в бой.
— Пересекает реку прямо сейчас. Видел его своими глазами. Эта неповоротливая хрень хотела в меня выстрелить, но пока он развернётся, я бы ползком добрался до Мардаграда.
— Принято, Валь. Отступай к нам, будем заниматься им сами.
Едва я отключился, как со мной захотел связаться Горностаев.
— Господин генерал, у нас проблема.
— Большой опасный шагоход? — спокойно, немного шутливым тоном спросил я.
— Так точно! Он идёт в Гунжанг.
— Уже в курсе, разберёмся, — я отключился и посмотрел на адъютанта. — Отправь послание генералу Артуру, передай ему об этом. Пусть свяжет эту штуку боем.
А нам тем временем нужно разгромить мятежников, пока они не объединились с войсками совета и большой страшной машиной.
Не самая простая задача.
Лейтенант Зорин отметил самого большого Исполина на карте и даже посчитал, сколько времени у него уйдёт, чтобы добраться до Гунжанга. Двенадцать часов и его пушки откроют огонь по городу.
— Ударная группа, — сказал я в микрофон. — Слушай мой приказ.
Глава 15
В Бинхае уже почти лето. Уже давно пора начаться посевным работам, ведь в этих краях много плодородных полей. Но никто этим не занимается. Если не закончим войну в ближайший месяц, зимой точно будет голод.
Население Огрании изрядно настрадалось от этого прошедшей зимой. Вовремя заключённые союзы помогли избежать массовой гибели людей, но в этом году голод коснётся всего континента.
Это не то, о чём нужно думать мне, я главнокомандующий, а гражданские дела — это совет императрицы из министров и представителей Великих Домов. Казалось бы, пусть голова болит у Катерины и Яна, но мне это тоже не давало покоя. Слишком всё затянулось.
Мы выдвигались широким фронтом, пока я не пытался нигде прорваться. Мобильные атакующие группы из танков и шагоходов с большой дистанции терзали войска мятежного генерала Ли, не вступая в прямой ближний бой. Ещё некоторые обстреливали переправу, но подвижная артиллерия была не в состоянии справиться с Палачом.
Гигантский шагоход уже давно пересёк реку. Чёрно-красный корпус был виден издалека. Моя машина стояла за холмом, потому что тяжёлое орудие Палача, или, как его прозвали, Императора, легко уничтожит моего Старого Герберта с первого же залпа.
Появление такой махины на этом берегу серьёзно ослабило наш боевой дух, а враг наоборот воспрянул. Никуда эта машина дойти не должна. А если и дойдёт, то только в одиночку, никого другого мы пустить не должны.
Я щёлкнул парой тумблеров. Новые ракеты Преисподняя наводились по тепловому следу, не нужно было просчитывать траекторию заранее, как раньше. На некоторых ракетах, как на Исполине Яна, было радионаведение, но в условиях того, что у каждого сейчас глушилка, Преисподние теряли в точности.
— Боевая группа, — приказал я в микрофон. — Начинаем. Небожитель, оставайся на месте. Прикроешь ракетами.
— Принято, — неохотно отозвался Ян.
Короткий бой, чтобы оценить возможности боевой машины такого размера. Она медленная, это уже видно, иначе противовесы не выдержат, и махина опрокинется.
Ноги чрезмерно толстые, чтобы выдержать нагрузку. Двигатели выдавали столько дыма, что он вполне мог бы прикрывать союзные войска, не будь сейчас ветра.
Вооружение — главный калибр как у Ищейки, но у Палача спаренное орудие, а не одиночное. Хитрый Валь выведал у брата, что автомат заряжания для таких снарядов не работал. Павел простоватый, не смог бы обмануть продуманного Валя.
Но если это так, единственный выстрел Павел Климов прибережёт для важной цели, а это я или Исполин Яна. Да и не хотелось бы на собственной шкуре убеждаться, что Валь облажался.
Кроме главного калибра у Палача были тяжёлые орудия, как на обычных Исполинах и риггах. И хотелось проверить, что есть ещё.
— Продвигаемся, — я смотрел в перископы. — Готовность к залпу.
— Ракеты готовы, — отозвался Марк.
— Готовы, — послышался отчёт остальных.
Чивэнь, четыре Катафракта и ещё несколько ракетных Уланов из корпуса союзного нам генерала Чана. Голоса спокойные, это радовало. Так и должны вести себя пилоты многотонных машин.
Я положил палец на красную кнопку на своём пульте.
— Огонь, — спокойно сказал я.
— Есть открыть огонь.
Вдавил тугую кнопку. Раздалось шипение, на несколько секунд я ничего не видел через оптику, а радары моргнули. Дымовые следы нас демаскировали, мы отправили очень много ракет.
Я смотрел в перископ. Наводились мы точно в цель. Радары, выхлопы двигателя, радионаведение там, где оно было, или просто высчитали траекторию заранее.
Гигантский шагоход остановился. Не видел откуда, но в нём где-то были установлены зенитные орудия, штук десять. Росчерки сотен мелкокалиберных снарядов направились на поток ракет.
И он выпускал собственные, одну за другой. Совсем небольшие. И они… зараза!
Он сбивал ракеты на подлёте, одну за другой. В небе взрывы, осколки летели во все стороны. Он сбивал те, что летели вперёд, и те, что летели по крутой траектории и падали совсем сверху, Почти вертикально.
Зараза.
— Залп их всех орудий, — сказал я и вытер лоб.
Выстрелили пушки. Но дистанция слишком большая, я не видел, чтобы это наносило серьёзный урон ногам, в которые мы целились. Да, несколько бронелистов сбито, но этого мало, машина слишком прочная.
Он сбил большинство ракет. Опять новое оружие, и опять раньше, чем у нас. Некоторые да, дошли до цели, но этого мало. Сколько у него собственных ракет? Летели одна за другой, а они явно меньше размером, чем наши. Поэтому, их может быть больше.
У нас не так много ракет, чтобы тратить все на него. Нам ещё брать город, а новые Преисподние производятся медленно.
— Отходим, — приказал я. — Жду командиров боевых ригг на совет. Мы…
Палач дал залп из пушек и собственных боевых ракет. Меня он не видел, хотя мог засечь на радаре.
Больше всего досталось Марку. Башня с пушками отлетела на землю, взрывы сбили бронелисты, радары и прочий обвес. Машина задымилась.
— Марк, слышишь? — крикнул я в рацию. — Можешь отходить?
Раздался кашель, потом Марк сдавленно ответил:
— Не могу, заклинило ходовую.
— Понял. Приказываю эвакуироваться, я тебя заберу. Ты идёшь ко мне, — я посмотрел на пилота. — Живо туда!
Ещё залп, большая махина подбила один из Катафрактов. Чивэнь горел, у него пробитие машинного отсека. Вылезет или нет?
Я приказал остановиться у ног Исполина. Пожар внутри разгорался, но пока никто не вылезал не из пилотов, ни команды механиков. Корпус машины раскалился.
Наконец, люк внизу открылся, выпуская дым. Выбралось несколько механиков из Бинхая, потом Марк, помогая раненому второму пилоту.
Людям помогали убраться, а Марк полез ко мне. И вовремя. Ещё залп. Чивэнь вспыхнул, оторвалась рука с пушкой и грохнулась на землю. Скоро начнёт рваться боекомплект.
Марк забрался в кабину. Лоб в крови, кровь и на мундире, фуражки не было, волосы стояли дыбом. Пилот дёрнул рычаги, и мы на высокой скорости отошли.
Исполин взорвался, но на взрыв я не смотрел.
