трое. Во всяком случае бандитов эти потери не испугали. Они прошли между камней, и ничего не случилось. Да и не могло случиться – ведь еще три мины были установлены чуть в стороне. Таким образом, мины задержали врагов лишь на несколько минут. Это было плохо, очень плохо. Для их группы это звучало почти как приговор.
«Может, опять появится та неизвестная группа, которая напала на душманов ночью? – подумал майор. И тут же сам возразил себе: – Нет, вряд ли. Кажется, та группа была не очень большая, и у нее не хватило сил, чтобы обратить бандитов в бегство. Вот если бы мы им помогли, тогда да. Но как мы могли им помочь, не зная, с кем имеем дело? В том ночном бою эти наши неизвестные союзники, видимо, потеряли много людей, и теперь на них рассчитывать не приходится. Рассчитывать надо только на себя».
И еще час две группы людей, беглецы и их преследователи, шли по хребту одна за другой; расстояние между ними постепенно сокращалось. Когда оно сократилось метров до семисот, сзади раздался выстрел, и пуля просвистела над самой головой Тараканова, шедшего в тот момент последним.
– Мусагалиев, Куликов, открыть ответный огонь! – скомандовал майор. – Рустам, бери левее, за склон!
Подчиняясь команде, двое бойцов залегли и стали вести редкий заградительный огонь, заставив боевиков также залечь. А остальная группа свернула влево, где начинался противоположный, южный склон ущелья.
Здесь Переверзев остановил людей:
– Все, делать нечего, надо принимать решение. Галимов, Разуваев, вы останетесь с врачами. Рустам, вот тебе карта.
Сержант, еще не совсем понимая, какую задачу ставит перед ним майор, подошел к командиру.
– Вот, смотри, – сказал ему Переверзев. – Мы находимся вот здесь, в районе пакистано-афганской границы. Но где здесь проходит граница, никто точно не знает. Нам нужно идти в Хост, это сорок шесть – сорок семь километров отсюда. У кого галеты? У тебя?
– У меня и у Куликова.
– Возьми у него все. Значит, твоя и Егора задача – доставить медиков живыми и невредимыми до города.
– А вы?
– А мы останемся прикрывать отход. Я надеюсь задержать бандитов здесь, по крайней мере до темноты. Потом мы сменим позицию. В общем, думаю, вы их больше не увидите. С этой стороны вам опасаться нечего. Главное – не сбиться с пути, не сорваться в пропасть, выйти к намеченной цели. Задача ясна?
– Ясна… – неуверенно начал сержант, но майор прервал его:
– А раз ясна, нечего рассусоливать – вперед! Возьми галеты – и ходу!
Сержант кивнул. Взглянул на командира, открыл и снова закрыл рот. Да, говорить больше нечего. Он подошел к Куликову, забрал у него запас галет.
– Пойдемте, товарищи врачи, – обратился он к медикам. – Нам нужно спешить.
Переверзев поймал обращенный на него взгляд Насти Мельниковой. Как видно, она тоже хотела что-то сказать на прощание, но не знала что.
Шесть человек отделились от группы и направились прежним путем, на восток. Однако не успели они пройти и нескольких шагов, как позади, там, где залегли боевики, внезапно послышалась частая стрельба. Все было в точности, как этой ночью! Среди выстрелов грохнули несколько гранат, донеслись крики.
Переверзев бросился туда, где залегли Мусагалиев и Куликов. И увидел, что там, на склоне, идет бой. Снова какая-то группа атаковала их преследователей – душманов. На этот раз майор не стал колебаться.
– Галимов, отставить выход! – скомандовал он. – Пусть врачи укроются за камнями. Бойцы, слушай приказ! Атакуем бандитов!
И группа устремилась вниз по склону. Наконец они не убегали, не прятались – они атаковали! Это было совсем другое состояние, другое чувство!
Когда душманы увидели, что их атакуют с двух сторон, они растерялись и стали отступать. Старались сделать это грамотно, оставляя заградительные группы, но это у них плохо получалось. И вскоре отступление превратилось в беспорядочное бегство. Остатки разгромленной группировки боевиков скатились на дно ущелья; они даже не пытались отстреливаться, сдерживать своих преследователей.
Теперь оставалось выяснить главный вопрос: кто же были эти загадочные союзники, которые уже второй раз за сутки приходили на выручку группе Переверзева? Майор убрал автомат за спину, поднялся и направился в ту сторону, где последний раз видел «союзников». Но на склоне никого не было, он был пуст.
– Скажите, кто вы? – крикнул он по-английски, затем повторил вопрос на пуштунском: – И почему прячетесь? Покажитесь!
Ответом ему была тишина.
– Что за притча? – в удивлении пробормотал майор. – Прямо ангелы какие-то. Спустились с небес и снова улетели…
– И никакие мы не ангелы, – услышал майор слова, произнесенные на чистом русском языке. Говоривший скрывался за камнями где-то вблизи от него. – Просто мы люди осторожные, не любим показываться без нужды.
Голос показался майору знакомым. Где-то он его слышал, совсем недавно…
И тут из-за камней поднялся человек в традиционной афганской одежде, смуглый, как афганец. Но когда он сделал несколько шагов навстречу, майор узнал его. Это был генерал-лейтенант Михаил Павлович Кузьмин.
Глава 20
– Вы?! – воскликнул Переверзев.
Он не верил своим глазам. Кого угодно он ожидал увидеть – вождя одного из здешних племен, командира талибов, офицера афганской армии – но только не своего недавнего консультанта!
– Откуда вы здесь взялись? – спросил он. – Как нас нашли? И кто эти люди с вами?
– О, сколько вопросов! – усмехнулся генерал-лейтенант. – Если я начну отвечать, мы тут до вечера беседовать будем. А беседовать у нас времени нет. Боевики откатились, но полностью они не уничтожены. Они вызовут по рации подкрепление и вернутся. Нам надо срочно уходить. По дороге и поговорим.
– По дороге? – переспросил Переверзев. – Так вы идете с нами?
– Да, пожалуй, пройдусь немного, – ответил Кузьмин. – Погода, я вижу, хорошая, воздух чистый, отчего не прогуляться. Давай строй своих людей, ставь им задачу и пойдем. А я и мои люди будем у вас вроде как в арьергарде. Ну, и ты можешь с нами немного пройти. Там и побеседуем.
Он оглянулся, что-то крикнул по-пуштунски. Из-за камней в разных местах поднялись семь человек. Судя по внешности, все они были афганцы. Причем пятеро, судя по всему, были людьми пожилыми, молодых было двое. У всех были автоматы с подствольниками, и один из молодых парней нес гранатомет.
Поскольку Переверзев уже отдал свою карту Галимову и объяснил ему направление движения, новых указаний не потребовалось. Сержант вместе с Куликовым повели группу вверх по склону.
Врачи и бойцы группы с любопытством разглядывали генерал-лейтенанта и его солдат. Переверзев тоже смотрел на них с любопытством. Вопросы так и вертелись у него на языке.
– Все-таки объясните, как вы здесь очутились, – попросил он. – И кто эти
