за талию, прислонившись щекой к крепкой груди. Вначале его сердце так бешено билось, что, казалось, может легко сломать рёбра. Но в моих объятиях оно постепенно затихало… Как успокаивалась и я.
— Прости, что тебе пришлось стать свидетельницей этого представления, — тихо произнёс Марк, ласково поцеловав меня в макушку. — Я не думал что…
— Не нужно, — перебила я. — Давай просто уйдём, — прошептала, вдыхая уже родной запах парфюма. — Я так устала…
Глава 29
Город до сих пор стоял в пробках. Из-за того, что Марк выпил, нам пришлось сначала долго ждать такси, а потом ехать в старенькой ладе, которая странно скрипела при каждом трогании.
— Замёрзла? — спросил Марк, прижав меня ближе к себе. — Вся сырая…
— Немного, — ответила я, невольно чихнув.
На самом деле, я безумно замёрзла. Сначала прогулка под дождём до ресторана, а потом ожидание машины — кажется, следующая очередь болеть была за мной.
— Не стыдно так открыто врать? — по-доброму усмехнувшись, он поцеловал меня в висок. — Извините, вы не могли бы до максимума включить печку? Моя девушка сильно промокла — не хочу, чтобы ночью она мучилась от температуры.
— Да, конечно, — улыбнулся пожилой водитель. — Всегда радостно видеть заботу мужчины. Жа-а-аль, что большинство сейчас печётся только о себе.
— Да. Лида ещё не представляет, какое золото ей досталось.
Даже после произошедшего Марк пытался шутить, хотя в глазах его читались растерянность и непонимание происходящего.
Я не слышала весь разговор с Алёной, не знала, что так озадачило Марка. Поэтому не могла полностью понять и разделить его смятение. Но сейчас я была готова позволить ему опереться на плечо, чтобы ощутить мою немую поддержку.
— Что-то я сегодня устал, — прошептал Марк, прижавшись щекой к макушке. — Слишком эмоциональный выдался день.
— Если хочешь, можешь на ночь остаться у нас, — неожиданно предложила я, вырисовывая причудливые круги на тыльной стороне его ладони. — Думаю, мама будет счастлива…
— Издеваешься? — усмехнулся он. — Как ты собираешься этой ей объяснить?
— Скажу, что шеф напился, и я не нашла ничего лучшего, чем просто привезти к себе домой. Правда, придётся сделать вид, что ты в стельку пьян… Как у тебя с актёрскими навыками?
— Прекрасно! Только обманывать твою маму я не стану… Да и Мила не должна меня таким видеть, — Марк неспешно переплёл наши пальцы. — Что, если этот вечер ты проведёшь со мной? Уверен, что в своих запасах смогу отыскать бутылочку красного полусладкого.
— Заманчивая идея… — задумалась я. — Только снова оставлять Милу на маму… Она и так в последнее время от неё устаёт.
Я чувствовала вину перед дочерью. Пытаясь заработать деньги на лечение, строя личную жизнь, я стала меньше уделять ей времени. Поэтому совесть давно заклеймила меня «бессовестной матерью».
Но я надеялась, что вскоре всё изменится. Я перестану разрываться между любимым мужчиной и дочкой… Наконец-то сбудется моя самая заветная мечта — мы станем одной маленькой, но крепкой семьёй.
— Только сегодня, — в тихих словах слышалась мольба. — Пожалуйста, не оставляй меня одного этим холодным вечером…
Понимая, каких сил ему стоило сначала в открытую признаться в наших отношениях Игорю, а потом порвать связь с Алёной, я не могла сейчас просто так оставить Марка.
— Хорошо… — в ответ прошептала я. — Только предупрежу маму, что вернусь позже.
Оказалось, комплекс, в котором обитал Гранин, действительно находился в нашем районе. Правда, мы жили в старой панельке, а Марк владел огромной трёхкомнатной квартирой, располагавшейся в новом жилом комплексе.
Первый раз ступив в холостяцкое жильё, я не поверила глазам, насколько чисто там было. Белые стены, светлый кафель на полу и огромный синий диван в гостиной, рассмотреть который я с лёгкостью смогла, даже находясь в прихожей.
— Раздевайся, — сказал Марк, сняв верхнюю одежду.
— Что? — обомлела я.
— Раздевайся, говорю, — он строго посмотрел на меня. — Неужели думала, что позволю в сыром ходить? Закинем вещи в сушилку.
— Сырой не позволишь, а голой — пожалуйста? — многозначительно подняла брови.
— Я, конечно, был бы не против такого зрелища, — Марк усмехнулся, помогая мне снять пальто. — Но ещё не время для обнажения, — он поцеловал меня в висок. — Справа по коридору ванная — снимай это прекрасное платье. Сейчас принесу футболку и шорты.
Оказалось, даже в таком весе мне шла мужская одежда. В ней я смотрелась как-то… Сексуально. Рассматривая себя в большое зеркало, висящие на стене в ванной, я впервые за долгое время была довольна своим внешним видом.
— Ты там уснула, что ли? — после тихого стука, я услышала голос Марка. — Выходи давай… Будем ужин готовить, раз в ресторане поесть не удалось.
Кухня, в отличие от коридора и гостиной, была сделана в тёмных тонах. Чёрный гарнитур, тёмно-серый матовый стол и пол, выложенный кафелем под дерево. Видимо, Гранин обращался к дизайнеру, потому что всё выглядело более, чем стильно.
— Надеюсь, ты согрелась, — произнёс Марк, разглядывая в винном шкафу бутылки. — Я включил обогрев пола.
— Да. Спасибо.
Оказалось, пока я была в ванной, Марк успел переодеться. Глядя на сурового шеф-повара, на котором прекрасно смотрелась домашняя пижама, я не могла сдержать глупой широкой улыбки.
— Прекрати сейчас же, — поджав губы, произнёс Марк.
— Что такое? — сделала вид, что не понимаю, о чём он говорит.
— Прекрати так улыбаться. Не могу же я и дома носить рубашку с брюками.
— Просто ты очень мило выглядишь, — подойдя к Марку, обняла его со спины. — Забавно выделяешься в этой брутальной обстановке.
— Если сейчас же не уймёшь своё остроумие, я укушу тебя, — он поцеловал мои ладони. — Лучше садись скорее — я накрою на стол. Голодная, наверное.
Из съедобного в холостяцком холодильнике оказались яйца, ветчина из индейки и немного молока. Наспех приготовив омлет, Марк достал хлеб для тостов и помыл завалявшиеся в пиале яблоки и апельсин.
— Конечно, не стейк с запечёнными овощами, — усмехнулся мой повар, наложив импровизированный ужин. — Но должно быть вкусно.
— Думаешь, это подойдёт к вину?
— Какая разница? — открыв бутылку, Марк наполнил бокалы. — Выбирать, к сожалению, не из чего…
Несмотря на эмоционально сложный день, сейчас я чувствовала себя максимально спокойно. Рядом со мной был любимый мужчина, на столе стояла вкусная еда, а в окно стучал неугомонный дождь. Единственное, что не давало мне покоя — мысли о дочери, по которой я очень скучала.
И тень грусти в моих глазах не смогла проскользнуть мимо пристального взгляда Марка.
— Думаешь о Миле? — спросил он, отпив немного вина.
— Да, — не стала лукавить я. — Мне бы хотелось, чтобы она в этот момент была рядом.
— Скоро именно так и будет, — отставив бокал, Марк взял меня за
