Так что да, по факту, чем сильнее Линия, тем в большей безопасности находился её Одарённый. Но я, всё-таки, сделаю всё по-своему. Зачем мне чужая Линия, если я планирую создать свою? Да, звучит это пока дико, но точно знаю, что я хочу. Я хочу стать Императором. А для этого, мне, для начала, нужна своя Линия. И вопрос стоит больше не в «как», а «когда». Наметки у меня уже есть. И находятся они на, далекой сейчас, планете Нобель, куда мне, кровь из носу, нужно попасть как можно быстрее.
Так что нет, прекрасная Инесса, я не дам себя завербовать.
— Что-нибудь сказать? — я улыбнулся и изобразил задумчивое лицо. — Ты знаешь, пожалуй, я готов принять от тебя некоторую помощь.
На лице у неё отразился неподдельный интерес.
— Вот что я хочу тебе сказать, — я махнул рукой. — Наклонись, пожалуйста, тут могут быть чужие уши.
Она, как кролик, загипнотизированный удавом, послушно наклонилась и я, прихватив за шею, подтянул её к себе, заставив пересесть со стула на кровать. И тут же её поцеловал в напряженные губы.
Которые, буквально через пару секунд расслабились, и девушка мне ответила, обхватив своими руками меня за спину. Целоваться с ней было чертовски приятно, я ощущал приятный запах её волос, моя рука передвинулась с шеи голое плечо, и я ощутил под своими пальцами гладкую и нежную кожу. Моя первоначальная решимость дала трещину, и я решил не затягивать.
Осторожно сняв со своего плеча её руку, я передвинул её пониже. Так, чтобы она накрыла собой мой оживший, против воли, детородный орган. Девушка удивлённо от меня отстранилась. Глаза её подёрнула поволока, похоже, я могу делать с ней сейчас всё что хочу.
— Дорогая, — прошептал я нежно. — Тут такое дело. В своём нынешнем состоянии я не способен к активному сексу, а поза «девушка сверху» для меня неприемлема из-за моего сексизма. Поэтому, мне очень жаль, но остается один вариант — минет по-быстрому. И поторопись, пока сюда не заглянула какая-нибудь любопытная медсестра.
Это зрелище того стоило. Сначала в глаза Инессы вернулся разум. Затем пришло непонимание, потом обида, и затем их заполнила дикая ярость отвергнутой женщины. Пощечина, полученная мной, была больше похоже на хорошо поставленный хук. Если бы он был нанесен не открытой ладонью, а кулаком, то мог бы отправить меня, как минимум, в нокдаун.
— Козёл!!! — девушка вскочила на ноги. — Ты… Ты… Ты…
Я не мог удержаться. Я засмеялся, даже, скорее, заржал, держась за живот, так как смех доставлял мне дискомфорт на заживающих ранах. Девушка на секунду оторопела, видимо раздумывая врезать мне еще раз или оставить в покое. Приняв второй вариант, она быстро вышла, не оборачиваясь, из палаты, громко хлопнув за собой дверью.
И она была права. Я тот еще козёл. И да, я соврал. Я вполне был в состоянии занять активную позицию в возможном соитии. Вот только нельзя просто так взять и трахнуть Одарённую. У всех поступков есть последствия. Мне бы, пока, разобраться с последствиями своих предыдущих поступков. А Инесса? Она слишком хороша, чтобы ограничивать себя быстрым перепихоном на больничной койке…
Глава XV
Так или иначе, но для процедуры Инициации требовалось три инквизитора, поэтому мероприятие перенесли до прибытия еще одного брата. По информации, полученной от Волкова, ближайшим оказался инквизитор Ордена Порядка. Этот Орден выполнял надзорные функции над высокопоставленными чиновниками-простолюдинами, а также следил за законностью и точностью исполнений приказов Императора в отдельно взятых сообществах, будь это планета, система, или станция.
Орден Порядка вмешивался в том случае, когда полицейские силы, либо Служба Имперской Безопасности были не в состоянии решить вопрос самостоятельно. Либо, что было чаще, вопрос требовалось решить внутри этих служб.
