– Нет, ошибка, – сказал Доктор.
Она его проигнорировала:
– Вскоре я узнала, что планы сэра Джорджа – безумная надежда мечтателя. Он же, в конце концов, всего лишь человек, и его принц гораздо зауряднее и более земной, чем тот, кого искала я. Мальчишка, – сказала она с явным презрением. Роза прижала Фредди к себе, как бы защищая. – А не убийца, которого я искала, – Мелисса указала на Доктора. – Ты.
– Опять ошибка. Последняя попытка.
– А затем, по пути на ужин, как вам известно, я наконец-то засекла излучение энергии. От вашего чудного звукового устройства и от вашей странной синей будки. Это меня почти убедило. Но всё ещё был шанс, что ты – не тот, кого я искала. Мне нужно было убедиться.
– О да! Вы же не можете убить невиновного по ошибке, – лицо Доктора потемнело от гнева, – как ту несчастную горничную.
– К сожалению, – маска слегка отвернулась и в голосе внезапно появилась грусть, – присутствующие здесь мои друзья не знают собственную силу. Мы не хотели убивать ни её, ни того, другого. В отличие от тебя, – внезапно она снова разозлилась. – Подумай о тех тысячах, которых ты казнил, о геноциде, о зачистках, о твоём исчезновении и так называемом суде.
Доктор снова покачал головой.
– Динь, – объявил он. – Опять неверно. Если у вас всё...
– Всё?! – закричала она. – Ты убил тысячи людей и спрашиваешь всё ли это?
Доктор ответил ровным и тихим голосом, в котором, однако, чувствовался гнев:
– Вы поймали не того.
– Да ну? – бросила ему она.
Из своего рукава она вынула длинную тонкую трубку – мундштук, который Роза видела у неё внизу, в галерее. Только теперь в нём не было сигареты, а направляла она его прямо на Доктора. Но, стреляя, она выбрала другую цель. Конец трубки неожиданно загорелся красным. Из него ударил огонь, прямо по передней панели пульта. Экраны взорвались. По комнате разлетелись осколки, и Роза с Фредди бросились на пол. Фредди вскрикнул от страха, вцепившись в Розу.
– Стекло! – испуганно кричал он ей. – Не дай мне порезаться!
Аске и Реппл оба отскочили в сторону. Только Доктор остался на месте. При взрыве основной части пульта осколки пролетели рядом с ним, но он, похоже, не заметил этого. Кусок стекла задел рукав его куртки, проделав в нём дыру. Он не обратил на это внимания.
– Мимо, – сказал Доктор.
– Оно хоть и было твоим тюремщиком, – ответила Мелисса, когда звук взрыва затих, – хоть оно и было запрограммировано не выпускать тебя с этой отсталой планеты, но я знаю, что оно также было запрограммировано защищать тебя. Чтобы обеспечить выполнение приговора этого самозваного суда.
– И вы уничтожили разумное существо? Да, искусственный интеллект, я знаю. Не совсем живое, – Доктор повернулся и похлопал по изувеченной стороне пульта. – Всё равно это, должно быть, больно. И ради чего? Я не тот, кем вы меня считаете. Хотя мне и интересно было бы узнать, кто он. Разоблачить их.
Мелисса засмеялась, хотя в её голосе не было ни радости, ни насмешки.
– Ты стоишь перед терминалом искусственного интеллекта, украшенного эмблемой Катурии, и смеешь говорить, что ты не Василий Тёмный?
– Нет, это не он, – голос был тихий, но твёрдый. Реппл стал перед Розой и Фредди и посмотрел прямо в глаза Мелиссы Харт.
– Я – Василий Тёмный, – сказал он.
Доктор заморгал:
– Вы?
– Конечно же, нет, – заговорил Аске. Он оттеснил Реппла в сторону. – Этот человек – мой пациент. У него бред. Он считал себя свергнутым правителем, а теперь вы ему дали имя и рассказали причину свержения.
– Что вы несёте? – возмутился Реппл. – Вы же знаете, кто я!
Мелисса переводила взгляд с одного на другого, лицо-маска было непроницаемым. Но смертоносная трубка в её руке была по-прежнему нацелена на Доктора.
– Они, конечно, оба психи, – сказала ей Роза, – но если вы считаете Доктора каким-то свергнутым диктатором, то до вас им ещё далеко.
– Это было последнее постановление Имперского Суда, – сказала Мелисса. – Они сослали Василия до того, как революционеры взяли всё под контроль. Они должны были казнить его, – в её голосе была горечь. – Но вместо этого они отправили его жить беззаботной жизнью на примитивной планете, а с ним ещё одного катурианца в качестве тюремщика и телохранителя.
– Защищать его и не давать сбежать из ссылки? – спросил Доктор.
– Будто ты сам не знаешь! Документы были уничтожены, и мы не знали, что это за планета. Мы даже не знали, что тюремщиком был искусственный интеллект.
– Я – Василий Тёмный, – снова сказал Реппл. – Неужели вы не видите? Как вы можете это не видеть? – он стоял прямо, одну из рук держал на груди. – Василий Тёмный, Имперский пратер Катурии. Повелитель Семи Небосводов. Протектор Победоносного Флота. Верховный генерал Елкана и Представитель Масс.
Мелисса медленно повернулась к Репплу. Также медленно навела на него оружие. Заслоняя Реппла, вперёд шагнул Аске. Одну руку он протянул в умоляющем жесте. Другая рука была в кармане.
– Вы видите, насколько он безумен? Не знаю, откуда он взял эти слова, но он безобидный... – он не закончил.
Быстрым движением Аске вынул руку из кармана пиджака. Роза увидела в ней трубку, похожую на ту, что была у Мелиссы. Её конец уже покраснел, а лицо Аске стало твёрже гранита. Мелисса замерла. Роза готова была поклясться, что увидела в её глазах страх. Всего лишь на секунду. Этого момента хватило на то, чтобы ближайший из рыцарей слегка повернулся и поднял руку.
Вспышка света. Не луч, как поняла Роза, а блик, отразившийся от полированного металла. От клинка, пролетевшего через комнату словно молния. Он вонзился в горло Аске, сбив его с ног. Трубка в руке майора изрыгнула огонь, но в сторону, лишь изуродовав тёмную металлическую стену.
Аске свалился на пол. Клинок торчал из его горла, из раны текла кровь. С мучительным хрипом он попытался заговорить. Его последними словами было:
– Он лжёт. Я – Василий Тёмный.
Почти на минуту воцарилась тишина. Реппл упал на колени возле своего друга, проверяя пульс. Он покачал головой. Доктор смотрел на Мелиссу Харт. Роза прижала Фредди к себе, надеясь, что он не видел произошедшего, хотя понимала, что видел.
– Что же, – заговорил Доктор, – похоже, всё стало ясно. Верните мою синюю будку, и мы отправимся отсюда.
Мелисса по-прежнему держала своё оружие нацеленным на Доктора.
– После вашего побега я из предосторожности вооружила своих механизмов, – сказала она. – Даже и не думайте, что я снова допущу ошибку.
– Да послушайте, он же только что сам сказал вам, что это он, – не выдержала Роза. – Предсмертное признание. В прямом смысле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
