— Да, там внизу две большие лошади, — ответила она.
Няня надела на мальчика теплое пальто — ради того чтобы купить его, Эллен специально ездила в Херефорд. К нему прилагалась шерстяная шапка и перчатки.
Когда Тимоти был готов, лакей отнес его вниз и посадил рядом с Наталией, уже расположившейся в двухместной карете, которую она использовала, когда отправлялась по своим делам.
Карета, запряженная великолепной парой, с двумя лакеями на запятках, покатила по аллее, и девушка задумалась над тем, как ее спокойная и обеспеченная жизнь отличается от того, что уготовило будущее сидевшему рядом мальчику.
Вспомнив его хрупкое тельце, Наталия поняла, что он не выдержит тяжелой работы на фабрике. Каждый раз, когда отец рассказывал, как ужасно там обращаются с подмастерьями, ее бросало в дрожь. Некоторым из подростков жилось хуже, чем рабам. Они голодали, подвергались страшным побоям и в конце концов убегали. Когда их ловили, то возвращали назад, и их существование превращалось в ад.
"Я не вынесу, если такое случится с Тимоти", — сказала она себе.
За то недолгое время, что мальчик пробыл в замке, Наталия успела привязаться к нему. Она понимала, что малыш, пробудив дремавший в ней материнский инстинкт, открыл ранее неизвестные грани ее души.
В соответствии с указаниями Наталии карета остановилась перед кузницей, возле дверей которой собралось несколько человек, дожидавшихся, когда подойдет их очередь и кузнец подкует их лошадь. Изнутри доносились удары молота по наковальне.
Лакей слез с запяток и открыл дверцу кареты.
— Ваша светлость желает поговорить с мистером Тернером?
— Нет, с миссис Тернер, ответила Наталия.
— Она живет рядом с кузницей, миледи.
— Тогда узнай, дома ли она, — распорядилась девушка.
Лакей постучался, и, когда дверь открылась, Наталия вышла из кареты. Взяв Тимоти за руку, она направилась в кузницу. При ее появлении кузнец, прилаживавший подкову на копыто лошади, поднял голову.
— Добрый день, миледи.
— Здравствуйте, мистер Тернер! — поприветствовала его Наталия. — Мне бы хотелось поговорить с вашей женой. Вы разрешите, чтобы этот малыш, которого зовут Тимоти, посмотрел, как вы работаете?
— Ради Бога, миледи.
— Останься здесь, Тимоти, — попросила Наталия, — и никуда не уходи.
Она заметила, что на лице малыша, приблизившегося к кузнецу, отразился неподдельный интерес. Он очень любил лошадей, которые уже не вызывали у него неприятных ассоциаций, так как он успел позабыть о постигшем его несчастье.
Наталия вышла из кузницы и по тропинке двинулась к дому.
Миссис Тернер проводила ее в общую комнату.
— Это большая честь для нас, миледи. Я даже и подумать не могла, что вы приедете.
— Миссис Тернер, мне рассказала о вас Эллен, — объяснила Наталия. — Я собираюсь просить вас об одолжении.
— Об одолжении, миледи? — изумленно воскликнула миссис Тернер, никогда не предполагавшая, что в силах оказать услугу столь знатной даме.
Наталия села и поведала ей о печальной судьбе Тимоти.
Она рассказала, как малыш одинок, как он сбежал из приюта и отправился на поиски матери, как в трогательной попытке обрести любовь он всех женщин называет "мамой".
Замолчав, Наталия увидела, что в глазах миссис Тернер стоят слезы.
— Я рассказала вам его историю, — мелодичным голосом продолжила девушка, — потому что мне нужно знать, согласитесь ли вы и мистер Тернер усыновить Тимоти. Мне тяжело при мысли, что надо вернуть его в приют. Он очень слабенький и хрупкий, поэтому, как мне кажется, ему будет трудно завоевать уважение других ребят. А когда я представляю, что его ждет в будущем, меня охватывает ужас.
— Вы имеете в виду, чтобы мы усыновили его? — уточнила миссис Тернер.
— Вы считаете, что я прошу о слишком многом? — проговорила Наталия.
— Не знаю. Я никогда ни о чем таком не задумывалась, миледи. Не знаю, согласится ли муж. Для него было страшным ударом, когда оказалось, что мы больше не можем иметь детей, а ведь такого доброго и сердечного человека, как он, еще надо поискать. Мне очень горько от того, что я не оправдала его надежд.
— Я могу предложить вам оставить у вас Тимоти на один день, — сказала Наталия. — Я съезжу в приют и объясню миссис Моппам, что вы хотели бы поближе узнать мальчика. Если мистер Тернер не согласится усыновить его, то завтра же вы отвезете его в приют или сообщите об этом мне и я заберу его.
— Мы и сами можем справиться, миледи, — заверила ее миссис Тернер. — У нас есть двуколка.
— Не имеет значения, на чем везти Тимоти, если ему придется возвращаться в приют, — заметила Наталия. — Но я надеюсь, что в вашем доме, миссис Тернер, найдется для него место.
Войдя в кузницу, Наталия увидела, что Тимоти как завороженный следит за работой кузнеца. Он уже успел весь испачкаться, но выглядел чрезвычайно счастливым.
— Пойдем, Тимоти, — сказала Наталия. — С тобой хочет познакомиться одна тетя.
— Мама? — внезапно спросил малыш.
— Да, мама, — уверенно ответила девушка.
Она подвела Тимоти к поджидавшей их миссис Тернер.
— Ой, да она красивая! — восторженно воскликнул мальчик.
— Если вы захотите поподробнее узнать о нем, поговорите с миссис Моппам, — предупредила Наталия. Опустившись на колени перед Тимоти, она добавила: — Слушай меня, малыш. Сегодня ты останешься с мамой. Веди себя хорошо. Она расскажет тебе много сказок. У нее когда-то тоже был маленький мальчик, и он очень любил ее сказки.
Она увидела, что у миссис Тернер по щекам потекли слезы. Поцеловав Тимоти, Наталия вышла на улицу.
Мальчик, принявшийся исследовать новую для него обстановку, совершенно спокойно отнесся к ее уходу. Его внимание было поглощено ракушкой, которую он обнаружил на столе.
Карета довезла Наталию до приюта.
Она рассказала миссис Моппам о Тимоти и познакомилась с новыми помощницами. Оглядевшись, она с удовлетворением отметила, что вокруг царит полный порядок.
Детишки выглядели очень довольными. У тех, кто уже давно жил в приюте, был сытый и здоровый вид.
И в то же время Наталия чувствовала, что Тимоти необходимо нечто большее, чем добротная еда и теплая одежда. Да и остальные дети казались слишком крупными и грубыми по сравнению с ним.
— Что вам известно о Тимоти? — спросила она у миссис Моппам.
— Его мать была горничной в одном знатном доме, — ответила та. — Она попала в беду, и ее выгнали без всяких рекомендаций. Ей удавалось кое-как содержать себя и ребенка, но постепенно ее силы убывали — как я понимаю, у нее были слабые легкие.
— А кто же отец? — осведомилась Наталия.
