«Говорят», я пишу потому, что никто из знакомых не смог мне объяснить, где и как можно оформить официальную (легальную) регистрацию, каковы нюансы законодательства на этот счёт. Все (в том числе и те самые менты) только смеются-заливаются и приговаривают: «Набери в и-нете „регистрация“, закажи, отвали полторы тыщи и спи спокойно!». На сайтах всяких ФМС (непонятно, поддельных или нет) примерно в тех же выражениях предлагается примерно то же самое, разве что цены чуть-чуть пониже. Впрочем, я доподлинно не разбирался в вопросе, и вот почему…
Квартиру (купленную по дешёвке с прицелом получить при сносе за неё нормальную) сдаёт нам наша бабка, но принадлежит она не ей, а её двоюродной сестре, тоже бабке, даже старше её самой, которую мы видели один раз в жизни, когда наша православная бабка захворала. Это фактически, а юридически жильё принадлежит дочке или внучке второй бабки, которая живёт где-то в Германии… Запутанные семейные отношения (между прочим, не нашего ума дело), плюс у них ещё фамилии разные… Плюс, естественно, никак письменно наше проживание не оформляется. (С ренты пол-Москвы живёт, но прижучить их, я думаю, не удастся – давайте лучше драть с сограждан приезжих!) Чтобы сделать регистрацию, это я слышал, нужно пойти «в заведение» с владельцем жилплощади – понятно, что даже если бы дочка с внучкой и жучкой проживали на другом конце столицы (как бабка), они при таком раскладе никуда бы не пошли. Они вообще едва ли знают о нашем существовании и знать не особенно желают. Если приспичит, могут вытряхнуть вон хоть завтра. Если не дай бог попадёшь в поле зрения полиции, ты тоже кругом нарушитель границы, опустошитель бюджета и шпион за москвичами досточтимыми.
Ты находишься на нелегальном положении покруче Ленина с его вагоном и шалашом. Ты никто и звать тебя никак. На работу тебя ещё могут взять, но никакого соцпакета там уж точно не предусмотрено, что и куда отчисляется – не твоё дело (у жены вообще нет ИННа), обычно зарплата в тридцатник или сорокет проходит по ведомости как тыщ 12, плюс, несмотря на все категоричные законы, по-прежнему в моде задержки. Допустим, заболел – болей себе на здоровье! Только не работай: рабочих рук полно. По новому какому-то закону с любым полисом можно в любую больницу обратиться! – сто раз отчитались по ТВ и все порадовались. Дальше порога регистратуры тебя и не пустят. Лежи хоть на дороге подыхай – так и должно! С сердцем плохо, спазмы, температура 40 – отлично! По новому закону о «скорой помощи» москвичей-то, бабок всяких дотошных, перестанут баловать. И у меня полис есть, но оформлен на безработного, в деревне такой-то, и просрочен (за день-другой его не выпишешь, это далеко и долго: выправлять нужно лично). Иди в аптеку – там в любом вопросе подскажут. Были бы ещё деньги: но их или в обрез или вообще нет, так что не зря смышлёные учёные борзо констатируют: в мегаполисе люди умудряются не болеть вообще!
Аня раза четыре падала в обморок в метро. Один раз я её поймал и вытащил из вагона… На работе только отшучивались про беременность, и я ничего не мог сделать… Ей ещё повезло – кто-то поддержал, а знакомая у неё (тоже не вступающая в материнство) всё лицо себе расквасила. С зубной болью и сколом зуба я захаживал – это какие-то деньги ещё были! – в понатыканные чуть не в каждом доме частные клиники, где, как, к слову, и в многочисленных парикмахерских, сменив метлу на ножницы и бормашину, сплошь отоваривают услугами наши друзья… Здесь вам могут что угодно сбацать – век будешь помнить! Не даром первый признак таких моноклиник – отсутствие компьютера (роскошь какая!) – всё с тщательностью первоклассницы вписывается секретуткой в замусоленную тетрадку. В последний раз мне повезло с врачом (кроме шуток), но и при квалифицированном (на мой взгляд) кавказце от боли я корчился в кресле (а потом ещё дома лез на стенку!), а он, насверливая, серьёзно сквозь очки успокаивал: «Будэт» (в смысле «будет больно», а не «хорош тебе») – анестезией стали только рези смеха в животе и мышцах. А вообще не до смеха, когда при боли ещё и раздумываешь: настоящий врач или ряженый, чем он меня накачал, содрав восемь тыщ. Мне на сей раз повезло.
«Социальные гарантии», «медицинское обслуживание», «с заботой о…» – какая-то галиматья из телеящика. Бабки (москвички опять же с пропиской) хоть соцкатой москвича козыряют – я б тоже не попозорился 15 руб. скидку в «Дикси» раз в месяц получить!
