— Значит, потащит нас выше по течению, вниз и мощной лодки хватило бы, — предположил Сомов.
— Точно… Один сидит в «падже», загоняет, еще двое на пароме.
— Трое.
— Ага, вижу… Крепят технику и ждут подхода буксира, четверо на берегу. Итого: восемь рыл. Да наш новозеландец в качестве провожающего с платочком.
— Играешь?
— Придется, — вздохнул я, открывая дверь.
Что с ним ни делай, Гоблину лоха педального не сыграть. Хоть в столичную студию сценического мастерства отдавай, хоть лучших гримеров призывай. Не та фактура у напарника — не бывать горной горилле из Конго милым вологодским зайчиком. Я давно привык, и все равно — как скорчит рожу, так сразу дрожь по коже, хочется взять полено и вмазать… Стороннего же человека просто оторопь берет. Вот пусть и изображает крутого спецназера на вольных хлебах, именно этого ждет Мэндэ, он нас держит именно за профессиональных вояк. А мне суждено изображать не вояку, но опытного охотника. И даже это непросто будет сделать.
Дело в том, что вояка-профессионал при первой же встрече идентифицирует коллегу или же просто опасного человека не по прикиду и манерам. Огромное значение имеет взгляд.
Утречком Мишка тренировал меня на гражданского.
Измучил, гад! Так гляди, так не гляди, не щурь глаза, не распахивай их — не красна девица, — невзначай простовато приоткрой рот, теперь сделай умное лицо, сделай удивленное лицо, у тебя постоянно оценка во взгляде, легче, легче… Два часа перед зеркалом и дружеской рожей тренера — это не каждый выдержит!
С остальным будет проще. Наверное, я удивлю многих, сообщив, что сейчас обмануть профессионала стало несколько легче, чем лет двадцать назад. Штампы отстоялись, оформились и прекрасно работают.
Наши предки легендарное немецкое оружие называли «шмайсером», и для них это был автомат. В эти самые автоматы вставляли не только магазины, но и рожки. Спустя много лет благодаря массовому распространению сетевых технологий новые диванные эксперты принялись героических дедов старательно поправлять, внедряя в обиход умное «пистолет-пулемет», который, как известно, вовсе не был «шмайсером». И что?
Немецкий истребитель «Мессершмитт» обязан был потерять советское наименование Me-109, к радости гитлеровцев, кипящих в аду, и превратиться в Bf. 109. И не дай бог новичку на форуме спутать магазин с обоймой! А то еще хлеще, брякнет кто-нибудь неосмотрительно про «нажал на курок» — и все, сливай воду, хотя всем ясно, что имеется в виду. Критерий правильности в электронном пространстве срабатывал сразу, а незнайку ждало суровое наказание.
Пусть знатоки выпендриваются. Честно говоря, лично я не вижу возможности поправлять тех, кто именно с такой терминологией спас мир от чумы.
Силовые структуры, чаще полицейские и антитеррористические, постепенно разрабатывали и внедряли наиболее удобное для них в тактическом плане. Пистолет стали держать двумя руками. С развитием всех видов транспорта и фактического отказа от марш-бросков, как и войны в лесах, автомат стало принято носить на груди стволом вниз, желательно на трехточечном ремне — так обеспечивается повышенная готовность к выстрелу, если нет необходимости в беготне среди берез. Приоритетом критерия верной практики стал даже не бой в городе, а зачистка.
Алгоритмы и матрицы закономерно прибыли на новую планету вместе с поселенцами.
Вышло интересно: на Платформе действительность вновь повернулась к первопоселенцам своей дикой стороной, и многим стало понятно, что далеко не все практики боевых дедов надо отвергать как несовершенные, начались разумные корректировки.
Тем не менее, повторюсь, общепринятые алгоритмы с Земли были перенесены сюда.
Указательный палец надо держать вытянутым вдоль скобы, это ТБ, триггер-контроль.
И только так.
Но нужно ли и можно ли держать постоянно? Как перед фотографом… Да вы и сами неоднократно видели: стоит такой колоритный бес в городе на охране чего-либо, прямо среди мирных жителей, а то и вообще в помещении, — автомат картинно на груди, палец на скобе. Напрягает мирных людей, которые такой триггер-контроль воспринимают как прямую и явную угрозу. Вот скажите, зачем эта демонстрация? Он что, прямо настолько ждет нападения и готов в один миг открыть огонь в окружении гражданских, пугая последних до смерти? Подготовленный пистолетчик спокойно носит оружие в открытой кобуре, и ему вполне хватает времени и на выхват, и на точный выстрел. И вообще не стоит переносить все нормы спортивной практической стрельбы на реальные полевые ситуации.
