Девушка повиновалась, как безвольная кукла, не спорила, не ругалась, и это его серьёзно беспокоило, но он решил, что разберётся с последствиями позже. Накинув на себя халат, герцог повернул жену лицом к себе и прижал к груди, укрывая руками и своим телом от нескромных взглядов доверенных.
И вовремя – с последним ударом часов дверь распахнулась, и в опочивальню ввалилась толпа жаждущих подробностей свидетелей.
- Брак свершился, герцогиня чиста! – воскликнула пожилая леди, сдёрнув с кровати простыню и потрясая той её частью, где виднелись несколько красных пятен.
- Милорд, отпустите миледи, ей нужно искупаться и переодеться! - кто-то из доверенных женского пола бесцеремонно подёргал Демьена за рукав халата.
Представив, что после всего пережитого Дениз придётся идти по коридорам в сопровождении любопытных леди, герцог зыркнул на них так, что доверенные обоих полов отшатнулись к стенам. Затем подхватил жену на руки.
- Я сам отнесу мою супругу в её покои, после чего вы поможете ей искупаться, переоденете и оставите в спальне. Её светлость должна хорошенько отдохнуть!
Демьен пинком открыл дверь, тут же раздался болезненный вскрик. Видимо, створка ушибла очередного любопытного. Поскольку все доверенные ввалились в опочивальню, видимо под дверью подслушивал кто-то из слуг.
Герцог мазнул взглядом по охающей фигуре у стены и, на пару секунд прижав к себе кокон с женой одной рукой, сделал пасс. Он не желал знать имени этого простолюдина, не собирался выяснять причину, по которой тот ошивался у опочивальни, магия выбросит любопытного из замка, и тот больше никогда не сможет пересечь его границы. Демьен уже давно усвоил, что самый быстрый и надёжный способ повысить верность и работоспособность бездарей – это немедленное и неотвратимое наказание за каждую провинность и поощрение за хорошую работу. Слуги дорожили местом и до ужаса боялись вызвать гнев Его светлости.
Так что поделом бездельнику и очередной урок остальным!
Подхватив жену снова двумя руками, Демьен продолжил путь, временами с беспокойством поглядывая на отрешённое личико Дениз. Он был уверен, что сделал всё правильно, но реакция девушки – и сам себя поправил: женщины. Его стараниями уже женщины! - реакция Дениз показывала, что она не разделяет его убеждений. А это в дальнейшем сулило новые проблемы, будто бы ему мало старых!
- Ещё болит? – негромко спросил он, на секунду поймав взгляд жены. – Я пришлю целителя, он осмотрит тебя и залечит все повреждения. Прости, тебе придется вынести ещё одно омовение в присутствии доверенных леди, но я распоряжусь, чтобы они не доставали тебя и управились поскорее.
Дениз молчала.
Больно? Саднящее и слегка тянущее ощущение внизу живота нельзя было назвать болью. Просто неприятно, но вполне терпимо. Возможно, шагай она собственными ногами, то последствия консуммации сказывались бы сильнее, но герцог решил донести жену до покоев на руках. Нет, умирать после случившегося или несколько дней болеть она не собирается, но и разговаривать с обманщиком нет никакого желания.
- Дениз, - правильно истолковав молчание супруги, герцог предпринял ещё одну попытку. – Я предлагал масло! Как говорил, его наносят на кожу всех новобрачных, и благодаря ему консуммация для них проходит безболезненно. Но ты отказалось, и что мне было делать?
- Не врать, - разжала губы герцогиня. Демьен набрал в рот воздух, готовясь снова объяснить своё поведение, раз эта дурочка с первого раза не поняла, но глаз выхватил подробности коридора, по которому он шёл, и мужчина замер.
Какого граха он несёт её в дальнее крыло, когда для его жены должны были приготовить смежные покои? Всё, брак подтверждён, и пока Дениз не забеременеет, она должна спать поблизости.
Развернувшись, Его светлость отправился в обратном направлении, пройдя сквозь стайку сопровождавших их леди, как горячий нож сквозь масло. Жена отнеслась к смене направления спокойно, собственно, её будто бы вообще не интересовало, куда её несут, и что с ней будет дальше.
