— Бурбон, — потребовал он, протягивая руку. В мгновение ока тот оказался у него в руке, и Уэс натер им рыбу.
Именно тогда я и заметила выражение лица Никлауса, когда Уэс улыбнулся, довольный своим творением.
А ведь Уэс ему нравится.
— Шеф, я возьму…
— Нет. Я пообещал ей лично принести блюдо, — прервал Уэс, глядя на плиту.
Ему потребовалось меньше десяти минут, чтобы приготовить все, включая время, которое ушло на украшение блюда. Закончив, Уэс положил тарелку на ладонь, чтобы не оставлять отпечатков пальцев, и покинул кухню. Стоило ему уйти, Эбби и еще несколько человек бросились пробовать оставшийся соус.
— Ах, — простонала Эбби, облизывая ложку, — это все того стоит.
— Еда? — рассмеялась я.
— Уже шесть лет подряд шеф Улер удостаивается трех звезд Мишлен, — сообщила Эбби, но я понятия не имела, что это значит.
— Три — это хорошо?
Все замерли и уставились на меня, как на инопланетянина.
— Три — это божественно, — со злостью проговорил Никлаус. — По последним данным, в стране всего пятнадцать ресторанов, отмеченных звездой Мишлен. Шесть в Нью-Йорке, пять в Калифорнии, два в Чикаго, один в Лас-Вегасе и один здесь, в Бостоне, «Уэс Хилл» шеф-повара Улера. Угощаться его блюдами — это огромная честь. Работать здесь — еще большая.
Сегодня я многое узнала.
— Кто-нибудь еще хочет облажаться сегодня вечером или я свободен? — Уэс вернулся, совершенно ничего не замечая. Повара, столпившиеся вокруг того, что осталось от его шедевра, разбежались как крысы, возвращаясь на свои места.
— Мы справимся, шеф, — заверил Никлаус, а Уэс подошел ко мне и положил руку на спину, что, я уверена, заметили абсолютно все.
— Тогда хорошо. — Уэс снял свой поварской китель. Схватил куртку, которую я забыла, что держу для него, взял меня за руку и повел к задней двери. — Спокойной ночи, кухня.
— Спокойной ночи, шеф, — отозвались все хором.
Снаружи я вздрогнула от перемены температуры. Улыбнувшись, попятилась назад и поклонилась.
— Я не знала, что нахожусь рядом с божеством.
— Я бы предупредил тебя, но не хотел ошеломлять своим великолепием, — произнес Уэс, разворачивая меня и притягивая ближе.
— Теперь я понимаю, откуда твоя самоуверенность. Все эти люди преклоняются перед тобой изо дня в день. Тебе ведь это нравится, правда? Так ведь, шеф?
Пока мы шли, Уэс щипал меня за бока, заставляя хихикать так сильно, что однажды я даже хрюкнула.
— Мисс Чапман, да вы боитесь щекотки?
— Не смей. — Я попятилась назад, а на его лице расплылась порочная усмешка. — Уэс, нет. — Хихикнув, я попыталась сбежать, однако он с легкостью догнал меня, а потом поднял и забросил себе на плечо. Я не могла перестать смеяться, когда он развернул меня к себе. — Я сдаюсь!
— На мой взгляд, вы слишком легко сдаетесь, мисс Чапман, — сказал он, ставя меня на ноги.
Изо всех сил стараясь изобразить британский акцент, я подняла голову и заявила:
— Сегодня я капитулирую, но позже продолжу борьбу, ибо настанет день, когда ты раскаешься, что заставил меня хрюкать.
Уэс смеялся так сильно, что на его зеленых глазах выступили слезы.
— Раскаюсь? Ибо? Ты пытаешься изобразить британца или Шекспира?
— Шекспир был родом из Британии. — Я пожала плечами.
— Очень хорошо. А потому я должен спросить, не соизволит ли самая прекрасная из всех дев составить мне компанию на прогулке? — поинтересовался он, предлагая мне локоть.
— Как вам угодно. — Я кивнула, взяв его под руку.
— Я рада, что смогла понаблюдать за тобой в естественной среде обитания, — сообщила я, наклоняясь к Уэсу.
— Ну да, это моя естественная среда обитания, — согласился Уэс.
— Ты по-настоящему нравишься своим сотрудникам, — заметила я.
— Ты имеешь в виду Никлауса?
— Я не имела в виду какого-то определенного человека. Подожди, ты в курсе?
