уже не сомневался ни на миг.
Яна приоткрыла глаза и посмотрела на меня. Желание шло на спад, и она начала анализировать ситуацию.
– Ни о чем не думай, – хрипло прошептал, – просто доверься мне.
– Ага, – запнулась, прокашлялась и тоже шепотом продолжила: – А ты опять пропадешь и даже не позвонишь.
– Обиделась, – ухмыльнулся, – если и так, то это еще ничего не значит. У меня работа такая, что не до звонков. Но думать о тебе от этого я меньше не стал.
– А ты правда думал? – с надеждой поинтересовалась она.
– Каждый день. Вспоминал, как ты стонала, положив голову на мое плечо. И на стену лезть хотелось, стоило только вспомнить твой вкус на своих пальцах, и все. Крышу уносило моментом, – мечтательно протянул, ущипнув ее за сосок.
Склонился к ее лицу, обвел пальцами линию скул, убрал прилипшую от пота прядь со лба.
– Вот смотрю на тебя и думаю, – искушающе протянул, – отдохнула ты уже или нет? М-м-м, как думаешь? – обвел языком раковину уха. – Потому что я тобой еще не насытился.
Ее глаза расширились от удивления, но потом, что-то прикинув, она схватила меня за затылок и притянула к своим губам для поцелуя.
Это была самая короткая ночь в моей жизни, наполненная блаженством.
Самое чувственное полнолуние.
Яна, изможденная, спала, уткнувшись носом в мою грудь и свернувшись калачиком. А я плавал в неге наслаждения, с пустой головой и ни о чем не думал, просто наслаждался моментом, расслабляясь как никогда.
Звонок, вернувший меня в реальность, раздался за час до рассвета. Звонил Тимур, младший бета Васильева.
– Слушаю, – ответил ему.
– Игнат, я знаю, что это не мое дело. Альфа приказал не лезть, и слухов по поводу твоего приезда множество, – как-то издалека он начал.
– И? – рыкнув, поторопил его, а сам начал осторожно подниматься, чтобы не разбудить свою спящую кошку.
– Я сегодня не поехал в клан, дела в городе и всякое такое, и в общем, – тяжело вздохнул, – но я видел Татьяну Назимову! Сначала думал, показалась. А сейчас смотрю в камеры, установленные на въезде в наш микрорайон, и сто процентов уверен, что это она. Я же в Москве учился.
Твою мать! Сука! Принялся искать одежду и вспомнил, что здесь я даже не раздевался.
Напоследок оглянулся. Не сдержался и, вернувшись, поцеловал сладкие губы, придвинул к ней еще одну подушку – вместо себя – и плотнее подоткнул под нее одеяло.
– Сейчас ты ее видишь?
– Да, – настороженно ответил волк.
– Сможешь аккуратненько поймать и под замок посадить?
– Игнат, это против правил. Хоть она здесь и незаконно…
Перебил его, не дослушав:
– Если я согласую это с твоим альфой?
– Тогда без проблем.
– Жди звонка. Надеюсь, он уже перекинулся в человека и спит дома, – добавил скорее самому себе.
Дома его не было, я забрал сумку и направился к машине, но на мой звонок Васильев ответил и пообещал помочь. Спустя тридцать минут, когда я гнал, как сумасшедший, по трассе, мне позвонил Тимур и сообщил, что все прошло успешно и полукровка под замком. Позвонил своим ребятам и велел прилетать первым же рейсом из Красноярска. А сам пытался хоть как-то успокоиться.
После сегодняшней лунной ночи эту суку хотелось убить еще сильнее, особенно за то, что мне пришлось уехать от своей теплой и такой божественно сладкой девочки.
Глава 12
Яна
– Черт! Черт! Черт! – громко воскликнула и заехала ладошкой по двери туалета.
– Ну что там? – послышался голос Вики снаружи.
Да как так-то? Как такое может быть? Глупости все это…
– Ви-и-ик, у тебя есть еще один? – приоткрыла дверь и умоляюще посмотрела на нее в надежде на положительный ответ.
Белая волчица с удивлением, смешанном с восторгом, выпучила на меня глаза.
– Да у меня их целая коробка. Неужели и правда? – уставилась на меня щенячьим взором.
– Кривда, – огрызнулась и показала ей тест с двумя полосками, – уверена, он просто бракованный.
Она взяла тест-полоску, приоткрыла рот и, улыбнувшись, убежала в свою спальню. Вика вернулась спустя пару минут с шестью тестами разных производителей.
– Вот, – протянула она мне охапку, – выбрала специально все марки, какие были.
Я зло зыркнула на нее, забрала тесты и скрылась в ванной.
Спустя десять минут я сидела на Викиной кухне и пила молочный коктейль, спиртное мне теперь не положено.
Все семь тестов показали одно и то же. Как такое вообще возможно и куда катится моя жизнь? Я размышляла над этими вопросами, потягивая вкусную молочную жидкость.
Всего лишь после одного раза!
Ну ладно, нескольких раз, поправил мой внутренний голос сам себя.
Ну хорошо, хорошо! Секса было много! Очень много! Я перестала считать после четвертого раза. Игнат любил меня всю ночь. Так мне тогда казалось.
Он был требовательным и нежным, жадным до моих прикосновений и щедрым на ласки. Ночь того полнолуния стала самой счастливой за всю мою жизнь. Раньше я и представить не могла, что так бывает. Что возможно такое единение душ через физические оболочки. Черный волк чувствовал каждое мое желание, он угадывал наперед мои мысли.
Романов заставил меня поверить в чудо. А наутро исчез из моей жизни.
Я проснулась, обнимая собственную подушку. И ничего вокруг не указывало на его присутствие в моей спальне этой ночью. Только лишь легкий шлейф запаха костра, который принадлежал Романову. Но после душа и он пропал.
Тогда я начала думать, что мне все привиделось, померещилось. Сон эротический приснился. Ну мало ли! Все-таки я наполовину оборотень, оказавшийся в большом окружении волков в полнолуние.
Так думать было легче, нежели принять правду, что опять после проведенной с мужчиной ночи я оказалось ему не нужна.
В голову постоянно приходили мысли о заброшенных в труднодоступный угол носках. Забытых и впоследствии потерянных носках. Я чувствовала себя именно так. Никому не нужная, одинокая женщина, лежащая в пыльном углу и не способная отыскать собственную пару.
Было больно! Было чертовски больно.
Мой прошлый раз не шел ни в какое сравнение с этим. Та ночь была как в тумане. Тогда я чувствовала себя глупой, обманутой и ненужной. И самой сильной эмоцией был стыд за свое поведение. Сейчас же мне не было стыдно. И я нисколечко не чувствовала себя обманутой или глупой. Романов мне ничего не обещал, он и не разговаривал-то со мной практически.
Меня раздирало на части ощущение потери. Как будто я упустила что-то важное, и жизнь уже никогда не сложится в полноценный пазл.
Я ощущала опустошающий душу страх. Страх того, что эта ночь больше не повторится. Пусть я
