немного масла, от запаха которого я отвык.
— Кто? Паша? — Валь держал на вилке кусок котлеты. — Далеко, вот и не выстрелил.
— Ты был у него на прямой наводке, — сказал я. — Он вполне мог попасть из главного калибра.
— Ну, он не особо быстро соображает, — у Валя была раздражающая привычка скользить зубами по зубчикам вилки, когда ест. — Вот и протупил.
— Что там произошло между вами двумя? — спросил я, отпивая чай.
— Имеешь в виду, когда он отстрелил мне…
— Нет. У вас и раньше были тёрки. Не зря же он ушёл от тебя в другой класс. Не только же из-за твоих дурацких шуток.
— У меня они не дурацкие, Загорский, — Валь вздохнул. — Но, всё же да, было одно дело, — он разломал остатки котлеты вилкой. — У нас в доме как-то пропала одна вещь. Один старый фамильный пистолет, который принадлежал брату того самого Юрия по прозвищу Варг. Вещица с большой историей и дорогая.
— Украли?
— Типа того. Заложили в ломбард. Дед решил, что это Паша, потому что его видели там и подпись была его. Оружие выкупили, а Паша получил по самое не могу. А ещё дед лишил его наследства, и Наблюдателем по итогу стал я. Ну и потом они не разговаривали аж пока дед не умер.
— Понятно, — я допил чай.
— Ничего тебе непонятно, — Валь вздохнул и отложил вилку. — Это я тогда ствол стащил, деньги нужны были. А Паша знал, но меня не выдал до сих пор. А я так и не признался, всё боялся. Такой уж я и был. Как бы это сказать?
— Придурок. Ты придурок, Валь, — Ян медленно опустился на лавку рядом со мной, потирая левый висок. — Вот знал же я, что это история тёмная. Павел-то никогда таким не занимался. Вот он тебя и ненавидел.
— Настолько, чтобы отстрелить ноги? — Валентин нахмурился, потом взял нож с вилкой и порезал Яну котлету. — Мог бы и забыть за эти годы.
— Ты придурок, — согласился я. — Ты бы мог и признаться. Тогда, может быть, всё было бы иначе. Ян, ты чего?
— Уснуть не могу, — пожаловался он. — Никак.
— Спи, это приказ. Завтра большой день.
— Знаю. Но не могу.
Я расстегнул ворот мундира и за цепочку вытащил амулет Громовой. Забрал у неё перед самым выступлением на юг. Свеча духа предка ярко сверкала. Наше резервное оружие, чьё время пришло.
Протянул его Яну. Огонёк внутри дёрнулся, когда Варга взял его в руку, но потом начал гореть спокойнее.
— Мы попробуем, — сказал Ян. — Должно сработать.
— План немного меняемся, — я почесал подбородок. — Сделаем так. Валь, ты пойдёшь с южной стороны на другую позицию. Янек, ты встанешь туда, где стояла Ищейка. Вы поменяетесь местами.
— Точно? — Валь нахмурил лоб.
— Потому что его главный калибр уничтожит тебя с одного залпа. Но он будет откладывать это столько, сколько сможет. И не успеет. Ещё раз он в тебя не выстрелит. Не решится. Он и тогда не понимал, к чему это приведёт.
Валь очень внимательно посмотрел на меня.
— Тогда, — сказал он. — Я бы хотел… когда закончится… увидеть его.
— Договорились, — я кивнул. — Теперь всем спать, это приказ. Ян, завтра ты цель номер один вместе со мной. Кого из нас Палач заметит первым, туда и выстрелит. Мы должны его опередить.
Ян рассеянно кивнул, всё ещё держа амулет левой рукой. В прошлый раз, зимой под Нерском, у него получилось, должно выйти и сейчас.
* * *
Утром ещё холодно. Я шёл по траве, а штаны внизу вымокли от росы. Марк сидел на плече моего шагохода и что-то ковырял в креплении радиоантенны.
— Есть же радист для этого! — крикнул я снизу.
— Да вот, я не удержался! — отозвался он.
Я осмотрел ноги машины, проверил крепление пневмотруб и то, что балансирующие «пальцы» в нижней части ходовой не заклинены. Потом изнутри проверил обе ноги, забрался в двигательное помещение, осмотрел всё там. Времени на полноценный прогон всего не было, проверял только самое необходимое. Марк уже точно должен был проверить тут каждый узел и агрегат, но такой порядок.
— Всё в норме? — спросил он, когда я поднялся в кабину.
— Да.
Всю ночь мы стреляли по скоплению войск генерала Ли, чтобы он думал, что утром мы начнём штурм.
Вместо этого мы атакуем переправу и Палача, единым мощным кулаком техники. Панцирники, авиация и шагоходы. Один удар туда, куда предложил Марк. Хотя, тут он точно научился у меня. Я же показал ему, что это возможно.
— Выступаем, — коротко передал я по рации.
С этого фланга выходит двенадцать боевых шагоходов и два Исполина. С другой стороны ещё восемь ригг под прикрытием Чёрного Рыцаря Сантека и стоящей на месте Марионетки.
Вернутся не все.
Шагоходы пересекали поле. Враг уже понял, куда мы идём. Артиллерия начала вести огонь. Снаряды падали между нами, иногда в сами машины, но у боевой ригги взрыв мог повредить только антенны и обвес. Выстрелы звучали глухо через броню.
Я сидел в кресле, ожидая, когда урон станет более сильным. Скоро мы окажемся в зоне действия орудий Палача. Он даже увидит нас раньше, чем мы его.
Хороший он выбрал холм для обзора. Я тогда тоже на нём стоял, когда наблюдал за позициями врага через реку.
Едва успел убраться, когда началось землетрясение.
— Вижу цель, — отозвался экипаж Катафракта «Тритона». — Готовность…
Связь оборвалась, а на радаре через несколько секунд погасла точка. Палач начал вести огонь. Вскоре погасла ещё одна точка.
— Генерал Загорский! — судя по голосу в рации, это кто-то из разведки. Кажется, это сам полковник Горностаев, но помехи слишком сильные. — Мои люди доложили, реку пересекает Печать Огня.
— Принято, полковник. Все, продвигаемся!
Кто-то хотел связаться со мной по отдельному каналу для Исполинов. Радист переключил меня туда.
— Там Рэгвард, — у Яна снова послышался знакомый и резкий надрывный хрип в голосе. — Он рядом! Я иду к нему. И в этот раз.
— Отставить, первый пилот Варга.
— Я иду к нему! — прохрипел он. — Я…
— Янек, спокойнее, — я прощёлкал тумблеры, готовя вооружение. — Мы тут не для этого.
— Я… я… извини, — он выдохнул. — Чуть не забылся. Я иду. Сейчас, сделаем, как договаривались.
— Вот и хорошо. Колоссальный Исполин важнее.
Поднялись на очередной холм, на котором до сих пор остались трещины в земли после прошедшего землетрясения. Теперь рискую я сам, чтобы вышло у Яна. Но сначала небольшой отвлекающий манёвр.
Отсюда видно реку и территорию Мидлии. На воде что-то горела, авиация подбила очередную баржу, которая теперь тонула. От другой баржи остались только обломки, среди которых шагал неуклюжий силуэт Печати Огня.
Но заниматься ей некогда.
— Ян? Ты себя контролируешь? — спросил я.
— Да! Я уже занимаюсь, осталось немного.
— Валь, выходи!
Огромный Палач был хорошо виден даже с огромной