Я всё это время сидел безвылазно в палате госпиталя, хотя повреждения сошли на нет уже на третий день лечения. А еще мне запретили все посещения. Навещать меня имел право только начальник Академии, либо моя Тень. Эрик и стал основным источником информации и моей связью с внешним миром.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Хотя, знал он немногое. Смерть инквизитора и обращение Нортона преподнесли общественности совсем по-другому. Якобы, Нортон разозлился, и в процессе допроса напал на меня. Героически защищая мою жизнь, погиб брат Партус. А Нортона уничтожил наш преподаватель майор Хендерсон. Версия так себе. Многие курсанты знали Нортона, Мы все вмести росли. Да, у него были некоторые проблемы с самоконтролем, но настолько выйти из себя, чтобы убить инквизитора?! Вопросы раздавались и тут, и там, но ответа на них не было.
Многие Линии подключили своих высокопоставленных родичей, дабы получить объяснения, опасаясь за своих отпрысков. Получили ли они правдивые ответы? Тоже оставалось тайной.
Зато Эрик, внезапно стал «первым парнем на деревне». К нему толпой пошли другие Тени, и не с пустыми руками, а странные девушки изъявили желание «познакомиться поближе». У всех на то была одна причина. Выведать информацию. Картер, нимало ни смущаясь, собирал все преференции, как в булькающем так и в «постельном» виде, но каждый раз отказывал в сотрудничестве. И не испытывал при этом никакого смущения. Потому что «сами дураки». И дуры, да.
Лично мне было немного жаль фон Таубе. Девочка, похоже, старалась и пыталась действительно помочь мне. Кроме того, что была мне чертовски симпатична. То, как я поступил с ней, не было простым беспричинным издевательством, как таковым. Хотя, честно сказать, некоторое садистское удовольствие, недостойное будущего Императора, я получил. Потому что нечего было так себя вести раньше!
Но, основной причиной было то, что я хотел оградить девочку от недовольства Линии. Ведь один человек для Линии ничто, и Старейшины рода пытались бы подсунуть мне фон Таубе так или иначе и дальше. А ей бы ничего не оставалось, как выполнять приказы. И падать в моих глазах всё ниже и ниже. Зная себя, отношения были бы испорчены бесповоротно. А теперь, из-за своей гордости девушка будет держаться от меня подальше. По крайней мере, некоторое время. Так что я и не знаю, кого я больше защищал: её саму или её образ в своих глазах. Ладно, с девочкой, пока разобрался.
Совсем не факт, что в ближайшее время Линия не попробует снова использовать её в своих играх. Это зависит от того, насколько я им интересен. Подозреваю, что очень интересен. К сожалению…
В общем двенадцать дней я находился в палате, наблюдая за внешним миром из окна. Волков посещал меня пару раз, рассказав, что ответа от Организации он так и не получил. Граф попытался выяснить подробности боя в карцере, и я ответил, как мог.
А мог я только нести лютый бред. Партус, в отличие от Хокуса не был боевым инквизитором и повторить сказку про превозмогающего Демона брата не получилось. Тем более, что без рук и головы превозмогать было затруднительно.
Поэтому рассказ мой был коротким. Отбились. Навалились. Зафиксировали. Попытались ликвидировать. Этот рассказ был воспринят очень скептически. Победить «физика» в боевой форме один на один из неодарённых (или неинициированных Одарённых, что по сути одно и тоже) мог, разве что, космодесантник. Очень опытный и до зубов вооруженный космодесантник. И да, «физик» должен быть неопытным.
И если со вторым пунктом было всё в порядке, то в первом были сплошные проколы. Я не был космодесантником, да и опыта у меня кот наплакал. А уж отсутствие оружия делало эту историю вообще фантастической.
Как сказал граф Волков, а он за годы своей долгой неоднократно службы видел противостояния космодесов с исчадиями Хаоса, то, что я совершил было невозможно при любом раскладе. И, если бы ему кто-то такое рассказал, он бы высмеял его не задумываясь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Однако, своим глазам он верил. Но, логичного объяснения не нашел. Единственное логичное объяснение заключалось в том, что я что-то скрывал. Но я, всё еще не являлся инициированным Одарённым, так что скрыть я мог только силовую броню, с помощью которой я и одолел Демона. А потом выкинул её прямиком в Подпространство.
