позовешь, чтобы самому не надорваться.
— Доброе утро, рин Алексис, — ответила я спокойно. — Отлично. Ваши услуги мне понадобятся. Возможно, вы знаете в округе приличного краснодеревщика? Или хотя бы опытного столяра?
На лице Алексиса появилось выражение крайнего изумления.
— Столяра, ринья? — недоуменно переспросил он, как будто не был уверен в том, правильно ли расслышал мой запрос. — Зачем вам столяр?
— Мебель хочу обновить, — пожала я плечами. — В гостиные стыдно людей звать. Там все такое ветхое и страшное.
— Мебель? Обновить? Здесь? — Алексис все никак не мог собраться с мыслями и выглядел по-настоящему ошеломленным. — Но для чего, ринья? Вы собираетесь жить здесь?
— Я уже здесь живу, — с легкой иронией просветила я его.
Алексис покраснел, видимо, от досады, то ли на меня, за умничание, то ли на себя, за нежелание понять ситуацию.
— Простите, ринья, я неправильно выразился, — все же вернулся он к своему прежнему расположению духа. — Вы собираетесь жить здесь и дальше? Довольно долгое время?
Я кивнула.
— Планировала.
— А как же столица?
— А что с ней?
— Ваш батюшка…
— Он самолично сослал меня сюда, пока не образумлюсь. Замуж я не хочу. Значит, образумиться в ближайшее время мне не дано, — как маленькому, разжевала я свои мысли Алексису. — Получается, что надо улучшать условия жизни здесь.
Алексис молчал. Смотрел на меня и молчал. Переваривал мою откровенность.
Глава 32
— Вы — необычная женщина, ринья Вильгельмина, — наконец-то неспешно произнес Алексис. Самообладание вернулось к неу. И теперь мне снова следовало ожидать рассуждений о своей исключительности. — Не уверен, что смогу помочь вам с подбором столяров. Но, может, мы с вами прогуляемся? На улице чудесная погода.
«Тебе оно надо — заморачиваться подбором персонала самостоятельно? Лучше побудь девочкой и погуляй со мной, твоим будущим женихом», — прочла я между строк.
Ну… Был бы в имении нормальный, адекватный управляющий, который хотя бы изредка появлялся бы в замке, интересовался бы делами и заботами, может, и не надо было бы. А так… Приходится все делать самой. Куда ж деваться-то.
— Мне нужно переодеться, рин, — идею с прогулкой я отметать не стала. Заодно и места внимательно осмотрю. Давно хотела, но одна везде ходить побаивалась, особенно после непонятных взглядом и снов. — И, естественно, подняться к себе в спальню.
— Я подожду, ринья, — к Алексису уже вернулось отличное настроение, и он ответил своей привычной ослепительной улыбкой.
Переоделась я по местным меркам относительно быстро: теплые гамаши под домашнее платье, сверху — пальто с подкладой, на руки — перчатки, на шею — шарф, на голову — шляпку, на ноги — полуботинки.
Спустившись в холл, я внезапно застала Алексиса внимательно рассматривавшим стены. Что он там искал? Потайной ход? Или узоры привлекли внимание? Что-то не особо был похож Алексис на культуролога, увлекшегося провинциальными рисунками.
Я сделала себе зарубку обследовать то место самостоятельно чуть позже. Пока что Алексис при моем появлении снова навесил на губы самую ослепительную улыбку, притворившись, будто ничего и не было. Он подал мне руку, я приняла ее, и мы вышли из замка.
Погода теплом не радовала. Небо покрыто свинцовыми тучами, под ногами — грязь, хорошо хоть не жидкая. Но ветра и грозы не было. А значит, да здравствует осмотр окрестностей. Интересно, Алексис сам, без меня, уже успел прогуляться вокруг замка и осмотреться? Или решил сделать это вместе с хозяйкой?
В любом случае, он бросал внимательные и цепкие взгляды вокруг. То ли запоминал местность, то ли ждал нападения.
Я же шла и просто с любопытством крутила головой. Вообще, конечно, просторы не радовали. На довольно приличном расстоянии от замка не имелось никакой жизни. Вот совсем. Ни зверья, ни птиц, ни людей. Ничего не появлялось на горизонте.
— Интересно, здесь всегда так пустынно? — задумчиво пробормотала я, первой нарушив тишину.
— Здесь магический барьер, ринья, — откликнулся Алексис. — Ваш батюшка сообщил мне, что замок защищен магией. И тому, кто задумал что-то дурное по отношению к хозяевам замка, просто не пробраться сюда.
— Насколько дурное? — деловито уточнила я. — Убийство — это понятно. А если, допустим, мошенничество?
Алексис напрягся, вцепился взглядом в мое лицо.
— У вас что-то случилось, ринья?
— Пока — нет, — покачала я головой. — Но хочется знать, от чего конкретно я защищена.
Не сказать, чтобы Алексис полностью расслабился при моих словах, но напряжение из позы ушло.
— Не могу точно знать, ринья, вам нужно узнавать это у своего батюшки, — ответил он.
Я кивнула, показывая, что поняла его. И продолжила расспросы.
— И все же я не понимаю. Этот магический барьер. Он отпугивает тех, кто задумал дурное. Но те же насекомые, птицы, животные. Их почему здесь нет?
— Птица может быть зачарована на смерть хозяев, с животным то же самое, — как неразумному ребенку, объяснил мне Алексис.
Я вообще заметила, что и он, и Витор, да и остальные мужчины тоже, разговаривали с местным женским полом голосом, полным превосходства. И надо сказать, меня такое отношение знатно раздражало. Из-за чего подобное общение? Только потому что в этом мире патриархат, и кому-то повезло родиться мужчиной? Ну так я при желании дам фору любому из противоположного пора. Что мне теперь, смотреть на них сверху вниз?
— И барьер не распознает эту смертельную магию? Не уничтожит ее носителей? — удивилась я.
— Нет. Из-за своих небольших размеров и животное, и птица будут считаться больными сами. Они действительно умрут практически сразу же, едва добравшись до того, к кому были направлены.
— И часто здесь случаются подобные покушения? — иронично поинтересовалась я. — Стоит ли такая мощная защита той серости, что царит вокруг?
— Пока существует хотя бы один шанс быть убитым, ринья, нужно полностью обезопаситься от любого нападения.
