дарующей быстрое отрезвление. Солдаты, которым такое средство вручал командир, отметивший нетвердость походки или другие признаки опьянения, безропотно глотали прозрачную жидкость, понимая, что в бою замедленная реакция может стоить им жизни. Лишь вполголоса ругались, едва продышавшись после страшной гадости, выжигавшей в крови следы возлияний.
Действия солдат, многократно отработанные и проверенные во время учений, поражали слаженностью. И вскоре десятки слились в сотни, скачущие за пределы крепости, защищавшей приграничный городок от воинственного соседа.
Неприятель, рассчитывавший на приятную прогулку и возможность порезвиться в окрестных деревеньках, встретил серьёзный отпор и отступил после короткого боя, подсвечиваемого тут и там магическими светляками. В таком близком контакте магией сражаться было полной глупостью, ведь она могла задеть и своих. А потому бились по старинке, с мечами и копьями. Лучников в такой темноте даже брать на вылазку не стали, никакого толку от них сейчас. Тут бы на копье не поддеть собственного соратника.
Едва враг покинул поле боя, ускакав в сторону близкой границы, наступило время лекарей, собиравших раненых.
— Гранвин, приятель, ну как же ты так? — покачал головой Арвендус, узнав в одном из пострадавших собственного денщика.
— Виноват, ваше превосходительство, — смущенно пробомотал молодой человек. — Случайно ногу задело.
— Похромает солдатик несколько дней, — закончил с раной Гранвина целитель. — Пусть пока побережет конечность, быстрее заживет.
Венд практически закинул денщика на его привязанную неподалёку лошадь, с опаской покосившуюся на перебинтованную ногу хозяина.
— О, вы, похоже, званиями поменялись? — рассмеялся подъехавший Браск. — Теперь ты мальчишке прислуживать будешь?
Гранвин совсем смутился и собирался запротестовать, но генерал поднял ладонь, останавливая этот порыв:
— Да, вспомню юность, — улыбнулся Арвендус приятелю. — Эх, беззаботные денёчки!
Фидеус и Сэвиенд, появившиеся чуть позже, не сразу поняли, почему Браскинус называет денщика превосходительством. Юноша всё больше хмурился, злясь на свою дурацкую рану и на языкастого Браска… Но вскоре и сам начал улыбаться, настолько добродушно огрызался в ответ генерал, настолько беззлобно смеялись его друзья.
Вот только одно соображение портило настроение. Молодому человеку хотелось проявить себя героем, чтобы главнокомандующий отметил смелость и ловкость своего денщика, похвалил. А что в итоге? В итоге он не в состоянии в ближайшие дни даже собственные обязанности как следует выполнять. Мелькнула мысль, что генерал может и заменить его на кого-то здорового, но никаких распоряжений Арвендус отдавать не спешил, а потому тревога понемногу отступила.
Браскинус заикнулся насчет продолжения пирушки, но всем хотелось поскорее смыть с себя пыль, пот и кровь, а после поспать хоть немного. Ведь кто знает, враг мог специально отвлечь их малым отрядом, а сам, возможно, готовит большое наступление. Расслабляться опасно.
Венд, внимательно выслушавший доклады от военачальников и главного целителя, тоже окунулся в подогретую воду. Долго лежать в ванне не стал, не понимая этой странной гражданской привычки попусту тратить время, и скоро уже лег в постель, заснув, как обычно, едва коснувшись головой подушки.
Вот только на этот раз вместо приятного забытья генерала тревожили какие-то смутные образы. Грозил указательным пальцем Его Величество Эрленд, на лице давнего друга сменяли друг друга улыбка и нахмуренность, словно волны, набегавшие друг за другом и не позволявшие понять истинных эмоций. Потом король всё тем же пальцем указал куда-то за спину Арвендусу. Пришлось обернуться, попутно отмечая взглядом собравшихся кружком друзей, громко смеющихся над очередными остротами Браска.
Чуть в стороне от всех стояла невысокая и хрупкая девушка, решившая всё же подойти. И чем сильнее она приближалась, тем тревожнее было Венду. Юная дама расточала улыбки всем мужчинам, а королю и вовсе умудрилась подмигнуть, будто разбитная подавальщица из трактира. А самым неприятным стало осознание, что именно эту особу ему и подсунули в будущие жёны. Генерал скривился, будто съел что-то невозможно кислое, но девица лишь рассмеялась в ответ, хотя глаза её стали вдруг холодными и злыми. Она подошла вплотную и поднялась на цыпочки, чтобы прошептать на ухо:
— Осссталосссь пятьдесят восссемь дней…
Этот шипящий тихий голос заставил мужчину отшатнуться. Не склонный к трусости Арвендус впервые ощутил холодок, бегущий от затылка вниз по позвоночнику… И тут же выпал из сна в явь, стоило лишь чуть скрипнуть двери. Припадая на пострадавшую прошедшей ночью ногу, в спальню вошёл Гранвин, впустивший из гостиной ароматы завтрака.
— Доброе утро! — молодой человек положил на скамью-банкетку у изножья кровати чистую одежду для генерала и прохромал до окна, чтобы распахнуть занавеси.
— Если оно доброе, то хорошо, — едва слышно пробормотал Венд, вспоминая свое видение.
* * *
Выполнять указания целителя Гранвин не собирался. Вот ещё, глупости какие! Да он и с побаливающей ногой со всем справится! Но боевой настрой юноши быстро сбил заглянувший старший лекарь:
— Что ж вы, батенька, умных людей не слушаете совсем? — покачал седой головой мужчина. — Ведь рассечение глубокое, задета мышца. Дайте вы ей нормально срастись, иначе так и будете потом всю жизнь хромать. Это мне уже не так много осталось, можно и с палочкой походить, возраст располагает. А вам стыдно будет, что по собственной глупости такое с собой сотворили.
Пожилой человек заново осмотрел чуть разошедшуюся рану, поколдовал над ней, выпуская из рук зеленоватое свечение целительской магии. А потом поручил своему помощнику упрятать ногу неугомонного юноши в лубок, чтобы неповадно было скакать по гарнизону.
— Но как же господин генерал? — переживал Гранвин. — Я же не смогу…
— А я, что, сам какое-то время не справлюсь? — притворно нахмурился Арвендус. — Ты что, барышней беспомощной меня считаешь?
— Нет, но…
— Успокойся уже. Чем быстрее у тебя всё заживет, тем скорее вернёшься к своим обязанностям. А пока воды мне и солдаты натаскают. Ем я и так чаще всего со своими друзьями. Стирка-уборка подождет неделю. Запас чистого белья есть, не переживай, — улыбнулся генерал, глядя на растерянного денщика. — А коли не нравится без дела сидеть, займись пока починкой одежды. Руки-то у тебя не пострадали.
— Да, конечно! — просиял молодой человек, перестав думать о собственной бесполезности.
— Ну вот и хорошо. Передам, чтобы от прачки прямо к тебе и несли моё, да и одежду Браска, Сэва и Фида тоже. Раз уж тебе не сидится спокойно.
Старший целитель, ожидавший, пока его помощник соберет в саквояж разложенные