Я держать палец колом долго не люблю, так и артрит схватишь. Да и ни к чему такая постоянная готовность, она, как и любое другое привычное состояние, постепенно усыпляет, в реале алертность начинает резко снижаться, а риск случайного выстрела — парадоксальным образом возрастать. Лучше уж под скобой. Сталкеры носят стволы вариативно: и на плече таскают, в руке и через плечо наискось, при необходимости перекидываем оружие на грудь.
Таких шаблонов очень много, нет смысла перечислять их всем списком. Они стали маркерами, вот что опасно. Легко обманываться. Вот этим я и собираюсь воспользоваться, представ человеком опытным, но не военным.
Сомов уже закрыл свою дверь, пора бы и мне… Вывалился из машины, сунулся назад, зачем-то вытащил автомат. Подняв лапу в приветствии, напарник уже подходил к тройке «решателей вопросов», если к ним же отнести и Харди.
Начальничков у экспедиционеров двое.
Руководителя-распорядителя и доверенное лицо олигарха зовут Чжун.
Черт, сложно описывать китайца, все они на один лик, хотя я еще во время визита к By Чуну этого типчика разглядел достаточно хорошо. Не боец, а администратор, человек ушлый и умный. Попробую… Острое лицо хитрой лисы, большие раскосые глаза почти черного цвета. Небольшого роста, худой, как дрищ, с неестественно тонкой шеей и женскими запястьями, среднего возраста человек-клещ. Как и его босс, обманчиво улыбчив. Ни разу не мандаринистый. Носит прямоугольные очки в серебристой оправе, наверное, понтовые, не разбираюсь я в них. Одежда «полевая сборная» — не военная и не охотничье камуфло. На голове бесформенная шляпа с обвислыми полями.
Второго я еще не видел, но это человек не менее интересный. Знакомьтесь, товарищи, перед вами Мэндэ, силовая поддержка китайской группы. Где он служил и проходил подготовку, что за плечами — покрыто мраком. Пока что он меня интересует больше.
Под метр девяносто ростом, слегка перекачанный, ноги длинные, однако ниже бриджей не жилистые, вряд ли он хороший бегун. Милитари-кепка по брови, волос не вижу. Светлое камуфло легкой куртки, обвес приличный. Берцы, светлые наколенники, полный фарш, можно сейчас забрасывать героя в вечно неспокойные Ирак или Афган… Глаза жесткие, хоть и водянистые. Скорее всего, он и сам не армеец, а опытный силовик из правоохранительных или карательных органов. Каратель.
Ты мне и нужен, голубчик!
Опа, там уже руки жмут…
Накинул автомат на грудь, опустил ствол вниз и потопал к ним, положив палец прямо на спусковой крючок. Едва заметно споткнулся, громко выругавшись матом и для страховки вытянув правую руку вперед. Неловко содрал неудобно висящее оружие и лихо перекинул его за спину, подтянув повыше и вынужденно зажимая в руке лишний ремень. Опять выругался, выпуская кусок погона, — автомат обвис.
Ну что? Есть взгляд! Тяжело ты смотришь, товарищ Мэндэ, ох, тяжело, спит в тебе неутоленная альфа… Я мельком посмотрел ему в глаза — и тут же опустил голову, быстро изучая следы на земле, отлично видимые в косо падающих лучах автомобильных фар. Потом перевел внимательный взгляд на обувь охранника.
Оценил меня на капельку, спецназер, или кто ты там есть на самом деле? Подошел и пожал руку Харди, Чжуну, а потом и этому чертушке, так, средненько.
Чуть дернул ноздрями, машинально. Меня не интересуют твои очи, приятель, меня интересуют следы, на всякий случай! И запах, извини уж, привычка…
На том и хватит. Начнешь слишком старательно изображать сельского простачка-охотника — дураком окажешься. Кинул слегка деталей для старта. Позже Гоблин в доверительной беседе обмолвит — мол, напарник у меня чувак, конечно, классный, безбашенный, прирожденный следопыт, жаль только, что нет в нем военной косточки, коллега, все самобытное, чисто леший.
