Читаем без скачивания Волчица нежная моя - Владимир Колычев

– И какая акула меня сожрала?

– Да это так, к слову…

– Федосов?

– Ну, раз уж разговор зашел… Да, Федосов. Или нет?

– Или да. В какой-то степени да… Вы, молодец, капитан, хорошо работаете, глубоко копаете… Под меня. На пару с Федосовым. Я так понимаю, он вас на содержание взял?

– Это вы зря, Гордеев! – нахмурился Светляков.

– Про наследство вы ему сказали?

– Вообще-то все было наоборот.

– Он вам сказал? С какой это стати? Ну да, вам же мотив нужен был, а он вам подсказал. Я убиваю Иру и через ее труп возвращаю свои деньги.

– Возможно, и так… А возможно, в этом замешан сам Федосов, – Светляков ожесточенно тер кончик своего носа, в отчаянном раздумье глядя на Гордеева.

– Да ну!

– Я видел мотоцикл возле его офиса.

Гордеев задрал брови на предельную высоту, выражая крайнюю степень заинтригованности.

– Протектор я разглядеть не успел, но ширина колеса примерно такая же, какая осталась у ворот Ириного дома. И ширина, и округлость… Мотоцикл спортивный, «Кавасаки»…

– А протектор почему вы разглядеть не успели?

– Уехал протектор. Вместе с мотоциклом.

– И под кем?

– Парень какой-то был. Он уже сидел на мотоцикле, когда я подъехал. Я успел разглядеть только его затылок. Он надел шлем и укатил…

– Номер вы, конечно, запомнили?

– Не было номера…

– Отличный повод, чтобы задержать.

– Повод был, скорости не было, – Светляков с досадой кивнул на свою «четверку». – Я бы не угнался…

– А Федосов что сказал? Вы же говорили ему про мотоцикл?

– Да, сказал. Он посмеялся. Вы же знаете, где он заседает, в этом здании есть и другие офисы.

– Федосова голыми руками не возьмешь.

– Я это уже понял… – вздохнул капитан. – Да и не нужен он мне.

– Да, извините, совсем забыл, – саркастически улыбнулся Гордеев. – Вам я нужен.

– Вы бы могли отключить Иру от аппарата, но вы этого не сделали. Честно ждали, когда она придет в себя. Значит, вы не такой уж и плохой человек… Надеюсь, вы вернете Ире ее дом?

– А я ничего не отбирал.

– Вот и хорошо. А свои деньги, вы, Гордеев, у нее заберите, она, тьфу-тьфу, в трезвом уме и здравой памяти, если надо будет, я это подтвержу. Пусть подпишет документ, и оставьте ее в покое. Пока ваши деньги у нее, спокойной жизни ей не будет, кому, как не вам, это понимать. Я бы очень не хотел, чтобы с ней что-то случилось. Я вам больше скажу, если с ней что-то случится, я вас в порошок сотру! – Глаза Светлякова налились вдруг кровью.

Гордеев невольно шарахнулся от него.

– Надеюсь, вы оставите Ире какое-то содержание? – смягчаясь, спросил следователь.

– Да, конечно.

– Вот и хорошо… – совсем успокоился Светляков.

И направился к своей машине – расслабленной походкой усталого человека, не отталкиваясь от земли, а просто выбрасывая ноги вперед от колена. Нехотя достал из широкого брючного кармана ключи, снял свою «Ладу» с охраны, сел, откидываясь в кресле, в рассеянном раздумье глянул на Гордеева, вставил ключ в замок зажигания.

Михаил Викторович смотрел на него, пытаясь разгадать логический ход его мысли. Светляков еще приедет сюда, с Ирой составит фоторобот предполагаемого преступника – но станет ли он его искать? Это нужно ехать в Долгопольск, брать под наблюдение офис Федосова, ждать, когда появится «всадник» на «Кавасаки», брать его за горло, снимать с него шлем и сверять с фотороботом. А дальше? Ну, докажет Светляков его вину, и что? Олег всего лишь ударил Иру, головой она как бы ударилась уже сама, ну, дадут ему два-три года, и то условно. А выяснение отношений между господами Гордеевым и Федосовым останется за кадром, но Светляков мог оказаться в эпицентре событий – со всем отсюда вытекающим. А оно ему нужно?

Похоже, больше всего Светлякова в этой истории волновала сама Ира. Какая-то мразь подняла руку на женщину-инвалида, как тут можно остаться равнодушным? Но Ира пришла в себя, и теперь, казалось, Светляков озаботился ее будущим. Обезопасить ее хочет, ну, и на жизнь должно что-то остаться… А мотоциклист – дело десятое, и не важно, кто его найдет. Гордееву это нужно больше всего, ему и карты в руки.

