совсем другого. А старик мне больше не верит…
Записи на последней странице сделаны другими чернилами. Судя по дате, это было всего несколько лет назад.
… Мои братья мертвы. Я следующий…
Последняя строчка сделана другой рукой, очень нетвёрдой, вообще карандашом:
…Я знаю, как всё исправить…
— Не расстраивайся, — я приобнял Катерину за плечо. — Бывает всякое в этой жизни.
— Я знаю, — она вздохнула и шмыгнула носом. — Просто такое читать грустно.
— Это твой дед написал? — я показал на последнюю строчку.
— Не знаю. Скорее всего, раз он знал о дневнике.
— И держал его здесь, где никто не знает. Только пока не понимаю, чем это мне поможет, — я закрыл тетрадку. — Лучше бы старик оставил здесь пару дивизий или квадру шагоходов. Ладно, посмотрим, как это всё использовать.
* * *
Святилище предков можно было найти по запаху восковых свечей, которые стояли на алтарях помимо каменных свечей. Внутри убрались, заменили сломанные алтари, заново расставили свечи. Их тут не очень много, большинство свеч используется в риггах или в прочей тяжёлой технике.
Ян, одетый в чёрный парадный мундир своей гвардии, стоял у алтаря, держась за него левой рукой. Свечи тянулись от него в другую сторону.
— Всегда так, — сказал он. — Я уже привык. Они боятся, хотя иногда я могу с ними говорить.
— Что касается твоего пассажира, — я встал рядом. — Ты его слышишь?
— Очень редко, — Ян поправил неровно стоящую свечу. Огонёк отшатнулся, потом выровнялся. — Когда я был не в себе после поражения, он говорил каждый день. Сейчас очень редко, и только когда это нужно мне.
— Ты силён.
— Я? — он усмехнулся. — Теперь уже нет…
— Будь ты слабее, тебя бы не было, — я сел на холодную скамейку. — Это уже проверено. Ты меня зачем-то искал?
— Да, — Ян откашлялся. — Я хотел объявить это вечером, на ужине. Но… раз мы уходим… Войди!
В святилище вошёл высокий гвардейский офицер, одетый в парадную форму. В руке он держал меч в ножнах, покрытых золотом.
— Будет быстро, — Ян взял тяжёлый меч одной рукой и протянул мне. — Генерал Загорский! Я, как Наблюдатель Великого Дома Варга, объявляю вас маршалом Огрании.
— Спасибо, — я взял меч. — Но зачем?
— Случиться может всякое, — сказал Ян и отпустил офицера. — Могу умереть. В этом случае, ты, как маршал, получаешь много полномочий на всю страну. А то в прошлый раз, когда все думали, что я умер, половина людей ушла к предателю.
— Имеет смысл, — я посмотрел Яну в живой глаз. — Но чего ты вдруг опять себя хоронишь раньше времени?
— Простая предосторожность, Рома. Да и кроме этого, Ван Чэн тоже дал тебе звание. Пусть оно и почётное, но смысл от него есть.
— Тут ты прав, старина. Если бы…
Услышал шаги, потом препирательство. Гвардеец на входе кого-то не пускал. Я вышел туда, держа меч на плече.
— Влад, ты быстро вернулся, — сказал я.
— Только не шути про уборку, — Радич огляделся вокруг. — Вижу, что грязно. Я про другое. Очень срочное.
— Что опять?
— Восстание, — сказал он и вздохнул.
— Где?
— В Бинхае. Ван Чэн скорее всего убит, его генералы взяли власть в свои руки. Немногочисленные лояльные войска скоро окажутся меж двух огней, они собрались у реки.
— Понял, Влад, — я посмотрел через плечо на Яна. — Выходим ещё раньше, чем я думал. Отдай приказ своим людям, лорд Варга.
— Да, генерал.
— А ты, Влад, расскажешь мне подробности. Идём! У нас много работы.
Глава 14
В мой шагоход внесли ещё пару модификаций. Рафаэль Риггер с сыном добрались до своих заводов, и окончательно доработали мне радары. А ещё усилили радиостанции, правда, ценой свободного места в кабине. Теперь его меньше, зато был полноценный пульт радиста.
Со всем этим я хорошо мог слышать штаб, потому что в бой надо было ввязываться сразу после перехода, без отдыха. Времени на планирование и обсуждение у меня не было.
Армия Огрании продвигалась неспешно, разными маршрутами, иногда с боем. Войска должны были выйти на границу с Мидлией. А вот чтобы разобраться со взбунтовавшимися генералами, я лично взял под команду ударную группу.
Я сел поудобнее, вытер вспотевшие уши и поправил сползшие наушники с мягким оголовьем.
— Продолжайте, полковник, — сказал я, закрепив микрофон.
— Докладываю по итогам обсуждений с разведгруппами, — голос полковника Горностаева было слышно хорошо. — Союзные войска укрылись в Гунжанге и закрепились там. Там же оба Исполина и все наши войска, что остались. Дополнительно, там две дивизии генерала Квана, который остался на нашей стороне.
Кажется, это родственник оборвавшейся династии Чэн. Ван Чэн, делал всё, чтобы власть осталась в его руках, но его генералы оказались против. Но не все из них.
Часть войск Бинхая всё ещё оставалась у нас, например, генерал Кван и генерал Чан, который тоже был готов занять должность повыше в послевоенном Бинхае. Это не вопрос какой-то там преданности, каждый генерал сделал выбор. Кто-то решил, что получит больше, если победим мы, кто-то, если победит совет.
Ван Чэна немного жаль, он такого точно не ожидал, но своевольные генералы решили иначе. Главный теперь генерал Ли, семидесятилетний вояка, объявленный генералом-регентом.
Этого ждёт виселица, с остальными посмотрим.
— Что ещё, полковник? — спросил я. — Что насчёт города Дакун?
— Там бои, наш гарнизон и бригада из Нарландии держит укрепления.
Хорошо, что я оставил там своих людей после той битвы. Я опасался ещё одной высадки с моря.
Это давало нам шансы. Два ключевых города в наших руках, а мятежные генералы в центральной части страны. В их руках продовольствие, в наших игниум и укрепления.
Но придётся тратить время, ведь теперь никто не охраняет реку. Войска совета запросто могут пересечь её и усилить мятежников.
Поэтому мы торопились.
Ищейка вышла вперёд, она пошла по другому маршруту с включёнными радарами и глушилкой. Основная ударная группа, включая Небожителя и Чивэня, вместе со мной. Мы пересекли реку и ударим врага сходу. Если успеем, прервём переправу войск совета.
В столице Бинхая, Гунжанге, обороняются остатки наших войск. Часть из них я забирал для штурма Мардаграда, но там всё равно осталась сильная группировка.
Там же трофейная Марионетка, для которой найден канонир. Там же Чёрный Рыцарь Лукаса Сантека и его основная армия тяжёлых шагоходов.
Неизвестно, на чьей стороне население. Но думаю, большинство между покойным Ван Чэном с его сторонниками и мятежными генералами выберет первого.
Шагоход шатался на неровной дороге. Сегодня новый пилот, который раньше управлял Паладином. Мужик под полтинник, который страдал от того, что я запретил курить в кабине.
Я же предпочитал, чтобы за рычагами сидел кто-то из молодых, им проще переучиться на своеобразный ход Старого Герберта. Но все
