«Вы понимаете, что можете претендовать на более высокую, более лучшую позицию?» – спокойно-недружёлюбно кривовато разжёвывает менеджер, понимая, что засланный неизвестно кем журналист и кандидат наук у него в тылу ему как гвоздь в стуле, как шуруп в супе, как Незнайка на Луне!.. – У нас есть и другие отделы, там как раз нужны райтеры, рерайтеры и прерайтеры – 50 штукарей как с куста!» На что я вообще заявляю что-то несусветное: пытаюсь говорить с ним как с равным, как с человеком, и просто сообщаю, что устал от писанины, что у меня болят ноги и глаза, что согласен и руками поработать за 10 тыс., а лучше вообще-то за 15 или даже лучше за 20. Двадцатка – больше мне не надо ни копья!
На меня чуть не кидаются: как не надо?! шутить изволите, гражданин убегающий?!.
Обойдя штук пять книготорговых баз и тройку крупных книжных магазинов, претендуя на вакансию комплектовщика за 10 тыс., маркировщика тыщ за 8—9, грузчика за 15, мерчендайзера за 18, я научился уже прималчивать и кандидатство перестал указывать, а потом и высшее – но было уже поздно. Я решился уж было попробоваться сразу на товароведа (25 штук!), отделавшись средней школой, но оказалось, что два раза в одну и ту же компанию, даже на разные должности, войти нельзя! А я уж исчерпал все подобные объявления.
И наконец, я уже опустился в самые маргиналии: то курьер по доставке сомнительных притираний и приборов, то изготовление свечей, ёлочных украшений и бижутерии в домашних условиях. «А вдруг…» – всё же подбадривал себя я, отлично понимая, чем пахнет. Руками, на дому, без труда, прибыль, сможет каждый… Коммунизм во имя рыночного капитализма – воистину новая модель экономики!..
Вновь окраина, вновь проходные и охрана, раннее утро… Долго не пускали в здание, никто не отвечал на звонки – по телефону и в ржаво-металлическую дверь. Сорок минут маринада на морозе, зато все собрались – все и каждый… Наконец, подошла тётка, похожая на целительницу Джуну. Лабиринты коридоров, кругом какие-то скучные технари, посматривающие на нас как на процессию ряженых…
Итак, каждые… Я как плохиш уселся на заднюю парту… На первой – отличницы – две шестнадцатилетние пэтэушницы, вечные троечницы. За ними две тётки – тощая и маленькая и большая и толстая. Бабка в шали, убитый жизнью закодированный алкашик. Две бывшие подруги жизни бизнесменов, решившие начать свой бизнес – эти, в отличие от первых тёток, с претензией. Некий интеллигенсткого вида дедок… и я, несостоявшийся властитель дум, томов и дам, не состоявшийся даже как наклеиватель ценников на чужие книжки за 10 тыс. руб. в месяц… Впрочем, я весь внимание, даже чуть ли не приготовился, как все окружающие, старательно записывать эту белиберду.
Псевдо-Джуна начала потрясать своим бубном у школьной доски… Вот такая свечка стоит 10 руб., её отлить проще всего. Вы получаете с неё 1 рубль. Вот такая 20 – цилиндрическая. Вы получаете 5 рублей. Вот такая 50 – это уже серьёзная работа… Так, пишем… Если вы делаете, допустим, 100 свечек №2 в сутки, то подсчитайте…
«А вы почему не записываете?!» – обратилась преподавательница к двоечнику. Я хотел было уйти, но понял, что не справлюсь с мегакоридором. «Вы в первый раз на собеседовании?» – насторожилась она. По стенам стеклянные шкафчики с разносортными свечками и супермаркетной китайской новогодней дрянью. А вот это – внимание – фигурная свеча – 100 рублей!..
А вот это – внимание – формы для производства фигурных свечей! Их цена (сначала вам потребуются только две формы) 600 и 1000 рублей. Да, это немало, но в подсчитанной только что перспективе это сущие копейки. Вы не успеете консервную банку на газу разогревать и отливать на кухне свои богатства! Это почти что золотые слитки! Реализацией их, не беспокойтесь, займёмся мы! Если вы не верите, сходите в костёл на ул. Такой-то и в церковную лавку Такую-то и в ларёк в переходе Таком-то, и спросите, есть ли у них наши свечки! Нет, вы поезжайте в Киев и спросите!.. (Я не пошёл, а зря: любопытно было бы взглянуть на пособников и поназадать им всяческих вопросов!) Впрочем, вопросов и здесь было полно, все как детвора у стола училки, толпились с полчаса.
