— Именно так, сударь! И он очень вкусен.
Мне повезло, что он оказался лишен предрассудков. Он попробовал огурец сначала без хлеба, потом с хлебом и, наконец, с хлебом и холодной говядиной.
Мое сердце бешено стучало, пока я ждала его ответа. Но он не торопился. Подозвал своего помощника и велел ему попробовать тоже. Тот сделал это незамедлительно, должно быть, не привык сомневаться в словах шефа. Потом они отошли в сторону и о чём-то посовещались.
— Давно ли вы проделываете такое с огурцами, мадемуазель? — спросил он, наконец.
— Да, сударь, — сказала я, не уточняя, что в этом мире это был мой первый опыт.
— Я всегда думал, что этот плод не может быть таким бесполезным, каким кажется, — вздохнул он. — Полагаю, мы сможем подавать его нашим посетителям. Я не уверен, что он сразу понравится всем, но я сам с удовольствием станут его есть, а потому куплю его у вас хотя бы для себя. Сколько таких огурцов вы привезли на ярмарку?
— Большую кадушку, сударь, — ответила я, боясь поверить, что нашла покупателя.
— Я заплачу вам больше, чем вы сумеете получить, стоя в торговых рядах, — предложил он, — но с одним условием. — Вы отдадите мне товар полностью и без остатка. Чтобы в эту зиму соленые огурцы подавались только в моей таверне.
— Конечно, сударь! Как вам будет угодно!
— И если соленые огурцы понравятся нашим гостям, я стану покупать их у вас и в дальнейшем. Когда вы приедете на весеннюю ярмарку, загляните ко мне, и мы всё с вами обсудим. И кажется, я уже догадался, — рассмеялся он, — что вы добавили в этот соус. Мелко нарезанные соленые огурцы! Ведь так?
Я подтвердила его догадку. А потом посоветовала добавлять во «взбитое масло» немного горчицы.
За товаром на ярмарку на следующий день месье Корден (а именно так звали моего нового знакомого) приехал лично. Под изумленные взоры моих соседок его помощники забрали у меня кадку с огурцами. А потом вручил мне мешочек.
— Буду ждать вас в Альенде на будущий год, — сказал он.
Я заглянула в мешочек. Там лежали три золотых! Я едва не захлопала в ладоши. Я рассчитывала выручить на этой ярмарке хотя бы один золотой, а получила целых три!
— Кто бы мог подумать! — покачала головой словоохотливая соседка справа. — И что, неужели они на самом деле так вкусны? Может, мне в самом деле стоило их попробовать?
— Конечно, сударыня! — улыбнулась я. — Но теперь вы сможете это сделать разве что в таверне «Меч рыцаря». И отнюдь не бесплатно.
Глава 37
На сей раз я покупала в Альенде не только то, что могло принести пользу в хозяйстве, но и то, что могло порадовать моих близких на новогодних праздниках. Я уже знала, что в Арвитании не ставят ёлку в доме и не наряжают какие-то другие деревья. Но здесь тоже к празднику украшали дом и готовили праздничный ужин.
Поэтому я купила марципан, корицу, цукаты — всё это Табита наверняка сумеет использовать для приготовления праздничного пирога. А еще не пожалела денег на небольшую жестяную коробочку настоящих шоколадных конфет — мне хотелось побаловать домашних вкусным лакомством.
Подумала я и о подарках для своих родных. Матушке я купила красивую и теплую ткань на платье. Алену — новый сюртук. Одежда, в которой он приехал из родительского дома, уже была узка ему в плечах. А Стефе и Сэму — по пакету разноцветных леденцов.
Но про продукты на зиму я тоже не забыла. Я купила сахар, муку, несколько видов круп, растительное масло в большой темной стеклянной бутыли, специи, соль. Купила несколько тарелок (а потом всю дорогу боялась их разбить, когда телега подпрыгивала на ухабах), вилки, простенький канделябр, восковые свечи и красивую льняную скатерть.
А Алена под руководством месье Меридо я отправила купить хотя бы самые необходимые инструменты для нашего хозяйства — топор, пилу, лопаты. Сосед никогда не отказывал нам в них, но просить его об одолжениях всякий раз было не очень удобно. К тому же мастер часто уезжал из деревни, нанимаясь на работу в других деревушках, и хотя на время отъезда он не запирал дом, искать что-то там без хозяина было бы совсем неловко.
