— Здорово! — воскликнул тот. Я в изумлении уставилась на него. — Молодцом! Законы, право — это, наверное, очень интересно.
Невероятно, Шон совсем не испугался. И, кажется, не заметил моей отвисшей челюсти и настороженного взгляда.
— Ну вот, с ванной управились. — Положив полотенца в корзину, молодой человек вышел в спальню. — Все сухо. А как у вас дела со спальней?
— Н-ничего, — выдавила я.
Шон помог насухо вытереть паркет, потом лег на пол и внимательно осмотрел деревянную поверхность.
— Все в порядке, — объявил он, поднимаясь на ноги. — Похоже, покоробиться не успело. Пусть денек-другой посохнет, а там покроете воском, и будет как новенький.
— Спасибо.
— Не за что. Хотя пол надо будет хорошенько вымыть. Водичка-то как-никак из туалета, помните? Кто ее знает, что в ней плавало.
Я, рассмеявшись, кивнула.
— Обязательно сегодня вымою.
— Ладно, мне пора. Теперь вы точно сами закончите.
Я взглянула на ванную.
— Тогда я постираю ваши полотенца и высушу.
Надо было как-то отблагодарить его.
Шон начал отказываться:
— Да нет, не стоит. Я сам постираю, дома.
— Давайте уж я. Это меньшее, что я могу сделать. И потом, свои я все равно буду стирать. Оставьте, завтра возьмете чистыми. Могу даже занести их вам домой.
Шон рассмеялся.
— Теперь и вы ходите по квартирам? Ладно, раз вы настаиваете, спасибо. Но заберу я их сам, если вы не против. Часиков в шесть пойдет? Зачем вам ходить туда-сюда?
Я согласно кивнула, думая, что он действительно вряд ли захочет приглашать случайного человека в квартиру приятеля.
— Еще раз спасибо.
Шон нырнул в ванную, вымыл руки с мылом. Потом потянулся было за полотенцем, но, вспомнив, что полотенца кончились, просто вытер руки о джинсы.
— Ничего страшного. Приятно было познакомиться, мисс Харпер Робертс. Если еще что случится, звоните, мы всегда к вашим услугам.
— Обязательно, — пообещала я, втайне надеясь, что впредь буду умнее и разберусь с домашними приборами сама.
Глупо по каждому пустяку вызывать мастера за несколько сотен. Хотя, в общем и целом, сегодняшнее утро оказалось не самым ужасным.
— Еще раз спасибо.
— Не за что, — ответил Шон.
Мы дошли до входной двери, и он взял ящик с инструментами.
— Еще увидимся. Слан.
— Что? — не поняла я.
— Слан. По-ирландски «до свидания и удачи». Стало быть, я желаю вам удачи.
— Вот оно как… Тогда вам тоже слан.
Шон, улыбаясь, помахал мне на прощание рукой, и я закрыла дверь. Если б я только знала, как мне будет не хватать этой самой удачи все оставшиеся до конца эксперимента полторы недели!
Погрузившись в невеселые мысли, я медленно побрела в ванную собирать в корзину мокрые полотенца, чтобы отнести в подвальную прачечную. Этим утром я проявила себя с самой худшей стороны — беспомощная идиотка, которая не в состоянии справиться с простейшей проблемой. Я казалась самой себе слабой и жалкой.
А самое ужасное, что, ползая на коленях по мокрому полу в обществе сантехника, мне было приятнее, чем на любом свидании за последние три года. Приплыли. Куда катится моя личная жизнь? Пора бросить все силы на операцию «Блондинка». Похоже, это мой последний шанс что-то наладить.
Глава 9
Вечером после работы пришлось потратить полчаса, чтобы оттереть пол в спальне, но к восьми я уже была у входа в «Семану» — модный испанский ресторан в нескольких кварталах от моего дома, упомянутый в рейтинговом обозрении Загата. Каждую неделю там готовили новое меню — с соблюдением сезонности. Днем мне позвонил Колин Уайт, первый из кандидатов с сайта знакомств, поинтересоваться, как я отношусь к испанской кухне. Молодец, одобрила я. Вот Скотту Джейкоби (простите, доктору Скотту Джейкоби) даже в голову не пришло бы выяснять подобные вопросы. Колин заказал для нас столик на восемь, и мы договорились встретиться у входа.
Прогнозы на предстоящее свидание у меня были довольно оптимистичные. Плохо, конечно, что опять придется притворяться, но голос у Колина по телефону был приятный, а уж на фото в анкете он вообще смотрелся красавцем. Может, у нас что-то и получится, если я опять не испорчу все и не превращусь в юриста-чудовище. Его бархатный баритон не давал мне покоя еще долго после того, как я положила трубку.
— С нетерпением жду встречи. Похоже, ты просто создана для меня.
Хм, интересно, как бы он запел, если бы знал, кем я на самом деле работаю? Пора взглянуть правде в глаза: такие Колины Уайты не встречаются с женщинами-юристами.
— Ты тоже, — игриво пропела я, вспомнив наставления Эмми.
Что ж, впечатление Колин производит приятное. А его имя? Сразу представляются сексуальнейшие Колин Ферт и Колин Фаррелл в одном лице. Ладно, ради такого и глупой блондинкой притвориться не жалко.
Сегодня утром я поняла, что пора браться за дело как следует и попытаться не выйти из роли до конца свидания, чтобы не получилось как со Скоттом Джейкоби, когда от волнения я попросту раскололась. Если утром я развлекалась вытиранием пола в обществе сантехника и ничего со мной не случилось, какие неприятности может сулить вечер в обществе ипотечного маклера, тем более что я ему вроде бы нравлюсь? К тому же мне не придется скатываться до совсем уж карикатурной блондинки, как на свидании со Скоттом. Какое счастье!
Эмми вняла моим настойчивым просьбам и разрешила одеться поприличнее — в конце концов ее удалось убедить, что не все блондинки одеваются как ночные бабочки. Чересчур самозабвенно она превращала меня в глупую куклу, напяливая на меня раз за разом эти немыслимые одежки.
Конечно, то, во что Эмми меня облачила сегодня, раньше я тоже вряд ли надела бы, но лучше уж короткое декольтированное платье с запахом от Дианы фон Фюрстенберг и приличные темные туфли на шпильках, чем облегающее желто-зеленое платье-футляр и босоножки на прозрачном каблуке. От прозрачных босоножек я отбивалась руками и ногами (в конце концов, из меня делают глупышку-блондинку, а не стриптизершу) и очень рада, что сумела настоять на своем.
Платье оказалось слегка узковато, однако в общем и целом я выглядела прилично — для дурочки-блондинки.
Зато от боевой раскраски отвертеться не удалось. Я наотрез отказывалась от голубых теней, поэтому мы с Эмми нашли компромисс — золотистые тени и густая подводка, получилось неплохо. Обычно я сильно не крашусь — разве что ресницы, а то они чересчур светлые, и круги под глазами замазать. А Эмми, надо отдать ей должное, с кисточками обращаться умеет. В ее руках я просто засияла, только вот карамельная помада доводила меня до белого каления (Эмми настаивала: мол, настоящая блондинка без розовой помады из дома не выйдет).
