он не заметил, как они дрожат.
— С удовольствием, — сказал он, нажимая кнопку реверса. — Передайте ему, что я ищу… — Он остановился, кресло-каталка остановилось, и его темный взгляд устремился на что-то позади меня.
Я отступила назад, в одно мгновение с ужасающей ясностью осознав, что привлекло его внимание.
Коробка.
Я открыла ее и прочитала инструкции вместе с Вай, оставив коробку с гигантскими буквами «Тест на Беременность» лежать на диване, прежде чем отправиться в ванную, и теперь это простое действие должно было меня потопить.
Но опять же, нет. Это было мое чертово место, мой мир, мой офис, и он мог поцеловать мою лилейно-белую задницу. Я смотрела на него снизу вверх, не желая выглядеть запаниковавшей, запуганной или испуганной, или любой другой вещью, которую этот злобный хулиган хотел, чтобы я почувствовала.
Этот дедушка моего ребенка.
Все мое тело покрылось холодным потом, когда я поняла, что из всех «что за хрень» в этой ситуации эта была самой страшной.
— Ты заманиваешь его в ловушку, — шипел он. — Я так и знал. Ты не смогла заманить его в ловушку тогда, поэтому делаешь это сейчас, ты жалкая… — Я жалкая? — закричала я. — Я не та, кто настолько не уверена в себе, что терроризирует своих детей, чтобы почувствовать себя человеком.
— Просто подожди, — прорычал он. — И ты, и твоя мать воспитывались в борделе. Ты хочешь еще больше этого отродья… Руки Вай на его стуле прервали его оскорбления, и он с хрипом втянул воздух, когда она развернула его и толкнула к двери, прежде чем он успел дотянуться до кнопок.
— Уходи! — прокричала она над его головой, проталкивая его в дверь и захлопывая ее.
Я опустилась на диван, колени стучали слишком сильно, чтобы удержать меня на ногах.
Джонатан достал из кармана палочку, зажав ее большим и указательным пальцами.
— Могу я?..
— Выброси ее, — пробормотала я.
— Спасибо, — вздохнул он.
— Подожди, — сказала Вай, доставая телефон и делая снимок. Она бросила на меня косой взгляд. — Вдруг тебе понадобятся доказательства или что-то в этом роде.
— Это не может быть реальностью, — сказала я, опустив голову вперед. — Я не могу… мы не можем… — Можете, — сказала Вай. — Люди делают это каждый день. Или есть выбор.
Я покачала головой.
— Не для меня. Моя мама никогда не знала своего отца, а я — своего. Если бы кто-то из них сделал такой выбор, я бы сейчас здесь не переживала, так что нет.
— Я тоже, — тихо сказал Джонатан, мы оба повернули головы в его сторону.
Его взгляд был устремлен куда-то в другую сторону.
— Я никогда не знал ни одного из своих родителей. Они сбежали и оставили меня с моей Джиджи.
— Прости, Джонатан, — сказала Вай, и редкий момент сострадания к нему промелькнуло на ее лице.
— Моя бабушка была чертовски сумасшедшей, но она любила меня, — сказал он, покачав головой, и к нему вернулась его обычная улыбка. — Она всегда говорила одно и то же. Что она не может представить, если бы у моей матери не было меня.
— Да, — сказала я, отвлекаясь. — Я просто… я не могу представить, как это сделать прямо сейчас. — Молния пронзила меня, и я вскочила на ноги, схватив ключи со стола. — Мне нужно идти.
— Гидеон? — спросила Вай.
— Я должна найти его до того, как это сделает этот засранец.
Глава 10
Гидеон
— Господи Иисусе, Гидеон, может, ты вытащишь голову из задницы? У тебя есть бизнес, которым ты должен управлять, и целая куча дерьма, за которое ты отвечаешь! — сердито говорил мой брат Маркус.
— Он прав, — согласился Филипп, который всегда был на высоте, сидя на диване Чарли. — Из Майами приходят слухи, что Диего Сантьяго недавно застрелили и ограбили, а кубинцы чертовски нервничают. Меньше всего нам нужно, чтобы глава нашей организации опустил руки. — Он поднял бровь. — В этом мире за такое убивают.
Всю прошлую неделю я провел в ее квартире, игнорируя все дела, кроме расследования убийств Джейд и Сторми, и оставив «Кейн Энтерпрайзис» своим братьям. Все было спокойно, никто не отвлекал, пока Тони, мой техник, не выдал мое убежище. Я собирался надрать ему задницу. Но мне хотелось быть поближе к тому месту, где этот ублюдок был в последний раз, чтобы понять его мотивы, его мысли. Да и, честно говоря, окружение вещей Чарли меня как-то успокаивало.
— Мне это хорошо известно, — проворчал я. — Ты прекрасно справляешься со всем, а у меня сейчас есть другие дела.
Маркус поднял бровь в мою сторону.
— Другие дела? Ты имеешь в виду женщину?
Я поднял бровь в ответ, молча приказывая ему отвалить.
— Неважно, — сказал Маркус. — Мочи свой член, мне все равно. Но нам нужно, чтобы ты вернулся на работу. Петровы разнюхали о нашей последней сделке с ирландцами, и нам нужно переправить этот ящик с глушителями кубинцам в Майами.
— Так переправь. Это должно их успокоить после казуса с Диего. — Я хрустнул костяшками пальцев. — Этот ублюдок умер?
Маркус покачал головой.
— К сожалению, нет.
Он знал, как сильно я не люблю Диего Сантьяго, даже несмотря на то, что для бизнеса я сохранял видимость теплых отношений. Этот сопляк был высокомерным хуесосом, который не стоил того жира, что был у него в волосах, и единственной причиной, по которой я терпел его дерьмо, было то, что его старик был старым другом семьи, который всегда держал свое слово перед «Кейн Энтерпрайзис».
— Черт.
— Становится лучше, — сказал Маркус. — Старик усадил его на скамейку и привел младшую сестру.
— Изабель? — недоверчиво спросил я. — Разве она не ровесница Софии?
— Нет, — сказал Филипп, бросив на меня взгляд. — Ей под тридцать, и она опаснее, чем ее глупый брат. И чертовски сексуальна.
— Я б ее трахнул, — сказал Маркус, подмигнув. — Конечно, только для того, чтобы сбить с не спесь.
— А я бы сделал это бесплатно, — добавил Филипп.
— Вы двое заткнитесь на хрен, — сказал я, мое терпение уже истощилось.
— Ладно, — сказал Филипп, глядя на свой телефон. — Итак, ирландцы?
— С ирландцами я разберусь. Все в порядке. — Я не волновался. — Что-нибудь еще?
Маркус несколько долгих мгновений смотрел на меня, его темный взгляд был так похож на мой, что я словно смотрелся в зеркало.
— Что происходит, брат?
— Ничего не происходит.
— Это чушь, и мы все это знаем, — сказал Филипп. — Позволь нам помочь тебе, чтобы мы могли все сделать и вернуть тебя к рулю, где тебе и место.
Я встал и направился к двери, давая им понять, что разговор окончен.
— Я в порядке. Увидимся.
Они
