После этой встречи он вызвал да Онгая, выдал ему счет и сказал:
- Граф, начни с еды для школьников и их учителей. А продолжи, пожалуй, вот чем. Устрой в каждой действующей школе возможность переночевать для всех учителей и учеников.
Граф прижал кулак к груди и пошел выполнять.
Восстановление инфраструктуры края требовало таких затрат, что у Димитри при взгляде на цифры от экономического консультанта шевелились волосы на затылке. Еда для детей и их воспитателей на этом фоне терялась, но не переставала существовать. И внутренних резервов в крае не было. Разрешать свободную торговлю или, как это здесь называли, "снимать санкции" с края соседи не спешили, и, значит, взять в долг у купцов или ростовщиков Димитри не мог. Гуманитарная помощь, о которой он попросил по рекомендации местных советников, не покрывала всех нужд, хотя и снимала часть головной боли. Что он смог, он вынул из своих доходов от Ддайг и Кэл-Алар, что-то выделили по требованию его вассалы. Некоторые, узнав о бедственном положении людей Нового мира, дали даже больше, чем он просил.
Покупать за рубежом семенной фонд тоже не было смысла: оказалось, что все семена одноразовые. Растения, выращенные из них, плодоносили один раз и отказывались воспроизводиться из семян и клубней, полученных с посева. К счастью князя, его предупредили раньше, чем он запланировал траты. Такой подлости он даже предположить не мог, но приходилось считаться и с этим.
И тогда Димитри сделал самое, на его взгляд, очевидное, устроив своим решением переполох в столице: он ввел новый налог на пользование межмировыми порталами, планируя хотя бы какие-то постоянные поступления на восстановление края. Причем он еще раз воспользовался помощью своего экономического советника и усложнил привычную схему, взимая разные деньги с разных путешественников и грузов.
Магистр было бросился с жалобами к императору, но тот лишь спросил, мол, не потому ли он так возмущен князем, что хотел бы сам успеть первым и не ограничиться пожертвованиями за передачу писем и иную помощь? Главе Академии не осталось ничего другого, как посоветовать достопочтенному Озерного края внимательнее следить за наместником, которому приходят в голову столь нечестивые идеи. Достопочтенный пообещал, разумеется, но напомнил, что на его людях - купол и все, с ним связанное, в том числе и история его появления. Поэтому, конечно, он сделает все возможное и приложит все усилия, чтобы князь, а вслед за ним и весь край, правильно понимал Путь, однако быстрых результатов не обещает, и если они нужны, то, возможно, дознаватель Святой стражи в сопровождении братьев и сестер хранителей будет лучшим выбором. Разумеется, отправлять отряд Святой стражи в край магистр не стал: открытый конфликт с князем в его планы не входил.
Дейвин напросился на конфиденцию, как он сам выразился, "со странным вопросом". Когда он пришел, Айдиш был так погружен во что-то в сети, что вовремя не вылез, не сумел оторваться.
- Что это такое ты читаешь, досточтимый? - осведомился Дейвин.
Айдиш молча подвинулся и позволил ему заглянуть в монитор. Дейвин заглянул - и замер в восхищении. Такое же точно чувство, только сильнее, он пережил, когда мать впервые привела его в свою оружейную комнату. Только в этот раз граф видел не оружие. Если бы он листал тетрадь, а не смотрел в светящийся экран, в этой тетради нашлось бы все на свете: стихосложение и боевая магия, летописи и исследовательские дневники, детские сказки и наблюдения за луной и звездами. И все это было играми и игрушками для детей. Простыми, понятными почти сразу и позволяющими занять время и голову на недели и даже годы вперед навыками и умениями, запоминающимися без слез, быстро и навсегда. Страница называлась "Школа на коленке".
- Чье это? - выдохнул Дейвин.
Айдиш посмотрел на него так, как будто это он пришел на конфиденцию к Дейвину - и был понят абсолютно и принят полностью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Моей коллеги, Полины. Она работает в корытовском лагере для уезжающих в Московию из края.
Дейвин тихонько вздохнул про себя: Корытово было далековато от Приозерска, и саалан там не жаловали.
- Айдиш, так умеет только она? Или даже нет - эти игры собирает кто-нибудь, кроме нее?
