Но облегчение от письма Элен ничуть не смягчило ситуацию с бессонницей; преждевременные пробуждения продолжались, и ко Дню Труда Ральф открывал глаза уже около 2.45 утра. К десятому сентября — в тот день Эд Дипно снова был арестован, теперь уже в компании с еще пятнадцатью мужчинами, — продолжительность сна Ральфа в общей сложности свелась часам к трем, и он чувствовал себя чуть ли не инфузорией под микроскопом. "Я всего лишь одинокое простейшее, — думал Ральф, глядя на Гаррис-авеню из своего кресла. Он сожалел, что не может смеяться.
Число опробованных им надежных народных методов продолжало расти, и Ральфу все чаще приходила в голову мысль, что он уже вполне в состоянии написать забавную книжонку на эту тему… Если (в этом и заключалась вся проблема) ему удастся выспаться, чтобы хоть как-то восстановить способность мыслить логически. К концу лета он уже постоянно забывал, куда подевал свои носки, а мысли его все время возвращались к неудачной попытке отыскать в кухонном шкафу бульонный кубик в тот день, когда была избита Элен. С тех пор, однако, он не скатывался до ощущения себя одноклеточным, потому что ему все-таки удавалось хоть немного поспать ночами, но Ральф ужасно боялся снова дойти до подобного состояния — а возможно, и дальше, — если дело не пойдет на поправку. Временами (обычно к 4.30 утра) — Ральф мог поклясться в этом — он чувствовал, как усыхает его мозг. Спектр знахарских средств оказался необычайно широк — от великого до смешного. Лучшим примером первого являлась разноцветная, восхваляющая чудеса Миннесотского института проблем сна в Сент-Поле. А образчиком последнего можно было назвать Магический Глаз, амулет на все случаи жизни, рекомендуемый такими бульварными газетенками, как «Всенародный справочник» и «Внутренний взгляд». Сью, продавщица из «Красного яблока», купила один и презентовала его Ральфу. Ральф взглянул на грубо намалеванный голубой глаз, взирающий с медальона (который, по его мнению, первоначально служил фишкой для игры в покер), и почувствовал, как внутри у него все холодеет. Ему кое-как удалось подавить ужас и найти в себе силы добраться до дома, благодаря Бога за эту милость.
Торжественность, с которой Сью вручала ему свое приобретение (и золотая цепочка, на которую девушка повесила амулет), говорила о том, что ей это стоило немалых денег. После происшествия с Элен молоденькая продавщица испытывала что-то вроде благоговейного трепета по отношению к Ральфу. От этого он чувствовал себя неловко. Ральф знал, что предпринять, а пока посчитал, что его не убудет, если он станет носить амулет так, чтобы Сью могла видеть его очертания под рубашкой. Лучше спать от этого Ральф, однако, не стал.
И вот, когда, сняв с Ральфа показания по делу Дипно, детектив Лейдекер откинулся на спинку стула, сцепив руки на затылке, и поведал, что узнал о его бессоннице со слов Мак-Говерна, Ральф не ошибся в лучших намерениях инспектора. Лейдекер подвинулся ближе, хлопнув ладонями о груды бумаг, под которыми была погребена поверхность стола, и глубокомысленно всмотрелся в Ральфа.
— Сотовый мед, — изрек он. Тон его до смешного напомнил Ральфу манеру Мак-Говерна, когда тот предположил, что виски решит его проблему, да и ответ Ральфа повторился в точности:
— Простите?..
— Мой дедушка клялся, что это помогает, — пояснил Лейдекер. — Небольшой кусочек сотового меда перед самым сном. Высосать мед из сотов, немного пожевать воск — как жевательную резинку, — а потом выплюнуть. Пчелы выделяют нечто типа естественного седативного, вырабатывая мед.
Это помогает.
— Вы не шутите? — спросил Ральф, считая все это полнейшей чепухой и в то же время веря каждому слову. — И как вы думаете, где можно раздобыть сотовый мед?
— В магазине здоровой пищи. Попробуйте. Через неделю вы уже забудете о проблеме со сном.
Новый эксперимент доставил Ральфу огромное наслаждение — сотовый мед оказался настолько питательным и вкусным, что, казалось, проникал в каждую клеточку его тела, — но после первой дозы Ральф проснулся в 3.10, после второй в 3.08, а после третьей вообще в 3.07. Когда кусочек меда, который он купил, закончился, Ральф отправился в магазин за новой порцией.
Возможно, его эффективность как снотворного равнялась нулю, однако было очень вкусно; жаль, что Ральф не открыл этого раньше.
Он проэкспериментировал и с горячими ножными ваннами. Луиза принесла ему выписанное по каталогу снадобье «Растирка на все случаи жизни» мазь втиралась вокруг шеи, в результате чего снимались артритные боли, к тому же она благотворна влияла на сон (ничего подобного с Ральфом не произошло, наверное, потому, что артрит у него был еще слабо выражен).
А после случайной встречи с Триггером Вашоном Ральф испытал на себе действие настоя ромашки.
— Настой ромашки — просто чудо, — поведал Триг. — Ты будешь спать без задних ног, Ральф.
Так оно и было… До 2.58. В этом-то все и дело.
Вот такие народные методы и гомеопатические средства опробовал на себе Ральф. Он отказался только от мультивитаминов, которые стоили больше, чем Ральф мог себе позволить на скромную пенсию, не испробовал асану йоги под названием «мечтатель» (судя по описанию позы, данному почтальоном Питом, это напоминало отличный способ понаблюдать за собственным геморроем), не рискнул он и с марихуаной. Последнее средство Ральф долго обдумывал, прежде чем решил, что это, скорее, незаконная версия виски, сотового меда и ромашкового настоя. Кроме того, если Мак-Говерн догадается, что Ральф употребляет наркотики, он не захочет слушать никаких объяснений.
А во время всех экспериментов внутренний голос продолжал вопрошать, действительно ли Ральф собирается докатиться до высушенных жабьих лапок и змеиной кожи, прежде чем оставит подобную ерунду и, наконец, обратится к врачу. В голосе слышалось не осуждение, скорее любопытство. Ральфу и самому было не менее интересно.
Десятого сентября, в день, когда состоялась первая демонстрация сторонников «Друзей жизни» возле Центра помощи женщинам, Ральф решил, что ему стоит купить какое-нибудь снотворное в аптеке… Но только не в"Рексолле", где он получал лекарства для Кэролайн. Ральфу не хотелось, чтобы Пол Даргин, аптекарь, узнал, что он покупает снотворное.
Возможно, это было глупо, но Ральф ничего не мог с собой поделать. А вот в «Райт-Эйд» — аптеке напротив Строуфорд-парка — он не бывал ни разу, поэтому и решил зайти именно туда. Если же не поможет и фармацевтическая версия знахарских снадобий, тогда он действительно отправится к врачу.
«Неужели, Ральф? Ты в самом деле собираешься это сделать?»
— Именно так, — произнес он вслух, медленно шагая по Гаррис-авеню под ярким сентябрьским солнцем. — Будь я проклят, если и дальше стану затягивать с этим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