А еще я купила жестяную лейку и небольшие грабли. От матушки я уже знала, что холода в Арвитании длятся недолго, и как только наступает весна, все начинают заниматься садово-огородными работами. И мне уже не терпелось заняться выращиванием огурцов. Особенно теперь, когда я нашла на них оптового покупателя.
Конечно, не было никакой уверенности, что соленые огурцы понравятся посетителями таверны «Меч рыцаря», но ее шеф-повар (а как потом выяснилось и хозяин) месье Корден показался мне человеком сметливым. Такой своего не упустит, и если уж взял мой товар, то сумеет его продать. И возможно уже к следующей ярмарке в Альенде появится немало любителей такого пока еще необычного яства.
Всю обратную дорогу я смотрела на лежавшие в телеге покупки и тихо радовалась им. Правда, в этой радости была малая нотка грусти — на них я потратила почти все свои деньги. И хотя ни об одной потраченной монетке я не жалела, я не могла не думать о том, что если зимой нам потребуется купить что-то еще, то у нас просто не будет такой возможности.
Табита и дети встречали нас уже у калитки. Они с радостью носили в дом из телеги пакеты, мешки, коробки. А вот подарки я попросила месье Меридо подержать у себя до праздника. Я хотела сделать всем сюрприз.
День перед сменой года прошел в праздничных хлопотах. Табита с утра обосновалась на кухне, и весь дом наполнился запахами запекавшегося в духовке мяса и фруктовых пирогов.
Стол мы накрыли в гостиной, и он вышел просто шикарным. Матушка превзошла саму себя. Запеченная, с румяной корочкой свинина, пирог с соленой рыбой, отварной картофель с сушеной зеленью, паштет из утки, сладкие пироги, посыпанные сахарной пудрой. От одного только взгляда на эти яства у меня потекли слюнки.
А месье Меридо, которого мы пригласили на ужин, принес вяленую колбасу, сыр и сладкую домашнюю настойку.
Когда мы сели за стол, я вручила подарки. Не забыла я и про месье Меридо — ему я купила в Альенде кожаный ремень с блестящей пряжкой.
А матушка Табита вручила нам всем по мягким теплым перчаткам. И когда только она успела их связать?
Мягкий свет свечей в стоявшем посреди стола канделябре и огонь в камине делали обстановку в комнате очень уютной. А еда была такой вкусной, что от нее трудно было оторваться. Впервые за долгое время я чувствовала себя счастливой. И думаю, не только я.
Не была забыта и Дельфина, которая грелась перед камином — для нее были припасены вкусные косточки.
Но оказалось, что Табита приготовила нам еще один сюрприз. Вернее, не один, а целых два.
— Когда вы были в Альенде, почтовая карета доставила нам два письма, — сообщила она, и разговоры за столом мигом стихли. Даже дети перестали жевать свои леденцы.
Одно письмо было от Нормана из Лас-Вараса. Он сообщал, что, хотя академия еще не окончена, слушателей выпускного курса уже начали допускать к дежурствам в кавалерийском полку, и он уже получил первое жалование, которое и отправляет нам.
И матушка с гордостью показала нам золотую монету, которая была вложена в конверт.
У меня отлегло от сердца. У нас снова были деньги! Но порадовавшись этому обстоятельству, я с грустью подумала о том, что сейчас, когда мы все вместе сидим за таким сытным ужином, Норман, возможно, мерзнет где-нибудь в дозоре.
Достала матушка из кармана платья и другое письмо. И еще до того, как она что-то сказала, я догадалась, кто был его отправителем. Гертруда! И я не ошиблась.
Сестра писала, что дела у нее идут хорошо, что работа у нее не трудная — вести корреспонденцию своей нанимательницы да читать ей книги. И хотя жалованье у нее соответственно работе тоже небольшое, ей всё-таки удалось скопить немного денег, которые она и посылала нам.
И с не меньшей гордостью матушка положила на стол три серебряные монеты.
Слёзы уже застилали мои глаза, и чтобы никому их не показать, я выскочила на кухню, сославшись на то, что нужно было поставить чайник на печь. Ах, как мне бы хотелось знать, каковы на самом деле дела у Гертруды! Но уже одно то, что она не забыла про нас, что смогла поделиться с нами тем, чего наверняка не имела в достатке и сама, не могло меня не тронуть.