- Да, конечно. У нее коллекция самая разнообразная, но не самая полная. Есть те, кто собирает только математику, у других коллекции задач по... э... в общем, тебе будет интересно. Есть третьи, они собирают курьезы о цветах и животных, есть четвертые, у них истории из старых летописей. И так далее. Мне удобнее брать игры и затеи из ее блога, тут все и сразу. Если бы не эти ее заметки, дети давно бы разнесли пол-замка, и я бы не справился с ними даже с помощью местных коллег, потому что их слишком мало. А так - мы даже дружим.
- Спасибо, досточтимый. Ты обнадежил и обрадовал меня. Я пойду.
- Но Дейвин, а конфиденция? И твой вопрос?
- А конфиденция уже была, и ты только что дал мне и ответ, и утешение, и надежду. Спасибо, не буду тебя отвлекать.
Дейвин шел на конфиденцию с грустью, а уходил с радостной уверенностью. Он уже не чувствовал себя одиноким, найдя здесь Евгения, Женьку, друга и советчика в сложных мелочах, от которых так много зависит, но знать, что круг можно расширить, было очень приятно. Принципиального существования возможности было достаточно, чтобы не пытаться ею воспользоваться, да и служебные заботы не оставили бы для этого времени. Но не будь ее, дружба с Женькой не была бы настолько свободной и легкой.
В тот дурацкий май Дейвин едва обнаружил эту возможность и за утренним кофе после вчерашней конфиденции был доволен и весел. Он жевал какую-то плюшку, намазывая ее вареньем, слушал, как Айдиш рассказывает князю о том блоге, который вчера показывал ему, кивал, поддакивал и думал о своем.
Вдруг Айдиш, прервав рассказ, сказал:
- А вот бы ее оттуда, из Корытово, к нам сюда.
Дейвин, уже освоивший местный юмор, не удержался:
- Такой бы пастью да меду хапнуть, как сказал медведь, увидав бегемота. Айдиш, она с тобой даже не поздоровается, а если поздоровается, побежит мыть руки, потому что по записям видно, что терпит она нас с очень большим трудом.
Айдиш оживился:
- А вот и поздоровается!
Дейвин усмехнулся:
- На что поспорим?
Айдиш пожал плечами:
- Ну, давай на коньяк.
Дейвин сразу согласился:
- Идет! На какой срок закладываемся?
Айдиш, потянулся за коммуникатором:
- Ты уже проиграл, смотри. Видишь комментарий от Айдара под записью? Ну так это я, Зарифов Айдар Юнусович по местным документам. Мы с Полиной полную седмицу лет знакомы лично, встречались на университетских чтениях. И все это время переписываемся.
Дейвин пожал плечами почти с удовольствием. Не каждый день удается своего же конфидента заманить спорить на заклад.
- Ты меня сделал, да. Коньяк с меня.
Айдиш улыбнулся:
- А закуска с меня, я слегка сжульничал.
Князь тоже был доволен - день в кои-то веки начинался хорошо:
- А интересные тут женщины. Аугментина, которую ты нашел, Дейвин, и Полина эта твоя, Айдиш. И все эти их учителя. И даже Лиска Рыжий хвост. Она, конечно, площадной шут, но не пустое место. И ведь они не одни такие в крае. Было бы интересно как-нибудь с ними поговорить... Или с другими такими же...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы ждали, что Вьеза побудет и уедет, но нет. Нам в усиление еще пятерых таких же придали. Три девки и два пацана, чтобы "грустно не было", так и сказали. Ну, парни вообще без вопросов, хоть сейчас в Терминаторе снимай. Девицы не хуже. Только две с ними проблемы. Во-первых, мы им не смогли объяснить, почему табельное оружие нужно сдавать, когда ты не на службе. Во-вторых, они никак не могут усвоить, что оружие на дежурстве должно быть при тебе, особенно когда в регионе объявлена особая обстановка. Они его дома положили и так держат. В сейфах, как положено. А при себе носят ключ от сейфа. И хоть ты убейся. Когда стрельбы объявили - принесли, и все хорошо себя показали, так что точно умеют. Ну ничего. Капитан сказал, что он им "Обитель зла" покажет. Может, поймут, почему в зомби лучше стрелять без предупреждения и издалека, не вступая в бой лицом к лицу, как эти чудики считают правильным.
