Читаем без скачивания В бой идут одни офицеры - Сергей Зверев

Шадрин схватил со стула оставленный кем-то из персонала белый халат и накинул его на плечи. Он рассчитывал, что охрана не отреагирует достаточно быстро на происшествие. Ведь в этой комнате собирались стрелять ради тестов. Значит, сами выстрелы не должны вызвать в лаборатории паники. Другое дело, что в дверях торчал труп Иради. Кто-то из персонала мог поднять тревогу и позвать охрану. Но чем черт не шутит, вдруг, зная характер и род занятий Хальмейера, подчиненные посчитают, что сам главный врач решил пристрелить своего заместителя. Кто знает, какие у них тут порядки и нравы. Может быть, отсюда каждый день выносят трупы?

Прикрывая пистолет полой халата, Шадрин вышел в коридор. Бернетт двинулась за ним, держа свое оружие за спиной. В коридор высыпало несколько человек в белых халатах. Никто не подходил к двери, где лежало тело Иради, но галдеж стоял уже приличный. Шадрин двинулся через коридор, надеясь пройти мимо людей как можно дальше. Он не сомневался, что эти люди в белых халатах не представляют серьезного препятствия, даже если и надумают задержать его с Бернетт.

Неожиданно в конце коридора открылась дверь, и появились двое афганцев с автоматами. Перед ними спешил человек, что-то тараторивший и показывающий пальцем в сторону комнаты, где стреляли. Шадрин не стал терять времени. Как только дверь за охранниками закрылась и они сделали несколько шагов по коридору навстречу, он вскинул пистолет двумя руками и стал стрелять. Первые же две пули попали в грудь одного из афганцев. Он выронил автомат, колени его подогнулись, и тело рухнуло на пол во весь рост. Второй от неожиданности не успел проявить быстрой реакции. Он поднял автомат перед собой, не понимая, откуда из среды белых халатов в него стреляют. Этого замешательства Шадрину хватило на то, чтобы сделать навстречу еще два шага и вогнать еще две пули во второго охранника. Тот отшатнулся к стене и стал сползать по ней на пол, царапая пробитую грудь ногтями и оставляя на стене кровавый размазанный след.

Персонал в ужасе и с криками бросился к дверям внутренних помещений, быстро очищая коридор.

— Бегом! Держите дверь на прицеле! — крикнул Шадрин через плечо и побежал к корчившимся в предсмертных судорогах охранникам. Два автомата — это целое богатство в подобной ситуации.

«Вряд ли их здесь много, — подумал Шадрин об охранниках. — Если и есть еще с пистолетами, то где-то рядом, а вот таких, вооруженных до зубов, еще максимум парочка. Это же не военный аэродром, чтобы здесь держать целый взвод». Убитые охранники были вооружены не только автоматами. На них были самодельные жилеты, сшитые по типу спецназовских. В соответствующих кармашках торчали запасные магазины к автоматам, большой десантный нож, по две гранаты. Шадрин быстро освободил одного из убитых от жилета и натянул его на себя. Сунув за пояс свой пистолет, он протянул второй автомат Бернетт. Та молча взяла оружие. Глаза женщины лихорадочно блестели. Шадрин взял гранаты второго охранника и рассовал их по карманам своей больничной пижамы. Теперь его глаза уперлись в тапочки на ногах. В такой обуви только прорываться! Но за дверью уже слышался топот ног.

— Где оборудование, препараты и записи? — крикнул Шадрин Бернетт, отходя спиной от входной двери с поднятым автоматом.

Женщина не успела ответить, как дверь распахнулась, и в проеме появились еще трое встревоженных афганцев без халатов. Шадрин дал длинную очередь патронов в шесть в проем. Двое первых с воплями повалились на пол, третий бросился назад. Дверь захлопнулась, подтянутая дверным доводчиком.

— Здесь основное оборудование и электронный микроскоп, — показала Бернетт на дверь, морщась от боли в ушах, вызванной автоматной стрельбой в замкнутом пространстве. — Вот это кабинет главврача, там все данные, а вон та — лаборатория, где хранятся препараты.

Шадрин понял, что счет пошел уже на минуты, если не на секунды. Сейчас охрана поднимет тревогу — и в сторону клиники рванутся боевики на машинах. Он быстро заглянул в каждую указанную Бернетт комнату. Кабинет главного врача представлял собой большую комнату. На рабочем столе стоял мощный компьютер, рядом в полном беспорядке были навалены какие-то бумаги, журналы, диски. Небольшой стеллаж забит книгами, журналами, папками.

