противника. И апогеем всего этого лично для себя Степан Осипович полагал появление на свет подводных лодок. Не тех крохотных скорлупок Джевецкого на педальном приводе, а настоящих подводных миноносцев, способных подобраться не замеченными едва ли не вплотную к ничего не подозревающей жертве и всадить той в борт торпеду. Как военный моряк отличившийся применением в боевых действиях именно миноносных сил, он прекрасно осознавал всю необходимость нахождения во флоте подобных кораблей. Но, как командующий Тихоокеанским флотом, откровенно боялся наступления эры подводной войны. Ведь небольшая и дешевая на фоне крейсера или броненосца подводная лодка могла пустить на дно любой из ныне существующих кораблей. И никто не смог бы помешать подобному кораблю выполнить то, для чего он создавался. В результате в одночасье практически обесценивались все эти великолепные броненосные гиганты, утыканные десятками мощнейших орудий. Радовало же в складывающейся ситуации только одно — именно его противнику сегодня предстояло познать на собственной шкуре весь ужас от приходящей из под воды смерти.
В то время как не смыкавшие глаз всю ночь «сторожа» и «охотники» подтягивались к военной гавани, а крейсера 1-ой бригады уходили на поиски главных сил противника, от причальной стенки судоремонтного завода в сопровождении рейдового буксира и пары тральщиков отчалили подводный миноносец № 113 и уже куда больше напоминающая своим видом классическую подводную лодку двух грядущих мировых войн «Минога», находящаяся под командованием капитана 2-го ранга Беклемишева, Михаила Николаевича, которого, не будь провалившегося в прошлое Ивана Ивановича и всех внесенных им изменений, можно было бы назвать отцом отечественного подводного флота. Да, подводные лодки, как боевые корабли, появились задолго до поступления Беклемешева на службу, но создал отечественную школу подводников именно он.
Откровенно говоря, Михаил Николаевич оказался изрядно ошарашен, когда после возвращения из командировки в САСШ, где он знакомился с состоянием дел в «Holland Torpedo Boat Company», считавшейся одним из лидеров в деле создания подводных кораблей, в один из ничем не примечательных дней его пригласили на Невский судостроительный и механический завод, чтобы продемонстрировать уже наполовину законченную строительством отечественную подводную лодку. Даже две лодки! И ведь Бубнов с Горюновым, входившие вместе с ним в комиссию по проектированию подводной лодки, в свое время ни единым словом не дали понять, что уже не первый год сотрудничают с этим заводом по теме конструирования подводных миноносцев! Более того! В то время как он искренне завидовал Холланду, сумевшему построить и спустить на воду аж две действующие подводные лодки, в родном отечестве уже как полтора года в большой тайне учились ходить под водой на куда лучшем представителе этого типа кораблей, скрывающимся за непримечательным названием миноносец № 113. Именно на нем, кстати говоря, сам капитан 2-го ранга Беклемешев и совершал свои первые погружения, пока на воду не спустили «Миногу» с «Дельфином». А после миноносец № 113 бесследно исчез вместе со своим командиром и оказался обнаружен Михаилом Николаевичем, прибывшим в Дальний вместе с разобранной «Миногой», уже здесь. Здесь же он, наконец, познакомился со своим учителем, прежде хранившим в тайне не только свое имя, но и скрывавшим под тряпичной маской лицо. Георгий Фёдорович Керн! Тот самый отставной капитан 2-го ранга, что стал олицетворением минной войны на море! Радости Беклемешева не было предела, ведь у него успело накопиться столько тем для разговоров с действительно понимающим человеком, что не хватило бы и недели, дабы обсудить их все. Но уже после первого «вечера встреч» пришло понимание, насколько сильно он не хочет знать, откуда у Георгия Федоровича взялся столь богатый опыт и столь обширные знания, связанные, в том числе, с поражением кораблей торпедами при стрельбе из-под воды. Тем не менее, учиться у подобного специалиста требовалось. Именно требовалось! Дух близкой войны буквально витал в воздухе и, судя по проделанной страной подготовке, спустить все на тормозах виделось уже невозможным, чтобы «закипающий котел» не взорвался от избыточного внутреннего давления. Да и его «Минога» сразу по прибытию в кратчайшие сроки оказалась помещена на один из стапелей, где в обе половины корпуса начали с немыслимой скоростью загружать демонтированное на Балтике оборудование.
Полтора месяца ушедшие на полную сборку «потаенного корабля» и еще столько же потребовавшиеся для многочисленных проверок и доработок, прошли, как одно мгновение. Во всяком случае, так виделось сейчас, когда он вел свой корабль на боевую позицию для встречи врага. Врага, не уступающего тем грандиозным силам, что смог стянуть на Дальний Восток отечественный флот. И вот теперь двум капитанам 2-го ранга предстояло изрядно помочь вице-адмиралу Макарову или пристыжено вернуться в родной порт ни с чем, тем самым расписавшись, как в собственной некомпетентности, так и бесперспективности подводных миноносцев. Но в последнее Михаил Николаевич не верил ни секунды, а с отсутствием веры подводников в собственные силы ему, еще до выхода, обещал разобраться Керн. Разобраться самым показательным способом. И не верить ему почему-то не возникало даже мысли. Уж больно взгляд у вернувшегося на царскую службу кондотьера был спокоен. Такой, будто ему уже не единожды приходилось проделывать то, что ожидал от них здесь и сейчас Степан Осипович. Причем именно данная мысль, от которой Беклемешеву никак не удавалось избавиться, пугала куда больше скорой встречи с врагом. Слишком много при весьма странных и невыясненных обстоятельствах погибло за последние годы кораблей по всему миру. Да и мастеровые на Невском судостроительном заводе как-то при нем обмолвились, что в первый раз они тоже строили две подводные лодки. Так что у копии сто тринадцатого, если все было именно так, как полагал капитан 2-го ранга, оказалась поистине безумная жизнь. Как и у экипажа этого «безымянного» подводного миноносца. И история их похождений вряд ли когда-либо имела шанс на появление на свет, так как могла спровоцировать, как минимум, глубочайший политический кризис мирового уровня. Но вот их первый бой со временем непременно обязан был войти в учебные пособия офицеров всех флотов. Дело оставалось за «малым» — не ударить лицом в грязь.
К сожалению, столь долго и тщательно сохраняемое в секрете оружие, могло выстрелить внезапно лишь один раз. Командующий Тихоокеанским флотом не сомневался, что в данный момент за всей акваторией порта ведется пристальное наблюдение не одним десятком пар глаз принадлежащих шпионам всех мастей. Возможно, большая часть из числа этих потенциальных наблюдателей не смогла бы ничего понять, увидев небольшое судно, едва торчащее над водой. Но считанные единицы истинных профессионалов имели все шансы опознать подводные лодки, существование которых не являлось тайной за семью печатями. И даже оставшийся на Балтике «Дельфин»
