– Ссс! Оссторожнее, моя прелесть! Не сспеши, не сломай себе шшею!– он поднял голову, взглянул на луну и тут же зажмурился. – Гадкий, гадкий свет! – зашипел он, – у нас болят от него глаза, горлум, горлум!
Продолжая спускаться, Горлум шипел все громче: – Где наша прелесть? Оно нашше, нашше, мы хотим его! Ссс! Грязные воры! Куда они подевали нашу прелесть? Мы иххх ненавидим!
– Что это за «прелесть»? – шепнул Сэм, – неужели он...
– Тихо, – остановил его Фродо. – Он близко, может услышать.
Горлум и в самом деле остановился и завертел головой, прислушиваясь и прикрыв огромные глаза. Сэм, едва сдерживая себя, с гневом и отвращением рассматривал это страшное существо.
Наконец, Горлум оказался футах в десяти от земли, прямо у них над головами. Дальше шла совершенно отвесная стена, никакой опоры на ней не было. Горлум попытался развернуться ногами вперед, но не удержался и с визгом обрушился вниз, подобрав как паук руки и ноги.
В тот же миг Сэм выскочил из-за камня и в два прыжка оказался на нем. Но даже в эту минуту, ошеломленный падением, Горлум успел схватить и обвить Сэма руками и ногами как спрут. Липкие пальцы нащупывали Сэмово горло, а в плечо впились острые зубы. Сэм растерялся и боднул Горлума головой в лицо. В ответ раздалось ожесточенное шипение, но хватка не ослабла.
Будь Сэм один, ему пришлось бы туго. Но Фродо с Разителем в руках схватил Горлума за волосы и запрокинул его голову.
– А ну, отпусти, – сурово приказал он. – Смотри! Ты уже видел Разитель, а теперь можешь попробовать.
Глаза Горлума, еще секунду назад горевшие злобным огнем, погасли, руки разжались и он упал на землю, как старая тряпка. Сэм вскочил на ноги, держась за плечо, и наверное, прибил бы Горлума, но его враг, поскуливая, елозил перед ним по камням.
– Не трогай нассс! Не трогай! Они ведь не тронут насс, такие славные хоббиты! Нам так плохо, горлум! Мы никого не трогали, а они прыгают на насс как на мышшь... Пусть они нас пожалеют, а мы будем хорошие, хорошшие...
– Ну, что с ним делать? – свирепо спросил Сэм. – Связать и бросить здесь, чтобы больше не шпионил за нами!
– Не надо! – взмолился Горлум пуще прежнего. – Это ссмерть для нассс! Нельзя нассс связывать, нельзя! Мы можем умереть здессь! – с отчаянным рыданием он подполз к ногам Фродо.
– Нет, убивать его нельзя, – неожиданно произнес Фродо. – Добро бы еще в честном бою, а так... он ничего не сделал нам.
– Не сделал? – Сэм потирал плечо. – Но хотел сделать, да и сейчас еще хочет. Задушить нас во сне задумал, поганец!
– Может быть, – задумчиво ответил Фродо, – но это другое дело...
Горлум притих и жалобно поглядывал на него, а в памяти Фродо звучали слова, сказанные на Совете в Раздоле: «Какая жалость, что Бильбо не убил тогда эту гнусную тварь!» – «Жалость? Именно жалость и остановила его тогда. Жалость и милосердие: нельзя убивать без нужды.» – «Но Горлум – враг, он заслуживает смерти!» – «Смерти? Согласен. Но смерти заслуживают многие из тех, которые живут. А многие из тех, которые мертвы, заслуживают жизни. Можешь ты вернуть им ее? Тогда не торопись обрекать и на смерть. Даже мудрец не может предвидеть всего.»
– Да, – сказал Фродо, и Сэм с удивлением посмотрел на него. – Вы видите, – продолжал Фродо, глядя на запад, – я боюсь, но мне жаль его. Он жалкий. Я не хочу убивать.
Горлум поднял голову.
