— С.Ц.) из них возродились во Христе, он, видя, что плод для него еще совсем не созрел и мученичества, которого всегда желал, он отнюдь не достигнет, вновь возвратился к своим овцам…»{209} Интересно, что опять именно Норик, прародина восточнославянских племен, фигурирует и в этом документе. Все это лишний раз подтверждает, что именно Норик, провинция, где жили и венеды и кельты была своеобразной кузницей славянских народов.
Со славянами сталкивался и знаменитый Винфрид, позднее принявший имя Бонифаций (675/676–754 гг.), выдающийся англо-саксонский миссионер и создатель новой церковной структуры Франкского государства. Интересно, что он называл славян rustica gens{210}. О его миссионерской деятельности среди славян в верховьях Майна в Вюрцбурге сообщает его ученик Виллибальд{211}. Есть свидетельство, что Карл Великий крестил славян (скорее всего сорбов) вместе с фризами около 780 г.{212}
Среди актов Шестого Вселенского собора, состоявшегося в Константинополе в ноябре 680 — сентябре 681 г. есть интересный текст, свидетельствующий, что уже в это время среди славян было немало христиан. «…Дабы наше решение было вынесено ото всего сообщества смиренного Собора нашего, чтобы часть (иереев) не оказалась в неведении, если известия о совершаемом будут идти в одну сторону, в особенности тогда, когда среди народов и лангобардов, и славян, а не только франков, готов и бриттов большинство признают, что они из наших собратьев. А они не перестают интересоваться этим, чтобы быть осведомленными о том, что совершается в делах веры апостольской…»{213} Известен так же Константинопольский патриарх славянского происхождения Никита I (766–780 гг.), что свидетельствует о достаточно раннем проникновении христианства в среду славян. Известны и другие славяне того времени, достигшие высоких духовных санов{214}.
Рис. 51. Изображение креста на стенке цистерны в одной из башен акрополя. Пантикапея. I–II вв. по P. X. Рис. 52. Изображение креста и рыб на сердоликовой вставке бронзового перстня II–III вв. по P. X. Могильник у д. Ново-Отрадное. Крым Рис. 53. Бронзовый двурожковый светильник италийского пр-ва I в. по P. X., найденный в Эстонии (Кавасте) Рис. 54. Римский многорожковый глиняный светильник I в. по P. X., найденный в Киеве Рис. 55. Глиняный штамп для просфор, найденный при раскопках Кобяковского городища. Нижнее Подонье Рис. 56. Глиняные штампы для просфор I-III в. по Р.Х., найденные при раскопках ТанаисаОдними из первых христианство стали принимать славяне Карантии, после того, как в 788 г. на их территории наступило господство франков{215}. Это происходило благодаря деятельности ирландских монахов Вергилия и Арно, зальцбургских епископов, которым эти области были подчинены в церковном отношении{216}. Как ни удивительно, но, если судить по источникам, все начиналось вокруг Норика. И вряд ли этот факт можно считать случайным.
Среди первых, кто приняли христианство, были и словаки. Как сообщается в зальцбургском трактате «Обращение баваров и карантанцев», составленном в 870–871 гг., рассказано о князе Прибина, в состав владений которого входила Нитра. Из текста следует, что в этом граде был построен христианский храм, который был освящен зальцбургским архиепископом Адальмаром (824–836 гг.). «В 30-х гг. IX в. Прибина был изгнан из своих владений Мойомиром — “князем морован над Дунаем”»{217}. Видимо, с вхождением этих территорий в Великоморавское государство, только появившиеся здесь христианство было уничтожено и возобновлено миссией св. Кирилла и Мефодия. Здесь необходимо отметить, что зальцбургское архиепископство, сыгравшее огромную роль в крещении западных славян, изначально было основано ирландскими монахами. Именно отсюда монах Вергилий, которого многие исследователи считают создателем первого славянского алфавита глаголицы, нес проповедь христианства славянам и не только он один.
