Ни Уорденов, ни МакКензи в городе видно не было. Хоть с Киворд-Стейшн и поступали заказы, но за покупками Гвинейра посылала только слуг. Как-то во время очередного чаепития Дороти разболтала ему, что Гвинейра почти все платья покупает в Крайстчерче.
— Сейчас, когда дороги стали лучше, это уже не так сложно. Раньше это было прямо-таки путешествие на край света, но сейчас… Да и малышка, ее внучка, очень избалована. Не припомню, чтобы она ступила на порог нашего магазина! Любую мелочь нужно заказывать в Лондоне!
Эта информация разочаровала Уильяма. Конечно, хорошо, что у Куры есть вкус, предлагаемые в магазине Кендлеров платья действительно были ниже ее уровня. Но надежду встретиться с ней в Холдоне — сначала случайно, а потом, возможно, тайно, — наверное, стоит похоронить.
Как бы там ни было, мисс Гвин появилась спустя почти шесть недель после прибытия Уильяма на Кентерберийскую равнину. Она сидела на козлах крытой повозки рядом со стареющим, но довольно крупным и сильным мужчиной. Оба приветливо здоровались с местными жителями, и не похоже было, чтобы этот мужчина работал у нее. Скорее всего, это ее муж, Джеймс МакКензи. Уильям воспользовался своей удобной позицией за конторкой магазинчика, чтобы внимательнее присмотреться к паре. У МакКензи были каштановые, несколько взлохмаченные волосы, в которых уже появилась первая седина. Кожа была загорелой и обветренной. На лице было много мимических морщин, как и у мисс Гвин; судя по всему, брак этих людей был гармоничным. Однако особенно привлекали умные карие глаза Джеймса, казавшиеся добрыми, хотя этого мужчину вряд ли можно было легко обмануть.
Уильям задумался, не стоит ли свести знакомство с Джеймсом, но отбросил эту мысль. Возможно, мисс Гвин жаловалась на него; будет лучше, если он подождет еще пару недель. Впрочем, ему очень хотелось снова увидеть Куру. И в ближайшее воскресенье он оседлал свою застоявшуюся в последнее время лошадь и отправился в Киворд-Стейшн.
Как и большинство посетителей, Уильям почувствовал себя почти раздавленным при виде главного дома среди кустарника. Только что он ехал по бескрайней степи, на которой время от времени встречались только груды камней или маленькие кристально чистые озерца. А потом дорога свернула и внезапно привела в загородную Англию. Тщательно усыпанный галькой, очень ухоженный подъезд вел сначала через что-то вроде аллеи, обрамленной южными буками и кордилинами, а затем взору открывался вид на ротонду, обсаженную цветущими красным кустами. За ней находился въезд в Киворд-Стейшн. Это не ферма, это самый настоящий замок! Очевидно, дом, построенный из типичного для страны серого песчаника, который использовали для «монументальных построек» даже в таких городах, как Крайстчерч или Данидин, проектировался английским архитектором. Уильям с интересом и восторгом смотрел на двухэтажный дом, фасад которого оживляли башенки, эркеры и балконы. Конюшен видно не было, и он предположил, что они находятся за домом, равно как и сад. Он не сомневался в том, что в резиденции есть ухоженные сады, возможно, даже розарий, — несмотря на то, что мисс Гвин не произвела на него впечатления человека, который очень любит заниматься садоводством. Куре такое подошло бы больше. Уильям стал грезить о Куре, одетой в белое, в вышитой цветами шляпе. Вот она обрезает розовые кусты, а затем поднимается по лестнице в дом с целой корзиной цветов…
Однако мысль о Куре вернула его обратно в реальность. Просто вторгнуться сюда невозможно! Встретить девушку «случайно» тоже немыслимо, ведь Куру нельзя отнести к любителям природы. Если она выходит из дома, то наверняка только в сад, а он, скорее всего, окружен забором. Кроме того, там прорва садовников; в пользу того, что их несколько, свидетельствовал уже один только ухоженный подъезд.
Уильям развернул коня. Он не хотел, чтобы его здесь увидели. Погруженный в мрачные размышления, он принялся объезжать поместье по большой дуге. И действительно, справа и слева от господского дома показались дороги, ведущие к стойлам и выгонам, где на редкой зимней траве паслись кони. Однако Уильям не стал сворачивать туда: опасность встретить людей, которые станут его расспрашивать, показалась ему слишком большой. Вместо этого он направил коня по узкой тропке, ведущей через луг, и наткнулся на негустой лесок. Окружающее немного напоминало Англию или Ирландию; южные буки, среди которых почти полностью отсутствовал подлесок, выглядели вполне по-европейски. Через лес причудливо вилась тропа, вытоптанная скорее ногами людей, чем копытами лошадей. Исполненный любопытства, Уильям направился по ней и, повернув на первом повороте, едва не врезался в девушку, которая, казалось, задумалась так же, как и он. На ней было строгое темное платье в сочетании с темной же шляпкой, из-за которой она казалась старше. На Уильяма она произвела сюрреалистичное впечатление английской гувернантки, возвращающейся из церкви.
Молодой человек остановил лошадь в последний момент и улыбнулся красивой извиняющейся улыбкой. Нужно было срочно придумать объяснение своему пребыванию здесь.
Девушка была не очень-то похожа на специалистку по скотоводству. Может быть, она сочтет его работником. Уильям вежливо поздоровался и извинился. Если сейчас он быстро поедет дальше, девушка о нем и не вспомнит.
Сначала она ответила коротко и незаинтересованно, не поднимая глаз. И только после извинения бросила на него более пристальный взгляд. Судя по всему, она обратила внимание на его произношение. Уильям проклял свой акцент, выдававший его принадлежность к высшим слоям общества. Пожалуй, ему действительно нужно попытаться развивать свой ирландский.
— Не стоит извиняться, я тоже вас не заметила. Здешние дороги приходится в основном угадывать. — Девушка недовольно скривилась, а потом предприняла попытку несмело улыбнуться. У нее были очень светлые волосы и бледная кожа. Черты ее слегка удлиненного, но точеного лица, а также серо-голубые глаза казались размытыми. — Я могу вам чем-нибудь помочь? Вы ведь не собирались на самом деле к маори?
Судя по тому, как девушка произнесла это слово, можно было подумать, что речь идет о каком-то племени каннибалов, посещать которое было бы верхом безумия. А сама она, в своем простом темно-сером платье и темной скучной шляпке, представлялась миссионеркой. Под мышкой она держала что-то вроде нотной тетради.
Уильям улыбнулся.
— Нет, я направлялся в Холдон, — заявил он. — Но боюсь, что не туда свернул.
Девушка нахмурила лоб.
— Да, вы действительно заблудились. Это пешеходная тропа между лагерем маори и Киворд-Стейшн… Здание за вашей спиной — господский дом, а мимо лагеря маори вы, наверное, уже проезжали, но с дороги его не видно. Лучше всего вам будет поехать обратно по направлению к дому и дальше ехать по главной дороге.