Были как раз как-то на ВДНХ, и я решил поддаться разрекламированной по ТВ и в Интернете акции – бесплатно проверить всё чаще щемящее от стресса сердце на новейшем приборе. Аня меня отговаривала, но я попёр уже из принципа – даже когда увидел, что там очередь и что всё равно нужно платить. После дурацкой, но недолгой процедуры у меня в руках оказалась заветная распечатка, напоминающая политическую карту мира. Буквально на бегу пояснили что-то про клапаны и для более подробного собеседования направили в специальное окошко, оклеенное вокруг рекламой БАДов. Отстояв очередь и здесь, я был удостоен рекомендации не есть фастфуд (при этом пальцем было тыкнуто в жёлтую Австралию и фиолетовую Океанию: «Вот холестэрин, вот холестирол…»), на что мы с Аней выпалили «Окститесь!» (не едим ведь), а я ещё прибавил, что холестерин и холестерол – одно и то же. Уже на улице мы прочли титул на бумажке: «Чермашина Лидия Ивановна, 1943 г. р.».
Когда я начал искать работу, мне пришлось отвалить две тыщи за «нормальную» регистрацию (где-то на краю края границы Химок) и ещё носиться по всему метро за деловым таким курьером.
А уж насколь все деловые кругом…
Понятие «знакомство» незаметно кануло в Лету. Даже на лету не хотят знакомиться и судачить: в фейсбуке или твиттере от такого человекопаука можно больше добиться, чем в расфокусе его оффлайна. Если ты, допустим, приходишь к врачу (не в клинику «Будэт»!), то он, принимая тебя, не представляется – даже не встаёт, даже не здоровается, даже не смотрит. Это вам не XIX столетья, понимаешь, раскланивания – медицина далеко шагнула… Что бы у тебя не болело, что бы ты не говорил (ну, это ещё, наверное, всё лёгкие недомогания), он только отписку пишет… Писатель как бы (в Москве все говорят как бы: везде вставляют, намекая на условность и текучесть происходящего – даже я было набрался!).
Я-то могу разобрать его каракули: «Вот они условия, вот она среда!.. А впрочем, для здоровия…»
Какое может быть здоровье, какое настроение… Какое общение, какая общность, какая соборность!.. Более разъединённого общества я не видел, его и представить трудно. Любые «Мы», «1984» и «Hey, teacher!» кажутся куда симпатичнее. Ни друзей, ни родственников, ни коллег, ни знакомых, ни соседей, ни… Более-менее настоящие общие ценности давно утрачены и разрушены. Кружков по интересам нет, в секцию бесплатно не запишешься, в лечебницу не придёшь; в церковь тоже не каждый встречный может заскочить и сразу прижиться: даже если не обращать внимания на реплики полуполоумных бабок («Дочк, ты хоть крест-то положи!..»), какое-то отторжение есть – и в людях, и в себе… нужны серьёзные, непривычные, не согласуемые с остальным строем бытия усилия… Осталось вроде бы лишь ощущение Родины и языка… Но и их теперь почитай что нет… о чём и пишем, не врачуя… И главное, без чего не проживёшь, – работа.
Хотя – что такое работа?.. Встретишь случайно человека, с которым лет шесть за соседним столом отсидел – дай бог, чтоб поздоровался. И почему ж не проживёшь? – живут ведь…
Вечный зов вовканья, иногда прямо срывающимся вокалом, с шатаниями у берёзы в стиле классического Петросяна минут по пятнадцать (!), с выказыванием даже бутылок и баклажек, собеседования в подъезде и торжественный выход оттуда двух пьянищих сцепившихся-обнявшихся корифеев – всё это участилось в последнее время до нехорошего. Без всякого преувеличения, это уже дюжину раз в день, если не больше. В каждом отдалённом русском выкрике, на игровой или детской площадке, в каждом собачонкином тявке уже чудится: «Вовк!».
А иногда и не чудится… Вот вполне въяве идёт мимо какой-то мужик – молодой и приличный, быстро скачет, на плече кожаная сумка, в руках рожок мороженого – и вдруг запнулся на том самом месте и непривычно приличным голоском произнёс: «Володь, Вовк!..», а через пару секунд: «Я щас схожу (неразборчиво), а после к тебе заскочу». Ей-богу! Это уже как галлюцинация какая-то.
Не менее выразительно, когда сам Вовка орёт своё «Дура!» под аккомпанемент восторженного «А-а-а!» из ЗАГСа. Что называется, работаем на контрастах!..
МГДОУУКАН – аббревиатуру такую под Вовкиным окном присобачить, за которой пусть скрывается, как и везде, нечто вполне полит-идиотичное: Московский городской дом общения увлекающихся употреблением крепких алкогольных напитков. МГДОУУКАН ВОВК – В Окно Вовке Крикни! – вполне приличная табличка.
