– А... – Сара потупилась.
Это из-за нее они задержались и попали в этот потоп.
– Извините.
Он мягко приподнял ее голову за подбородок.
– Выше голову, девочка. Что случилось, то случилось. Конечно, это была безумная идея ехать с нами, но можете не сомневаться вы не были обузой для нас. – Он повернулся к капралу: – Я правильно говорю, Бонг? Думаю, без нее нам было бы тяжелее.
– Конечно, капитан, она прекрасно готовит.
– Вот, видите, – улыбнулся Мархем.
Сара улыбнулась в ответ. Что за человек! То хмурится и важничает, всячески подчеркивая свою значимость, то становится таким милым, что ей начинает казаться... она чувствует, что могла бы...
Сара оборвала непрошеную мысль.
– Спасибо, – буркнула она и потянулась за своим понча, шляпкой и сумкой с едой. – Если вы готовы, я сейчас сложу свои вещи, и мы можем ехать. – Она с тоской посмотрела на огонь. – А что вы вставите в тюк вместо опоры, которую мы сожгли?
– Бамбук, моя дорогая. Этого добра в филиппинских джунглях хватает с избытком, и его можно использовать практически для любой надобности. К счастью, нам неважно, будут опоры для тюков мокрыми или сухими.
Итак, они снова тащатся под дождем. Уже второй день. Потная и грязная, Сара сидела на спине Мабути и даже не пыталась найти в этом светлую сторону, как учили ее мать и мисс Арнольд. Вода просачивалась сквозь шляпку и стекала по волосам. Шляпка была бесповоротно испорчена. Лошадь еле волочила ноги, утопая в грязи. О какой светлой стороне могла идти речь?
Кругом одни лианы да заросли колючего ежевичника. С каждого дерева выливается на голову ушат воды. Нельзя сказать, что она мечтала о таком приключении.
Невольно вспомнились теплые руки капитана. К вечеру станет холоднее. Они остановятся, построят другой шалаш, она приготовит ужин и всю ночь будет спать в объятиях капитана Мархема Нэша. Сара задрожала от волнения. Каждая клеточка ее тела замерла в ожидании. Она опять прижмется к нему, и его дыхание будет шевелить ее волосы. Она почувствовала, что вся горит. Прошлую ночь она провела в объятиях мужчины, но Сара знала, что этому мужчине можно доверить жизнь. Вчера Сара слишком устала, чтобы бороться со сном, но она слышала, как он что-то шептал ей на ухо, какие-то слова, которые она не помнила. Сегодня вечером она не уснет и будет слушать. Сара выпрямилась в седле и улыбнулась. Она приняла решение. Ей так хотелось почувствовать тепло и заботу этого человека, но все это только один раз. Сара обещала себе, что в селении она будет жить одна. Взрослый человек, вдова, учительница, она в состоянии сама о себе позаботиться. Ведь не для романов она приехала на Филиппины, да и капитану Нэшу это совершенно не надо. Для него она только груз, который надо доставить в Сан-Мигель, как провизию или пончо.
Покачиваясь на спине Мабути, Сара мысленно составляла меню сегодняшнего ужина. Она приготовит последнюю репу с зеленью, а к репе прекрасно подойдут бобы. Вот и будет хоть какое-то разнообразие.
День тянулся бесконечно. Они ехали и ехали сквозь нескончаемый дождь, тяжелое, набухшее небо, мокрые кусты, хлеставшие Сару по лицу, перекусывали прямо на ходу. Сара утешала себя тем, что с каждым шагом Мабути она все ближе и ближе к теплому и сухому приюту и к ночи, которая подарит ей наслаждение мужественной силой Мархема Нэша. Сегодня ночью она будет его слушать.
Она не поверила своим глазам, когда сквозь серую пелену дождя ее взору предстали низенькие бамбуковые хижины, стоявшие на сваях. Сара обомлела. Неужели они уже приехали в Сан-Мигель?
К ней подъехал Мархем.
– Еще очень рано для ночлега, но мы остановимся здесь. Сегодня мы все будем спать под крышей, даже животные. У старика Манглапеса достаточно большой навес, чтобы поставить там лошадей, мулов и даже сложить груз. – Он покосился на шляпку. – Вы можете заняться собой. Нас накормят.
– Это Сак-Мигель? – Ее голос дрожал, выдавая внутреннюю тревогу.
– Нет. Эту стоянку мы часто используем в сезон дождей или, когда уезжаем далеко от лагеря. Горде Манглапес и его... гм... семья дают приют заблудившимся путникам и делятся с ними чем могут. Они будут рады принять у себя настоящую американку.
У Сары заныло сердце. Значит, не будет шалаша в джунглях. Они не будут есть бобы и репу, и она не будет спать в объятиях капитана. С трудом скрывая досаду, она медленно разгружала и расседлывала лошадь, еще медленнее взбиралась по веревочной лестнице в странную комнату-хижину, на которую указал ей Бонг. Но хижина, такая неказистая и грязная снаружи, приятно поразила Сару, когда она вошла внутрь. Благодаря ярко-желтым бамбуковым стенам, потолку и полу комната казалась солнечной, хотя за окном лил дождь.
Сквозь щели в бамбуковом полу Сара увидела кур и свиней, сбившихся в кучу на относительно сухом пространстве под домом.
Две женщины с младенцами на руках и девчонки всех возрастов смотрели на нее во все глаза, расположившись вдоль стен сидя и стоя. Прямо под бамбуковыми балками на самом верху противоположной стены висел неумело перерисованный с фотографии портрет Агинальда, филиппинского лидера, доблестно сражавшегося против американцев. Мебели в комнате не было.
Сара низко склонила голову в знак приветствия, как, она видела, делала Лус, когда входила в комнату. Женщины и дети молча наблюдали за ней.
– Мабухай, – произнесла Сара, и в ее устах слово прозвучало неуверенно и странно.
Старая женщина засмеялась и подбросила вверх младенца, которого держала на руках. Ее смех разрядил ситуацию. Все женщины, молодые и старые, заговорили одновременно. Сара как будто попала в клетку с экзотическими птицами, которые пели и щебетали на все голоса. Крошечная большеглазая девчушка подошла совсем близко к Саре.
– Доброе утро – сказала она, сильно картавя.
Сара улыбнулась. Смуглая ручка ребенка ухватилась за ее брюки.
– Доброе утро, – повторила девочка, смотря на Сару огромными темными глазами. – Почему ты одета, как мужчина?
– Доброе утро и добрый вечер, – ответила Сара и опять улыбнулась.
Смех и щебетание вокруг нее усилились. В дверном проеме показалась голова Бонга.
– Капитан спрашивает, хорошо ли вы устроились.
– Прекрасно. Когда вы придете?
Бонг покачал головой.
– Это дом для женщин. Мы остановимся в доме у старика Манглапеса. Женщины скоро покормят вас... после того, как поедим мы. Спать вы будете здесь, капитан Нэш сказал, чтобы вы отдали мне шляпу и пончо.
У всех вырвался вздох изумления, когда Сара, вытащив и положив в карман золотые булавки, сняла мокрую шляпу.
– Что случилось, Бонг? Что-то не так?
– Все нормально, мэм. – Он улыбнулся ей только глазами. – Белокурые волосы. Голубые глаза. Белая кожа. Им нравится. – Бонг обнажил в усмешке белые зубы. – Они говорят, что вы, наверное, мать Иисуса, потому что похожи на статую в храме.
