его в колено, выиграв пару мгновений. Жаль, что лучник тоже оказался на ногах. И снова прицелился.
Дарес собрал все силы в кулак и одним движением рванул к Киру и закрылся его телом. Попытался придушить, но бритоголовый был сильнее, чем казалось. Пара ударов под дых, и Дарес потерял несколько мгновений. Меч из его рук бандит выбил следующим ударом.
Дарес склонился, выхватил кинжал из голенища и ударил в плечо. Кир взревел и бросился на него, точно взбесившийся медведь. Кинжал отлетел в сторону вместе с бандитом.
– Прикончи же его! – приказал Кир своему. – Он предаст всех нас!
Дарес решил не тратить драгоценные мгновения на слова. Перекатился в траве, чудом уйдя от выстрела. Из оружия осталась только пара ножей. От второй стрелы он успел скрыться за деревом. Выхватил первый нож. Крохотный. Смертельный.
Мертвый он точно никому не поможет. Кир был нужен, чтобы узнать правду. Но слишком поздно. Разбойник успел первым, вытащил из-за дерева и подсек. Дарес увернулся от первого удара мечом, но второй вспорол ему плечо.
Лучник прицелился.
– Притащим Ройсу и покажем, кого он пригрел.
– Я не хотел убивать парня! – крикнул Дарес, попутно ища нужный момент, чтобы усыпить бдительность обоих. – Всё… всё равно все узнают про грабеж! Послушайте…
– Нет, к демонам, – вдруг решил Кириан, глянув на напарника и не отводя меч. – Заткнись. Это слишком скользкая сволочь. Не верю ему ни на грош!
– Скажи еще, что ты ревнуешь Лисичку, – расхохотался второй, но навел стрелу лука еще точнее – куда-то в район сердца.
– Пошел ты, – прошипел ему с ухмылкой Кириан, но смотрел только на Дареса.
В бритоголовом колыхнулось какое-то зверское… наслаждение, жажда мести и боли. Он на мгновение, на десятую долю мига отвел глаза. Его пальцы на рукояти меча сжались, мышцы дернулись. Неужто и впрямь за Лисичку?
Дарес задержал дыхание.
Отступит Кириан – отступит и он.
Но будто пелена заволокла тому глаза. Значит, так. Глянув на Дареса снова, он оскалился и резко нанес удар. Только “чужака” уже не было на том месте. Зато его крохотный нож вспорол напавшему горло – так незаметно и тихо, словно ничего не случилось.
Схватившись за горло, Кириан захрипел и рухнул на землю.
Лучник зато успел навести стрелу. Дарес встретил его взгляд над маской. Застывший, злой, непонимающий. Карие с темным ободком глаза. Отчаянные и такие же озверевшие. Заряженная до предела стрела еще держалась натянутой до предела. Дарес уже представил, как острие проткнет его насквозь – с такого расстояния!
Мгновение, застывшее смолой, ожило. Туго спружинила тетива.
Что быстрее – выстрел уже готового лука или бросок метательного ножа? Узнать Дарес не успел. Выстрел ушел лишь на дюйм выше цели и оцарапал плечо.
Бандита пронзила другая стрела, в спину. Он замер мгновение и упал вслед за напарником. Проклятье… На месте убитого мог быть и он сам. Стоило признать честно: это было очень… очень вероятно!
Дарес с шумом выдохнул и выпрямился.
Майлис шла навстречу по рассветному лесу. Высокая, статная разбойница, затянутая в легкий доспех поверх обычной одежды. Сейчас несложно было представить ее безжалостной убийцей и мстительницей. Туман путался в ее ногах, пока она шагала среди поваленных веток и бурелома. Свой лук она опустила, но была настолько мрачна, что, казалось, застрелит следом и его самого.
Нашел, когда восхищаться… Дарес медленно поднял вверх ладони, сдаваясь.
Если бы взглядом можно было убивать – его бы пригвоздило к дереву. Майлис на ходу стащила вниз свою маску, оставив на шее повязкой, и откинула лук прочь.
– Это всё ты! – налетела она бешеной бурей.
Пихнула его в грудь, не глядя, что он едва стоит на ногах. Дарес с трудом удержался, и она следующим наскоком оттолкнула его, заставив упасть спиной на ствол того же дуба. Дарес поморщился, впервые ощутив резкую боль во вспоротом плече.
– Это ты! Ты! – почти кричала она, а назеленые глаза наворачивались слезы. – Я не хотела никого убивать, слышишь! Проклятая ищейка, – она выхватила нож и прижала к его горлу, к самому кадыку. Руки бывшей разбойницы дрожали, будто это ее сейчас едва не убили, а не она. – Зачем я только тебе поверила?!
Дарес поморщился, чувствуя и острое лезвие, и то, как Майлис прижимается всем телом, сотрясаясь от эмоций. Чувствовал и медовый запах ее мягких волос, собранных в высокий хвост, и металлический привкус крови во рту. Вот сейчас не хотелось быть эмпатом. С такой бурей и ему не справится. Хотелось разорваться на части, лишь бы перестать это чувствовать. И одновременно хотелось что-то доказать. Успокоить. Заставить ее затихнуть!
– Я просто… слышишь, просто не мог дать тому парню умереть.
Нож в руках Майлис задрожал, когда она начала смеяться.
– Зато ты дашь умереть нам, да? Теперь нам точно конец.
Ее губы тоже дрожали, кривились, то ли от сдерживаемого рыдания, то ли от горького смеха. Дарес вывернулся и выхватил нож у нее из рук – Майлис и сама разжала ладонь, словно рукоять жгла ей кожу.
Он провел по ее ладони, чувствуя застарелые мозоли от оружия. Майлис в ответ впилась ногтями в его руку. Ей нужно было причинить боль кому-то. Или чтобы причинили ей. Так привычно и понятно. Так уходит страх.
– Выдыхай! Это они хотели меня убить. Ясно?
Майлис вырвалась.
– Как ты докажешь?! Я знаю, что они. Это было… понятно! Но как ты теперь докажешь что-то – им? Тем, кто там? Ройсу? – с отчаянием прорычала она.
Дарес молча присел возле тел разбойников. Осмотрел сначала Кириана, потом второго. Оба мертвы. Руки вспомнили былые навыки быстрее, чем он смог придумать, как еще остановить обезумевшего от ярости разбойника. Надо было оставить его в живых!
Но тогда продолжался бы бой…
И одна бездна знает, чем бы он кончился. Дарес обернулся.
Тот, кого застрелила Майлис, тоже ушел к Отцу.