– Да, бедные мы, жжалкие, – проскулил он, – хоббиты хорошие, они не будут нас убивать.
– Нет, не будем, – сказал Фродо, – но и не отпустим, не надейся. Слишком ты хитер и злобен, поэтому пойдешь с нами, а мы уж за тобой присмотрим. Только услуга за услугу. От тебя потребуется кое-какая помощь.
Горлум опасливо встал на ноги.
– Да, да, мы сссоглассны. Мы пойдем вместе с добрыми хоббитами, найдем для них тропы в темноте, вссе сделаем. Только вот куда они идут в этихх гиблых холодных местах, мы хотим знать, – в его бледных часто мигающих глазах промелькнула злобная искорка.
Сэм хотел было сказать что-то, но сдержался. По тону Фродо он понял, что происходит нечто важное и решил не вмешиваться. Но все-таки ответ Фродо поразил его.
Глядя прямо в бегающие глаза Горлума, Фродо раздельно произнес:
– Ты уже догадался, Смеагорл, куда мы идем. И ты знаешь туда дорогу. Мы идем в Мордор.
При этих страшных словах Горлум рухнул как подкошенный, зажимая уши руками.
Сэм с трудом разобрал его шипение:
– Ссс! Да, догадался, мы догадались, – шептал он. – Не надо, не надо ходить туда! Там только пепел, пепел и жажда, там ямы, сстрашные орки, тыссячи орков! Не надо ходить туда, добрые хоббиты не пойдут, нет, они пожалеют бедных насс!
– Значит, ты был там? – сурово спросил Фродо.
– Нет! – вскричал Горлум и сник. – Да, был, один раз, только один раз, случайно, разве не так? Но мы не хотим, мы не вернемся туда больше, нет, нет!
Вдруг голос у него изменился, и Сэм с Фродо не сразу поняли, что он, жалобно всхлипывая, разговаривает не с ними, а с кем-то другим.
– Отпустите, отпустите меня, горлум! Мне больно, не надо там больно! О, мои бедные руки! Я не хочу, мы не хотим. Я устал. Его нигде нет, нигде, горлум, горлум! О-о, они там не спят, гномы и страшные эльфы с такими яркими глазами! Я не могу... – он вскочил, сжал длинные костлявые пальцы в кулак и погрозил на восток. – Мы не хотим! – крикнул он с лицом, искаженным судорогой, – мы не можем дать тебе... – и снова, упав на колени, взмолился: – Не смотри на нас, не ссмотри так, не надо! Уйди, закрой глаза, усни!
– Нет, Смеагорл, – прервал его Фродо, – тебе не уговорить его уйти и не заснет он, как бы ты не просил. Но если хочешь избавиться от него навсегда, помоги мне, покажи дорогу в его сторону. Обещаю, что не поведу тебя дальше.
Горлум сел, исподлобья оглядел хоббитов и прохрипел: – Дорогу? Он там, он всегда там. Спросите у орков, они знают, они покажут вам дорогу, а Смеагорла не просите. Бедного Смеагорла нет, он давно ушел, пропал. У него отняли сокровище, и он пропал.
– Но если ты пойдешь с нами, мы найдем его, – сказал Фродо.
– Нет, никогда! Он потерял сокровище, – стонал Горлум.
– Встань! – резко приказал Фродо, и Сэм снова удивленно взглянул на него.
Горлум встал и попятился, пока не наткнулся спиной на скалу.
– Вот так лучше, – сказал Фродо, – ты понял? Мы договорились. Когда тебе лучше идти, днем или ночью? Хоть мы и устали, но если тебе удобней ночью, мы отправимся сейчас же.
– От света у меня болят глаза, – проскулил Горлум, – не надо идти под Белым Ликом, не надо. Пуссть он опусстится за холмы. Пусть добрые хоббиты пока отдохнут. – Тогда садись, – приказал Фродо, – сиди и не двигайся.
Сами хоббиты сели с двух сторон от Горлума, опершись спиной о камни и вытянув усталые ноги. И не говоря ни слова оба знали, что спать не придется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