Комната с электронным микроскопом была, наоборот, небольшой, но почти всю ее занимало огромное устройство с двумя или тремя рабочими местами. Лаборатория оказалась длинной комнатой с лабораторными столами, химическим оборудованием, вытяжными шкафами, колбами, какими-то незнакомыми устройствами. В дальнем углу располагались два больших сейфа и солидная холодильная камера на половину стены. В лаборатории были люди, которые при виде Шадрина испуганно сбились в кучу.

— Кэролайн, идите сюда, — приказал Шадрин и поволок женщину за рукав к противоположной двери. — Садитесь на корточки, так, чтобы косяк прикрывал ваше тело. Выставьте автомат в коридор и цельтесь во входную дверь. Если кто-нибудь попытается войти, поливайте их огнем, а я попытаюсь уничтожить все, что мне покажется ценным.

— Андрэ, вы — солдат, вам лучше охранять дверь. Давайте я сделаю это. Вы не сможете отличить ценное и важное.

— Посмотрим, — с усмешкой ответил Шадрин и направился в лабораторию.

Когда он вошел, люди в белых халатах опять в ужасе забились в угол, глядя оттуда на вооруженного автоматом человека. Шадрин оглядел присутствующих и выбрал одного молоденького паренька-афганца с самым трусливым выражением лица.

— Ты, — ткнул Шадрин в паренька пальцем, — ты говоришь по-английски?

Паренек побледнел как полотно, его губы затряслись, и Шадрин подумал, что тот сейчас умрет от страха, прежде чем даст какой-нибудь ответ.

— Да, говорю, — выдавил наконец из себя паренек.

— Ты врач? — снова потребовал Шадрин.

— Нет, я студент, химик.

— Ты мне поможешь! — приказал Шадрин. — Если будешь слушаться, то с тобой ничего не случится. А остальные вон отсюда.

Люди стали переглядываться и топтаться на месте, не решаясь сделать первый шаг по направлению к двери.

— Ну! — рявкнул Шадрин, поводя стволом автомата.

Толпа с грохотом бросилась к выходу, роняя стулья и спотыкаясь друг о друга. У оставленного Шадриным паренька подкосились ноги. Он решил, что его сейчас оставят заложником или будут просто пытать.

— Что в сейфах? — спросил Шадрин.

— Все материалы по исследованиям. Мы обязаны на ночь всё запирать под замок.

Шадрин подошел к металлическим шкафам, в дверцах которых торчали ключи. Открыв, он увидел, что на полках полно всяких папок, какой-то документации.

— Где новые препараты? — снова спросил Шадрин паренька.

— В холодильной камере, часть здесь, — парень показал на рабочие столы.

— Здесь есть кислота? — после короткого раздумья спросил Шадрин.

Паренек ответил утвердительно и стал объяснять, где и какие кислоты есть. Шадрин повесил автомат на плечо, взял бутылку с концентрированной серной кислотой и начал поливать бумаги в сейфе. Содержимое стало пучиться и чернеть, в горле запершило от паров кислоты. Удовлетворившись сделанным, Шадрин покрутил головой по сторонам и увидел около выхода небольшую приоткрытую дверку. За ней виднелась ниша, в которой были составлены ведра, швабры и другой уборочный инвентарь. Улыбнувшись, он вспомнил слова Бернетт, что не сможет определить, что ценное, а что — нет. Подойдя к холодильной камере со шваброй в руке, Шадрин поднял свое орудие и с размаху всадил его в верхнюю полку. Брызнуло стекло разбитой лабораторной посуды, что-то потекло вниз. Еще несколько ударов, и в холодильной камере не осталось ничего целого. Буду я разбираться, усмехнулся Шадрин. Есть способы и попроще. Размахивая шваброй, он стал крушить все, что стояло на лабораторных столах. Убедившись, что разгром получился основательный, Шадрин бросил швабру. В этот миг в коридоре раздалась длинная автоматная очередь.

Шадрин бросился из лаборатории. В коридоре Бернетт, оглохшая от стрельбы, выглядывала из-за дверного косяка. Во входной двери добавилось дыр от пуль, а за ней раздавались громкие вопли.

— Что произошло? — спросил Шадрин, присаживаясь рядом с женщиной на корточки и беря дверь на прицел.

— Еще двое пытались вломиться, — ответила Кэролайн. — В одного я, кажется, попала.

— Продолжайте в том же духе, — посоветовал Шадрин, — их не может быть много. Они побоятся сунуться сюда без подкрепления. Потерпите, я быстро.

Оставив Бернетт в коридоре, Шадрин бросился в кабинет Хальмейера. Осмотревшись по сторонам, он хотел было вернуться в лабораторию за кислотой, но тут увидел на рабочем столе массивную настольную зажигалку. Шадрин тут же вспомнил, что главный врач был курящим. Схватив зажигалку, Шадрин убедился, что она работает. Ну, держитесь, ребята, я вам сейчас устрою подвиг Герострата!