, звездочка. Только со мной!
Глава 19 — Терпение
Межлесье. Резиденция Аспида.
Ария Тернер.
— Ты не посмеешь забрать ее!
— На ней флер Лиардон, — холодно сказал мужчина над ухом, рассматривая маленькие точки от укуса на моем запястье. — Я смогу выдержать. А ты, Равеллиан, сможешь?
Ответом тому было молчание.
Кажется, меня подняли сильные руки и куда-то понесли. Состояние полусна-полуяви усилилось, а вместе с тем и пробирающий до дрожи озноб. Зубы стучали, я пыталась теснее прижаться к мужчине, от которого просто безумно хорошо пахло деревом и мылом. Над головой тяжело вздыхали, пытаясь воззвать меня к совести… Но совесть возвращаться не собиралась! Потому я прикоснулась холодными губами к шее Киллиана, крепче втянув в себя его аромат.
— Звездочка моя бесстрашная, сделаешь так еще раз, и я за себя не ручаюсь! — ласково сказал маг, а потом прорычал: — Не двигаться!
Знакомое чувство мимолетной невесомости, сменяющийся пейзаж вокруг… И мы оказались в просторной кухне.
— Малышка, ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю, когда ты будешь в сознании?
Я нахмурилась и отрицательно помотала головой. В голосе мужчины сквозила опасность, но… страшно мне не было. Я чувствовала себя блаженно изможденной и в то же время намного бодрее, чем обычно.
— Нет, но я хочу, чтобы вы обняли меня покрепче.
Киллиан изогнул бровь, его ладонь ме-е-едленно спустилась на попу, а затем мое ухо опалило горячим дыханием:
— А знаешь чего хочу я? Помимо того, чтобы выпороть тебя хорошенько? — Я замерла, сердце бешено застучало, чтобы в следующее мгновение и вовсе остановиться: — Я изнываю от желания бросить тебя на кровать, зажать твои прелестные ручки у тебя над головой и целовать твои губы до тех пор, пока ты не начнешь умолять меня тебя…
Он замолчал, как будто решая, посвятить ли меня в свои секреты или нет.
— Умолять что? — спросила я несколько нетерпеливо.
Киллиан прикрыл глаза и хрипло выдохнул:
— Демоны, одарите меня терпением.
Мужчина хотел поставить меня на пол, однако я в свою очередь была категорически против и вцепилась в того мертвой хваткой. Над головой тяжело вздохнули, перехватили поудобнее — так, что теперь я висла на Киллиане, как обезьянка, и удерживая одной рукой, принялись что-то готовить.
В нос то и дело ударяли резкие сладкие ароматы, но все они мне не нравились — мне был нужен только один: дерево и мыло, запах Киллиана. Потому я не отрывалась от его шеи, задевая короткими поцелуями бешено бившиеся вены.
— Арр-ри-ия! — прорычали мне, ласково погладив по волосам. Но мне было все равно! Ровно до того момента, пока меня совершенно нагло не ударили по попе! — Хочешь перейдем в кроватку?
Возможно в другой момент я бы и возмутилась такой неприличной угрозе, но сейчас мысли текли совсем в ином направлении… В голове тут же замелькали соблазнительные картинки, как в постели в купе с одеялом и этим потрясающим мужчиной будет тепло, и я радостно выдохнула:
— Хочу!
Мне не ответили.
Вот совсем.
Лишь продолжали шумно дышать и стоять почти неподвижно, крепко прижимая к своей твердой груди. Сознание плавало в полутьме, лишь механически фиксируя происходящее.
— А можно я распущу ваши волосы? Они такие красивые… — спросила я, прожигая недовольным взглядом резинку, которая скрывало это белое сокровище.
И в ответ безапелляционно:
— Нет.
Отмерев, Киллиан продолжил готовку чего-то терпко-сладкого. Сначала я расстроилась, а потом вспомнила про постельную угрозу, и будучи самой настоящей диверсанткой мстительно дернула черную резинку вниз. Шелковые прямые волосы рассыпались, немного не доставая до сильных плеч. Затем я зарылась носом поглубже, потому что запах снега заполонил все другие ароматы. Невероятно вкусно!
Закончив с готовкой, мужчина невозмутимо пересадил сопротивляющуюся меня на стул и поставил передо носом темную кружку.
— Пей.
Я отрицательно помотала головой.
— Не буду.
Светло-серые глаза опасно сверкнули, а я… я позабыв про всякий холод, завороженно уставилась в восхитительное лицо напротив. Все же Киллиан в своем истинном обличии был красив, как бог, не иначе…
Желая увидеть его невероятные глаза поближе, я сделала попытку взобраться к Киллиану на колени. Попытку, впрочем, поощрили и даже позволили обнять лицо ладонями. Белесый взгляд начал стремительно темнеть; изящные, но сильные руки погладили мои плечи, плавно опустились на талию.
— Звездочка, — ласково прохрипел маг. — Не надо на меня так смотреть.
Я улыбнулась и с надеждой предложила:
— В кроватку?
Черный зрачок совсем перекрыл светло-серую радужку. Мне вдруг стало как-то не по себе… и даже с колен захотелось слезть…
Не позволили.
— То есть кроватки не будет? — загрустила я.
— Будет. Но не сегодня, — ультимативно пообещал Киллиан, поглаживая чувствительное местечко под ребрами. — И поверь, кроватка будет много-много раз, душа моя… И не только кроватка. Это я тебе обещаю.
Я оплела руками шею мужчины и выдохнула радостно в губы:
— Правда-правда?
Киллиан издал хриплый стон и прикрыл глаза. А мне ничего не оставалось кроме как прижаться щекой к его виску. Ужасно хотелось лизнуть его кожу, чтобы ощутить вкус.
— Выпей зелье, Ария, — тихо приказал мужчина, он стал дышать тяжелее.
Вот эту сладко пахнущую гадость?! Ну только если…
— А вы меня поцелуете?
Пауза и хриплое:
— Поцелую.
— Обещаете?
Киллиан крепче стиснул мою талию, прижав меня к себе.
— Обещаю.
Вовзав в себе все оставшиеся силы, я еле-еле отцепилась от мужчины и, не слезая с чужих колен, разом выпила розовую горячую жидкость. Сладость ягод тут же обожгла горло, а потом приятно сконцентрировалась в животе… И стало так тепло… А потом опять холодно… Киллиан снова тяжело вздохнул.
— Душа моя, безрассудная, ну за что ты так со мной? — хрипло спросил мужчина, поглаживая меня по