А может, Светляков хотел посмотреть, как Гордеев отреагирует на информацию – займется он Федосовым или нет? Ели нет, значит, он сам организовал покушение на Иру. Действительно, зачем искать черную кошку в чужой темной комнате, когда она гуляет в своей? В любом случае Светляков не зря подбросил информацию о «Кавасаки», есть у него какая-то задумка – возможно, подлая. Вдруг и не было никакого мотоцикла возле офиса, может, он нарочно придумал его, чтобы стравить с Федосовым…

А если не придумал? Если уши действительно растут от Федосова?.. Тогда этот гад и покушение на Сотникова организовал, и ствол Гордееву во двор подбросил…

Но ко всем этим несчастьям причастен и Раскатов, после недавней встречи с Настей Гордеев ничуть в этом не сомневался. Один заварил кашу, а другой бросил туда дрожжи – себе на пользу…

Федосов подъезжал, предупреждал не лезть в его огород, Гордеев сохраняет дистанцию, и, как итог, ничего плохого не происходит. Возможно, и дальше так будет, если не трогать Федосова. Может, и не нужно искать никакого мотоциклиста? Или пусть Светляков этим занимается… А может, нанять частного детектива?..

«Четверка» уже выехала с больничного двора, скрылась за воротами, а Гордеев еще долго смотрел ей вслед, пытаясь найти правильное решение.

А когда пришел в себя, отправился к Ире. Чем бы он ни занялся в будущем, в настоящем он должен был решить для себя главный вопрос. Он должен вернуть себе свои же деньги, а там будет видно, как жить дальше. Все документы уже давно готовы, Ире осталось только поставить под ними свою подпись. Ну, и нотариуса на всякий случай не мешало бы организовать.

Дел у него сегодня много, и нужно спешить, а то как бы другие не опередили. Ира сейчас в центре внимания, возможно, и Федосов уже нацелился на нее… Гордеев ускорил шаг…

Круговорот воды в природе – механизм сложный, созданный Богом, только ему и подвластный. А круговорот денег в природе вещей создали люди, возможно, с подсказки нечистых сил. А там, где люди, там хитрость, коварство, обман. Гордеев очень переживал, пока восемнадцать миллионов не легли на открытые им в разных банках счета.

Ира подписала дарственную, банк оформил ее счет на него, но Федосов знал, где хранятся деньги, от него можно было ожидать любой подлости, но вся сумма благополучно перекочевала в другой банк, а оттуда уже рассыпалась по разным счетам. Нельзя хранить яйца в одной корзине…

Гордеев хлестко ударил по ладони пачкой долларов. Сотенные купюры новенькие, запах типографской краски в них и соленых ветров. Деньги действительно пересекли океан, скорее всего, Атлантический, но пахнуть морской водой они не могли, Гордеев это понимал. И все же запах океана пьянил сознание. А может, это просто зов моря? Он провел с женой прекрасный медовый месяц среди русских березок, а за границей, на морском курорте, так и не побывал. Сейчас он мог себе это позволить. Официально дело еще не закрыто, подписка не снята, но Вершков уже не столь категоричен.

– Может, на Гоа махнем! – Он еще раз шлепнул по руке банковской упаковкой.

Он обналичил всего десять тысяч, больше не нужно. В Долгопольске работал филиал московского банка, в котором он открыл расходный счет, карточка в кармане – проблем не будет. А наличные тысячи – это как показатель успеха. Хоть и пытался Федосов его кинуть на восемнадцать миллионов, но у него ничего не вышло. Деньги на счетах, их всегда можно пустить в новое дело. Сейчас одна главная задача – как правильно ими распорядиться. А то вложишься в какую-нибудь пустышку, расхлебывай потом…

– Не хочу, – покачала головой Лера.

– Почему?

– Мне в Саврасье лучше.

Они находились в люксе столичной гостиницы, окно большое, во всю стену, вид на Москву с высоты птичьего полета, панорама – залюбуешься. Сколько раз Гордеев подходил к окну, смотрел вниз, а Лера однажды только и глянула. Не высоты она боится, просто городские пейзажи ее не вдохновляют. Не хочет она в городе жить…

– Да ну!

– Я там жить начала… – Она смотрела на него с нежной, затаенной улыбкой.

Он кивнул, соглашаясь с ней. Он и сам почувствовал там вкус нормальной семейной жизни. Достаточно приятный вкус… Но разгульная жизнь тоже неплохо – этот запах свободы, женские ароматы, одна эйфория успеха чего стоит. Драйв, адреналин… Все это так здорово, но пусть это останется в воспоминаниях. Все, хватит, нагулялся… Или нет?..

– Я бы в Лондон слетала, Ярика надо бы забрать, – неуверенно сказала Лера.

Она еще в августе летала в Англию, оформила сына в школу-пансион. Там он в безопасности, а здесь и под грозу можно попасть. Как ни думай, а тучи над головой еще не рассеялись.

– Может, рано?.. Да и где он здесь будет учиться? В деревенской школе?

– Ну, можно что-нибудь придумать, – пожала плечами Лера.