- Вот твои новые покои, - произнёс Демьен, занося девушку в предназначенную для неё спальню. И осторожно посадил на край кровати, отметив, как по её лицу скользнула болезненная гримаска. Но уже в следующую секунду Дениз вернула на лицо отрешённое выражение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Я зайду через час, - произнёс герцог и вышел в приёмную, где столпились доверенные леди.
- Леди, Её светлость очень устала, поэтому я настаиваю, - мужчина внимательно посмотрел в лицо каждой женщине, давя взглядом и усилив нажим голосом, - чтобы омовение произошло быстро и как можно бережнее. Если кто-то из вас расстроит герцогиню, то виновнице советую лучше добровольно утопиться, не покидая купальни.
И стремительно вышел.
Демьена тотчас окружили доверенные лорды – ему предстояло точно такое же омовение в присутствии свидетелей, как и его жене. Его светлость управился за полчаса, включая переодевание и раздачу сувениров.
По обычаю, после завершения обряда, каждый доверенный лорд получал подарки для себя и своей супруги, помогавшей новобрачной. Чаще всего это было золото, иногда драгоценные ткани или украшения.
Герцог не стал оригинальничать и выплатил свидетелям по три тенье полновесным золотом, намекнув, что за два дня, которые они провели в замке, у каждого дома накопилась куча неотложных дел.
- А когда Её светлость назовёт своих фрейлин? – робко поинтересовался один из приближённых. – И статс-даму? Сейчас наши дочери и жёны все здесь. Может быть, мы ненадолго ещё задержимся, пока Её светлость сделает выбор?
Герцог ничего не ответил, просто так посмотрел на говорившего – это оказался граф Борге – что все свидетели немедленно поклонились и растворились в коридорах. Уж как они это устроили, Демьен не стал выяснять, главное, что через час в замке не осталось никого лишнего.
- Милорд? – в кабинет робко заглянул слуга. – Пришёл целитель.
- Проси, - мужчина развернулся лицом к двери, наблюдая за появлением пожилого лекаря. – Как Её светлость?
- Сложно сказать, милорд, - целитель поклонился. – К сожалению, миледи не позволила себя осмотреть и наотрез отказалась выпить обезболивающую микстуру, равно как и от применения заживляющей магии. Но из того, что я успел увидеть и почувствовать, могу сказать, что она пострадала не больше, чем предусмотрено природой.
- Не выпила микстуру? – вздёрнул бровь Демьен. – Упрямица! Идите за мной, она не посмеет противиться осмотру в моём присутствии. И покорно примет и лекарство, и лечебную магию.
- Ваша светлость, пожалуйста, выслушайте меня! – взмолился целитель. – У Её светлости нет больших повреждений, но она огорчена и расстроена. Если вы начнёте приказывать и давить, она ещё больше рассердится и, боюсь, зачать наследника вы сможете ещё нескоро. Дайте миледи прийти в себя, думаю, пара дней постельного режима пойдёт ей на пользу.
- Следуйте за мной! – Демьен понимал, что его жена злится из-за обмана, но ничего не мог с собой поделать. Да, ему жаль, что пришлось так поступить, но она сама виновата – отказалась от масла! А теперь отвергла и магию целителя – почему? Чтобы оттянуть время, ведь пока у неё всё не заживёт, он не сможет воспользоваться супружескими правами? Но почему тогда она не стала пить обезболивающую микстуру? Ему назло? Глупо. Нет, он, разумеется, не в восторге, что доставил жене боль, но, раз уж женщины так устроены, этого невозможно избежать! Со своей стороны он сделал всё, чтобы минимизировать неприятные ощущения, а Дениз сейчас ведёт себя, как капризный ребёнок. Он чувствует косвенную вину за её боль при консуммации, но не собирается казниться, если его глупая жена из простого чувства противоречия отказывается пить лекарство!
Герцогиня нашлась не в спальне, а в своей гостиной – стояла возле бюро и изучала его содержимое. Она обернулась на звук открываемой двери и заметно напряглась, увидев, кто вошёл.
- Почему ты не в постели? – без предисловий заговорил Демьен. – Почему не дала целителю себя осмотреть и отказалась лечиться? Миледи, я жду ответа!