В пользу этой версии создания глаголицы говорят так называемые Киевские листки, открытые И.И. Срезневским и которые он считает самым древним глаголическим памятником (X в.). Этот текст представляет собой отрывок католической обедни (мессы), и ряд фонетических особенностей указывает на их западнославянское происхождение{218}.
Вот что пишет о глаголических памятниках Г.А. Хабургаев: «Дошедшие до нас древнейшие глаголические памятники почти все написаны в Македонии (за исключением отдельных отрывков, видимо, писаных в бывшей Моравии). Эти памятники, судя по всему, являются довольно близкими копиями первых переводов и отражают их высокое качество по сравнению с переводами более поздними. В глаголических памятниках отражен более древний строй языка, чем в памятниках, написанных кириллицей; это касается как звуковой системы старославянского языка, так и его грамматического строя. В лексическом отношении глаголические памятники характеризуются довольно значительным количеством непереведенных греческих слов. Известные нам кириллические памятники отражают более позднее состояние старославянского языка»{219}.
Мнение ряда исследователей, что создателем глаголической азбуки был сам Константин (Кирилл){220}, видится не совсем убедительным — зачем ему нужно было создавать две славянских азбуки, одну — в Моравии, а вторую — в Болгарии? Тем более что глаголица отражает более древний слой славянского языка, чем кириллица, а следовательно, создание этих азбук должен разделять значительный отрезок времени.
Как раз учитывая, что очевидна «связь глаголицы не с одним, а с несколькими алфавитами, прежде всего византийским (минускульным), древнееврейским (в основном в его самарянской разновидности), коптским. Ряд глаголических букв не обнаруживает видимого сходства ни с одной из известных нам азбук; возможно, что в основе таких букв лежат знаки не дошедшей до нас письменности»{221}, — можно сделать вывод, что подобная «игра ума» должна быть совершена человеком высокообразованным и не лишенным фантазии, на роль которого прекрасно подходит архиепископ зальцбургский Вергилий, богослов, поэт и автор космографических сочинений. К тому же большая архаичность глаголических текстов относительно кириллических свидетельствует также в пользу этой гипотезы — Вергилий жил почти столетием раньше Кирилла и Мефодия.
Я думаю, большую роль в принятии христианства славянами, которые уже давно были восприемниками кельтской культуры, сыграл тот факт, что проповедниками были именно кельты, в чем, возможно, и заключался главный успех принятия западными славянами христианства достаточно рано относительно других славянских сородичей{222}.
Нам известно, что в 845 г. четырнадцать старейшин племен Богемии в Регенсбурге приняли христианство{223}. «Интересно отметить, что чехи, вобравшие достаточно сильный этнический кельтский компонент, приняли христианство, скорее всего из рук ирландских монахов, поскольку в этом городе находился монастырь, ими основанный, и регенсбургский епископ, а позднее архиепископ, традиционно избирался из их среды»{224}.
Скупые данные источников вместе с тем свидетельствуют о достаточно раннем проникновении христианства в славянскую среду. Эта постепенная христианизация привела, в конце концов, к принятию христианства уже как государственной религии многие славянские народы. Причем можно со всей определенностью сказать, что в основном принятие христианства западными славянами происходило благодаря активной миссионерской деятельности ирландских монахов.
Дольше всех пребывали в язычестве балтийские славяне, но и они во второй половине XII в. были христианизированы, правда, в отличие от своих собратьев насильно, в результате датских крестовых походов. Итогом стало их онемечивание и исчезновение этих племен и созданных ими государств с карты Европы. Вместе с тем, именно балтийские славяне расселялись на обширных территориях Восточной Европы, создавая на берегах магистральных рек Великого волжского пути и пути «из варяг в греки» торгово-ремесленные поселения и города.
Первым крещением Руси Православная церковь считает миссию святого апостола Андрея Первозванного. Кого мог крестить апостол Андрей, следуя со своей миссией путем «из грек в варяги»?
Были ли среди проживающих в Северном Причерноморье племен славяне? Эти вопросы неминуемо встают при изучении сюжета о путешествии Андрея Первозванного в северные страны, описанного в Повести временных лет.
