— Это недоразумение, — взмолился волшебник, но его никто уже не слушал.
— Разберёмся, — буркнул капрал, не обращая на наши оправдания ни малейшего внимания.
Он вынул свисток, издал пронзительный и требовательный звук, на который откуда-то из подворотни вынырнула чёрная карета.
— Прошу, — пригласил капрал, открывая дверцу.
Нас повезли в участок, предварительно рассадив так, чтобы мы не могли незаметно общаться друг с другом. Впрочем, ни я, ни Алур таких попыток не делали. Старик боялся пустить в ход магию, чтобы не усугубить и без того неважное положение. Да ему бы и не дали. Полицейские осторожничали и не сводили с нас глаз. Я по-прежнему держал Лиринну на руках. Алур громко вздыхал. При каждом вздохе полицейские тут же наставляли на него оружие. Он бы схлопотал пулю ещё до того, как сделал первый пасс или произнёс начальные слова заклинания.
Карета остановилась. Нас вытащили из неё.
— Отдайте девушку, — приказал мне капрал.
— Ни за что, — сказал я, отворачиваясь от него в тщетной попытке спрятать Лиринну.
Холодное дуло упёрлось мне в висок.
— Не стоит упорствовать, если не хотите забрызгать своими мозгами мостовую, — рявкнул капрал. — Мы не сделаем вашей девушке ничего плохого.
— Отдай им Лиринну, Гэбрил, — попросил Алур. — Если будешь спорить, тебя пристрелят. Полицейские разберутся и увидят, что всё в порядке, — стал успокаивать он.
— Хорошо, — уступил я. — Возьмите Лиринну, только обращайтесь с ней бережно.
— Не беспокойтесь, — отозвался капрал. — Мы вызовем врача и узнаем, что с ней случилось. А вы, ребята, пока посидите в холодной. Надеюсь, вы никуда не торопитесь.
Его глаза внимательно следили за моим лицом.
— Вообще-то мы хотели отвезти девушку домой… — неуверенно произнёс я.
— Не тяните кота за хвост. Отдайте нам девушку, — в приказном тоне заявил капрал.
В подтверждение его слов на нас снова уставились пистолеты.
Пришлось подчиниться.
— Ладно, парни, — сдался я, передавая капралу Лиринну. — Только не делайте поспешных выводов. Мы законопослушные граждане и не хотим неприятностей.
Он принял Лиринну на руки, потом бережно передал её другому полицейскому.
— Отнеси девушку в комнату для арестованных женщин. Вызовите доктора, — приказал капрал.
— Слушаюсь, сэр, — щёлкнул каблуками коп.
— Это эльфийка, — отозвался один из обступивших нас полицейских. Он потрогал пульс девушки и безапелляционно заявил:
— И она дохлая.
Я заскрипел зубами, двинул ему в челюсть от всей широты души и тут же получил по голове чем-то массивным и очень тяжёлым. Настолько тяжёлым, что земля и небо поменялись местами, мир перевернулся, и я рухнул вниз, как подкошенный.
Глава седьмая,
в которой мы попадаем в тюрьму, устраиваем небольшую заварушку в камере и отправляемся в морг.
Ведро ледяной воды, вылитой на голову, способно поднять даже мертвеца. Я вскочил, как ошпаренный, вернее как обмороженный, и стал дико озираться по сторонам. Взгляд сразу упёрся в детину с волосатой грудью, едва прикрытой драной майкой неопределённого цвета. Руки у него были толщиной с моё бедро. Он держал пустое ведро и скалил жёлтые, как янтарь, зубы.
— Что это было? — раздражённо спросил я.
Вопрос не остался без ответа.
— Будильник, — пояснил детина с ведром и заржал, как необъезженный конь.
Его смех поддержали ещё несколько типов, настолько мерзких, что их стоило бы показывать в цирке за большие деньги. Меня это разозлило, и я ляпнул первое, что пришло в голову:
— Я что, попал на аттракцион уродцев?
Лица мерзавцев мигом переменились. На морде окатившего меня водой детины, который явно был здесь за главного, появилось многообещающее выражение, сулившее в основном одни неприятности. В узких маленьких глазках ясно читался вынесенный приговор.
— Кажется, наш обмоченный красавчик не понял, с кем разговаривает, — пробасил детина и многозначительно хрустнул кулаками, каждый из которых был величиной с голову гнома.
— Нас не представили, — пожал плечами я. — Меня зовут Гэбрил, а у тебя есть имя или ты откликаешься на кличку, как животное?
В тот момент я не задумывался, какую реакцию это вызовет. Впрочем, меня легко понять, стоит только оказаться на моём месте.
Детина побагровел. Ещё немного, подумал я, и его хватит инфаркт.
— Меня так ещё никто не оскорблял, — взревел он.
Его свита отшатнулась и смотрела на меня, как смотрят на быка, отданного на заклание.
— Всё в этой жизни случается в первый раз, — философски заметил я.
Детина замолотил кулаками себе по груди. Странный способ снять напряжение.
Я взглянул на него и хмыкнул:
— Теперь ты ещё больше напоминаешь вонючую лохматую обезьяну. Твоё место на дереве, милейший, а не в обществе приличных людей. Впрочем, сброд, который тебя окружает, на людей похож не больше, чем ты.
Кажется, я его достал.
— Ну всё, парень, прощайся с жизнью. — Детина резко выдохнул и метнул ведро.
Хук! Оно со свистом пролетело над головой, чуть не испортив мне причёску. Я едва успел отскочить. Посудина врезалась в стену со всей дури, жалобно звякнула и сложилась, как картонная. Вместе с ней на пол свалился здоровенный кусок штукатурки. Просто удивительно, как детина не пробил стенку камеры навылет.
Я с облегчением перевёл дух и пожурил незадачливого метателя вёдер.
— Зачем портишь казённое имущество? Оно же денег стоит.
До меня не сразу дошло, что делать этого не стоило ни при каких обстоятельствах. Детина как с цепи сорвался. Он замолотил пудовыми кулаки с такой скоростью, что я запарился уворачиваться. Пока везло. Попади я хотя бы под один из них, меня вколотило бы в бетонный пол по самые уши, а мои редкие ответные удары для мордоворота были не опасней чесотки. Я стал задыхаться, терять силы. Движения замедлились. Только чудо спасало меня от могилы. Ещё немного, и я не смогу уклониться. Тогда абзац, крышка и выкопанная в сырой земля яма размерами метр на два.
Детине удалось постепенно вытеснить меня с середины камеры и зажать в углу. Я понял, что влип, и приготовился к смерти. Мордоворот занёс кулак и приготовился вбить последний гвоздь в крышку моего гроба. Я закрыл глаза и стал молиться. Надеюсь, на том свете не так уж и плохо. Рано или поздно, это должно было произойти.
И тут я почувствовал нечто странное. Как будто вокруг нас образовался непонятный прозрачный кокон, состоящий из световых линий. Они трещали и шипели, как раскалённое железо, опущенное в чан с водой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