— Конечно, в курсе. Я не такой тупой, как Макс, — ответил он. — Никлаус никогда не позволял своим чувствам мешать работе, и я тоже от этого выигрываю.
— Какую пользу, кроме того, что заставляет тебя чувствовать себя хорошо, приносит его безответная любовь?
Он надул губы.
— Я не настолько тщеславен.
— Так и поверила… ах, — завопила я, когда он снова пощекотал меня. — Ладно-ладно.
— Никлаус — прекрасный шеф-повар, и в ближайшие год-два он, возможно, будет готов к самостоятельной работе. Без сомнения, шеф-повара амбициозны. Страсть ко мне заставляет его стремиться подняться на один уровень со мной. Он прикладывает вдвое больше усилий и не жалуется. Парень просто хочет отточить мастерство. Поэтому сейчас я от этого только в выигрыше. И стану скучать по нему, когда он поймет, что готов уйти.
— Ты не скажешь ему, когда он будет готов?
— Если мне придется это сделать, он не выживет. Я рад, что ты с ним познакомилась, он хороший парень. Хотя сегодня я хотел бы быть не такой задницей.
— Лжец. Тебе нравилось в моем присутствии показывать всем, кто здесь главный.
Уэс опустил взгляд, а я уставилась на него, предлагая поспорить.
— Ладно, может быть, немного.
— Так и знала. Наконец-то я раскусила вас с Максом.
Когда мы добрались до заброшенной детской площадки, я бросилась к качелям и оттолкнулась ногой.
— Пожалуйста, поделитесь своей мудростью с нами, простыми смертными, мисс Чапман. — Он мягко толкнул меня на качелях.
— Вы оба альфа-самцы и обычно подобное не срабатывает, потому что… ну, потому что один в конечном итоге уничтожает другого. Но в очень редких случаях некоторые альфы реально наслаждаются этой борьбой. С человеком, который способен дать отпор, бросить вызов. Тебя заводит его мерзость, а его — твоя дерзость. И это не просто каламбур.
Схватившись за цепь, Уэс зафиксировал меня, а потом наклонился через мое плечо и прижался губами к уху.
— И что же нам с тобой делать, Джейн? Ты раскрываешь все наши секреты один за другим.
— Убедиться, что мои губы запечатаны? — Я повернулась к нему лицом.
— Мне это вполне под силу, — заверил он, прежде чем поцеловать меня.
Максвелл
— Она включила заднюю? — Я ущипнул себя за переносицу, пытаясь дышать. — Что значит, она включила заднюю?
— Она боится расправы сторонников губернатора Макдауэлла.
— ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! — Я хлопнул ладонью по столу. — Кто-то добрался до нее, и это была твоя работа — убедиться, что это невозможно!
— Возможно, сосредоточься ты, вместо какой-то случайной женщины, на одной из самых важных историй в этом городе…
— Убирайся отсюда.
— Макс.
— Иди домой, Скарлет. Тебе явно нужно отдохнуть от всего этого, так что уходи, пока не сказала чего-нибудь такого, о чем потом пожалеешь.
Скарлет так сильно сжала кулаки, что казалось, вот-вот выступит кровь. Схватив сумочку, планшеты и телефоны, она быстро вышла. Я не стал оглядываться назад, а вместо этого сосредоточился на людях напротив меня. Все они пытались сделать вид, что только что не слышали ничего о моей личной жизни.
— Проверьте все, что у нас есть, — скомандовал я, откидываясь на спинку стула. Никто не пошевелился. — Вы действительно хотите, чтобы я кому-то позвонил?
— Губернатор Макдауэлл…
— Твое имя? — спросил я темнокожего мужчину, одетого в ужасную клетчатую рубашку.
— Дуэйн Адамс… сэр.
Сэр?
— Мистер Адамс, я раньше вас здесь не видел.
— Я был в приемной. Скарлет пригласила меня сюда.
— Добро пожаловать в высшую лигу. Раз уж у тебя хватило смелости заговорить первым, не облажайся. — Я кивнул ему, чтобы он продолжал. — Что мы имеем?
Он повернулся к изображению паутины на стене и указал на портрет губернатора Макдауэлла в центре.
— Три недели назад мы получили анонимную информацию о том, что губернатор Макдауэлл подкупил судью Астера, чтобы тот смягчил наказание его брату за вождение в нетрезвом виде и бегство с места дорожного происшествия. Судья Астер, у которого до этого момента всегда был безупречный послужной список, согласился…