Когда все почти рассосались, я приблизился и сказал: я хочу к вам на работу устроиться, в Интернете видел вакансию офис-менеджера и рекламного агента по совместительству (а вообще я корректор и – внимание! – журналист!), куда мне обратиться: к вам или ещё к кому, и стоит ли мне при этом свечки выплавлять? «А опыт у вас есть?» Есть, соврал или преувеличил я, ещё какой! «Тогда обратитесь в комнату 43 или позвоните… нет, не по этому сотовому… нет, свечки, конечно, не надо…». От те раз! – я что же вам дубовый Буратино, чтоб променять 20 тыс. в месяц с режимом 7 дней в неделю с 9 до 8 на поле чудес с миллионами свечей и роз!
По пути к метро меня догнал дедок. На ходу и на морозе, поёживаясь, обменялись мнениями… Мы же русские люди, у нас чутьё ещё не отбили, мы уже по автоответчику определяем, какой именно операции нас хотят подвергнуть. Но выбора нет, лишь вера в чудо… Я не решился спросить, но дедок ответил сам: в шестой раз устраивается по автоответчику – не хватает пенсии, внучка ещё маленькая, хочется хоть чем-то порадовать!.. На прощанье он открыл свои карты: у метро такого-то газетами торговать – с 7 и до 7 на ногах на холоде, зато не каждый день и там почти пятнашку платят. Я поблагодарил.
Самая гадость ситуации в том, что люди, простые и нормальные люди, самые последние по теперешним понятиям лузеры, готовы заниматься не чем-то там, не очковтирательством через магический кристалл, не наперстничеством разврату, а производством – они готовы на крошечной кухне, задыхаясь от газа, одной рукой варя манную кашу ребёнку, а второй орудуя консервной банкой, выплавлять что угодно в промышленных масштабах! Рубль свечка, две копейки бумажный цветок на венок! А шарашат эти свечки и прочую мишуру для всей Евразии китайцы. Там клепают без остановки и устали, а у нас беззастенчиво обдирают и унижают самых бедных и сирых – сто раз уж сообщалось про подобные конторы, и всё равно в газетах – объявления, в И-нете – в обычных вакансиях, шикарный красочный сайт, помещения для еженедельных семинаров…
Глава 2. По брусчатке под куранты к храму
Аня в очередной раз, вздыхая, высматривала на superjob’е вакансии и вдруг говорит: «Смотри, какая прелесть!» Взглянул: и правда, это почти что то, о чём вились у меня в душе мечтанья. Хотелось в церковь бы какую-то – сторожем, реставратором, алтарником даже – поближе к Богу хоть на миллиметр, подальше от людей…
По телефону мне ответили очень интеллигентно. «Надеюсь, – усмехнулась директриса, – адрес называть не надо?..»
Утром морозным я уже печатал чеканный шаг по брусчатке… Она будто бы шла в гору, упираясь в храм – и не просто в храм, а в собор Василия Блаженного, известный каждому русскому и благоприличному иностранцу (а вот гастарбайтеров здесь что-то маловато, или они ленивы – на камнях лёд кругом, того и гляди навернёшься). Подошёл к оргадочке Покровского собора (Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву – изначальное и официальное название), взялся за калитку. Тут же из глубины дворика нехотя выдвинулся мент, подтвердивший моё наблюдение, что если ты к ним на «Вы», то они к тебе сразу на «ты». Кстати, адрес, как узнал потом, оказался такой: Красная площадь, дом 2 – вот уж воистину «Дом-2»!
Несколько лет назад мы были с Аней на Красной площади, и как раз подходили к собору, любовались его величественной стройностью. Но что нас неприятно поразило, так это некая небрежная новодельность: имитация в некоторых местах кирпичной кладки, расшивка под неё поверх штукатурки, пластиковые окна…
В самом тылу, так что не сразу и найдёшь – служебные помещения: большая бурая дверь – buroe (англ. бюро) для экскурсоводов, замаскированная дверка в метовскую будочку и по центру кабинет директрисы.
Под непривычно стрельчатыми сводами, в холодновато-темноватой атмосфере меня довольно интеллигентно приняли. Предупредили, что, во-первых, зарплата очень маленькая (9 тыс.!), а во-вторых, очень холодно, так что нужна в буквальном смысле стойкость. Я про себя возрадовался, представив мрачные древние своды, и себя под строгими ликами икон в пустоте и уединении… Пусть даже 9, но зато на работу ходить без отвращения, наоборот с пользой: тут тебе и размышления, и молитва, и если не письмо, то наверняка уж чтение, что ещё смотрителям делать?.. А суровые условия, размечтался я, поспособствуют исправлению, чего, честно говоря, я уж давно ищу…
– Ваша основная задача, – продолжает вещать директриса, – не допускать прохода посетителей обратно по лестнице, по которой они поднялись наверх.
