Крестьяне удалялись, и вскоре затихли даже отголоски их спора. Но владелец курятника, несомненно, был прав. Они с Вэном дорого продали бы свои жизни. И все же Джерин очень порадовался, что эти фермеры, или грабители, или кем там они себя считают, не нашли ни его, ни его товарища. Как бы дорого ты ни продал свою жизнь, обратно выкупить ее невозможно.
Лис вернулся по тропке в лагерь. Он был почти уверен, что фермеры не вернутся, и оказался прав. Когда Мэт проделала чуть больше половины пути от горизонта до меридиана, он разбудил Вэна и рассказал ему о случившемся.
— Я так и думал, — сказал чужеземец, надевая свой шлем с красным султаном и поправляя нащечники, — Это можно было предположить по их виду. Вряд ли они вернутся сюда. Уже слишком поздно.
— Вряд ли. — Джерин снимал доспехи, в то время как Вэн, наоборот, надевал свои. — Хотя слишком рассчитывать на это не стоит.
— Да ну? — хохотнул Вэн. — Вот что я хочу тебе сказать, капитан: на обратном пути надо будет постараться проехать эти места около полудня. Чтобы нам не пришлось ночевать тут поблизости ни накануне, ни после.
— Не стану спорить. — Джерин зевнул, едва не вывихнув челюсть. — Я уже так плохо соображаю, что вообще не могу ни о чем говорить. Ужасно хочется спать. Если меня убьют во время твоей вахты, я тебе этого никогда не прощу.
— У тебя не будет такой возможности, — ответил Вэн, снова хихикнув.
Джерин забрался под одеяло, оставив последнее слово за болтуном.
На следующее утро он проснулся целым и невредимым и сразу же ощутил восхитительный запах жарящейся колбасы. Вэн, раздув тлеющие угольки, варганил завтрак. Пламя скворчало и шипело, слизывая капли жира. Джерин получил острую палку с насаженной на нее колбасой, обжег нёбо еще не остывшим куском, выругался и наконец сумел его разжевать.
Вэн справился со своей порцией раньше и, пока Джерин влезал в свои латы и наголенники, запряг лошадей. Сойка, примостившаяся на ветке ели, все это время визгливо кричала на чужеземца. Он ткнул в нее пальцем.
— Советую тебе замолчать. Я бывал в таких краях, где люди считают певчих птиц вполне съедобными.
Словно поняв его слова, сойка умолкла.
— Элабонцы тоже иногда употребляют в пищу певчих птиц, — сказал Джерин, — Обычно мы ловим их сетями, а не подстреливаем из лука.
— Йо, это разумно, — согласился Вэн. — Они такие маленькие и прыткие, что нужно быть отличным стрелком, чтобы попасть в них, да и то кучу стрел потратишь зря. — Пристегнув последний ремень, он добавил: — Давай, капитан. Пора в путь.
Лес по дороге в Айкос становился все гуще, меняя свой облик. Правильнее сказать, принимая свой истинный облик, подумал Джерин. Элабонские купцы и исследователи в те давние времена, когда Рос Свирепый еще не подчинил северные земли империи, описывали эти края как непролазные дебри, тянувшиеся от Хай Керс до Ниффет и к западу до Оринийского океана.
Храм Сивиллы в Айкосе окружали столь же древние дерева, как и те, что теснились вокруг. Кое-какие из искривленных сучковатых дубов и раскидистых темно-зеленых сосен вполне могли помнить времена, когда люди, населявшие местность, где впоследствии стал отстраиваться Элабон, были еще просто необразованными дикарями. А другие, возможно, пробивались из-под земли еще до того, как народ Кидзуватны в своих речных долинах начал выцарапывать первые буквы на глиняных табличках, а затем обжигать их в печи.
Быть может, свисавший со многих ветвей косматый мох заглушал все звуки, а может, какая-то грозная сила владела этой чащобой или по крайней мере некоторыми из росших там исполинов, каких Джерин нигде больше не видывал. Как бы там ни было, в лесу стояла жутковатая тишина. Даже скрипы и дребезжание несмазанных колес повозки словно растворялись в ней. Высоко над дорогой ветви деревьев с обеих ее сторон переплетались между собой, скрывая львиную долю дневного света. А тот, что все же пробивался сквозь листву, был холодным, подрагивающим, зеленоватым.
— Такое ощущение, будто мы едем под водой по дну моря, — сказал Джерин.
— Да, похоже. — Вэн беспрестанно вертел головой, глядя вперед, назад, вправо, влево. — Не нравится мне это место, а ему, по-моему, не нравятся люди. Ему хочется, чтобы нас здесь не было, как, впрочем, и мне.
— Я бы поспорил с тобой, если бы считал, что ты не прав.
Джерину все время мерещились преследовавшие повозку шаги, но, как резко он ни оборачивался, ему никак не удавалось поймать взглядом то, что тревожило его слух.
— Интересно, — задумчиво произнес Вэн, — что случилось бы, отправь какой-нибудь лорд сюда своих крестьян в сухое лето с топорами и факелами.
«Понимают ли лес и его обитатели элабонский?» — подумал Джерин.
Он опасался, что понимают, поскольку тотчас после слов Вэна ветви над дорогой сплелись еще гуще и ниже и на большинстве из них откуда-то появились шипы. Да и сама дорога сузилась — окаймлявшие ее деревья, тоже все в шипах, столпились по краям, словно намереваясь схватить непрошеных визитеров. Пару раз он вполне отчетливо увидел чьи-то глаза, злобно следившие за ним из-за листвы, но ему так и не удалось разглядеть существо, которому они принадлежали.
— Ты ведь просто пошутил, не так ли, друг мой? — нервно произнес Джерин.
— Что? А-а, да. — Вэн мог противостоять любому врагу в человеческом облике, но даже такому отчаянному смельчаку нечего было и думать выстоять против леса. Оглядывая все более плотный свод веток над головой, он продолжил: — Какая прелестная зелень? По правде говоря, было бы совершенно непростительно сорвать тут хотя бы листочек.
Какое-то время ничего не происходило. Но как раз в тот момент, когда Джерин готов был уже выхватить меч и начать рубить ощетинившиеся деревья, все вернулось в прежнее состояние. Солнце заиграло в просветах зеленого покрова, дорога снова расширилась, а деревья стали просто деревьями. То неизвестное, что преследовало повозку, исчезло или, по крайней мере, затихло и затаилось.
— Ф-у-у, — едва слышно выдохнул Вэн. — Лес, наверное, понял, что я просто шутил, да ведь так оно и вправду было. — Последние слова он произнес особенно громко.
— Конечно же, ты шутил, — с избыточной искренностью поддержал его Джерин. И добавил уже гораздо тише: — Так или иначе, мы все равно заночуем в одном из селений неподалеку от Айкоса, а не в этом лесу. Чтобы на деле доказать, что мы не желаем зла обитающим здесь силам.
Вэн поймал его взгляд, и у обоих промелькнула одна и та же мысль. «Кроме того, это убережет нас от них». Вслух же никто ничего не сказал. Джерин не хотел, чтобы тот, кто на них зол, влез в их головы и еще что-то затеял.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
