Читаем без скачивания Лиссабон слезам не верит - Юлия Алейникова

– Точно! – начала догадываться Юля, куда клонит муж.

– Значит, логично предположить, что они искали в саду что-то другое. Может, и клад, но другой.

– Гениально! – Юля чмокнула Василия в лысую макушку, не в силах сдержать восторг.

– Оба убийства произошли в саду, логично предположить, что Аську могли похитить из-за того, другого клада.

– Елки-палки! Но как мы его найдем? Сад такой огромный! – снова вскочила на ноги Юля.

– Пойдем на кухню. Я есть хочу, – буркнул Василий после минутной паузы. – Ты будешь готовить, я думать. У меня на голодный желудок умственная деятельность начинает притупляться.

– Я все думаю о вашей горничной, – устроившись за столом и нервно грызя засохший вчерашний кусочек хлеба, проговорил Василий. – На вилле одновременно действовали две шайки. Горничная и садовники. Они между собой связаны не были. В этом она не слукавила. В данный момент горничная с приятелем арестованы. Садовники мертвы. А Аська похищена. Вопрос: кто это сделал?

– Кажется, Мезе думала, что некто третий заодно с садовниками.

– Возможно. А может, и нет. Даже скорее всего нет. Но очевидно, что этот третий злоумышленник самый опасный. Потому что он и есть убийца, – мрачно глядя в стол, размышлял Василий. – И что у нас получается? Горничная арестована, садовники мертвы. По крайней мере, один из них наверняка. А вот третий, никому не известный и самый опасный искатель сокровищ, живой и здоровый гуляет на свободе. – Василий снова замолчал. – Судя по твоим рассказам, до сих пор он предпочитал действовать ночью?

– А почему ты говоришь в единственном лице? – обернулась к Василию Юля. – Может, их целая шайка.

– Не думаю. Убить соседа, а позднее садовника мог и один человек. К тому же у нас и так уже слишком много действующих лиц. И шайка, по моему мнению, могла бы действовать смелее и агрессивнее, а этот тип довольно осторожен. Но все же настойчив. Его не смущает ни ваша с Аськой бурная деятельность, ни два уже имеющихся у него на счету трупа, ни регулярные визиты полиции. Он вновь и вновь возвращается в парк, при этом у меня создается впечатление, что эти бессмысленные землекопания – дело исключительно садовников. Он наверняка знает, что ищет, и должен знать, где это спрятано. Но то ли ему катастрофически не везет, то ли он законченный идиот. Правда, идиот очень опасный. Возможно, с неустойчивой психикой. Ты никого не подозреваешь? Может, кто-то подозрительный возле виллы крутился?

– Нет, – уверенно покачала головой Юля. – Мы с Аськой сперва на садовников грешили, а потом на Мезе.

– А не мог это быть ваш сладкий приятель Анри? – подозрительно нахмурившись, спросил Василий. – Больно он скользкий какой-то.

– Нет, – с сожалением вздохнула Юля. – Он известный продюсер с мировым именем. У него собственный дом в Париже. Предки бароны, да и вообще. Он в Васильеву влюблен и, кажется, даже жениться намеревается, – неохотно закончила Юля.

– Жаль, – разочарованно поджал губы Василий.

– Да, – искренне согласилась Юля.

– Ну, значит, это какой-то неизвестный бандюга. Причем у этого типа явно не все дома. Иначе зачем так много трупов при нулевом результате.

– Действительно, – согласилась Юля. – Конечно, мы с Аськой жизнь ему не облегчали, да и сосед покойник все время под ногами путался, и Мезе по ночам шаталась. Но все же за это время уже можно было проявить решительность и достичь результата.

– Возможно, природная жестокость, а может, размер клада так велик, что пара человеческих жизней не кажется ему слишком высокой ценой, – откладывая сухарь, предположил Василий. – Скажем, смерть соседа была роковой случайностью. Он был пожилым человеком, может, его просто хотели оглушить, а он взял да умер?

– Его зарезали, – спустила мужа с небес на землю Юля.

– Да. Не получается, – приуныл Василий. – А чем это так пахнет?

– Баклажаны, тушенные с чесноком, рис с овощами и мясо, – зачитала Юля сегодняшнее меню.

– Ничего себе ты разгулялась, – удивился Василий, зная ее искреннюю нелюбовь к готовке.

– Я так стресс снимаю, – ответила Юля, проверяя рис. – Знаешь, возможно, он убил соседа просто от страха. В состоянии аффекта. Может, ты прав. Обычный обыватель, но очень жадный и с преступными наклонностями, узнает о спрятанных у нас на вилле огромных сокровищах. Первоначальным его намерением было тихонько пробраться на виллу и стибрить их из-под носа у хозяев. Но об этих же сокровищах каким-то образом узнают садовники. Они не знают места и вообще, похоже, ничего толком не знают, кроме того, что сокровища есть. И жутко мешают этому типу. К тому же по территории по ночам бродит вредный старикашка с соседней виллы. Бродит по дому горничная, а уж хозяйка с гостьей и вовсе чокнутые особы. Время идет, изъять клад не удается. Нервы у жадного типа на пределе, а тут еще встреча в темной аллее с соседом. Нервы сдают, он его убивает, потом в ужасе убегает и несколько дней прячется, ожидая возмездия. Возмездия нет. Он снова выходит на тропу, решив, что шумиха улеглась.

– Потому-то история и тянется так долго! – поддержал жену Василий. – Он крайне осторожен и при этом жесток! Каждый раз он думает, что все улеглось, но не тут-то было!

– Точно. Мне кажется, после каждого убийства наступало некое затишье. Да и после гибели Жуана у нас на вилле полиция дежурила. А потом, когда мы Мезе застукали, я видела в саду, точнее, мне все время казалось, что за нами кто-то наблюдает. Знаешь, просто мороз по коже продирал, – озвучила Юля свое неясное воспоминание.

– То есть он вас видел?

– Я почти уверена. Мне просто спину жгло, – передернула плечами Юля.

– Знаешь, вот я все думаю, – поджал губы Василий, – когда же ты, наконец, начнешь думать о ком-то, кроме себя?

– В каком смысле? – растерялась Юля.

– В таком! – вскочив с места, рявкнул Василий. – У вас под носом орудует опасный, безжалостный убийца, а ты все в игрушки играешь! Ты обо мне, о Маруське подумала? Денис с Никой уже взрослые, им мать, может, и не нужна, а вот Маруська…

На этом у Василия перехватило горло.

– Вась, прости! Я, честно, больше не буду. – По лицу Юли потекли слезы стыда и раскаяния.

Она представила себе Маруську, маленькую, пухленькую, озорную, свою сладкую, ненаглядную, обожаемую малышку, которая плачет и зовет маму, и все их с Аськой идиотские выходки предстали перед ней в ином свете.

– Прости, пожалуйста! Я просто законченная легкомысленная дура! – всхлипывая от жалости к ребенку и стыда за свои безответственные безумства, проговорила Юля.

– Вот именно, – оттаивая, сказал Василий и прижал жену к крепкой широкой груди. – И твоя подруга яркое тому подтверждение. Если бы не ваша самонадеянность, сидела бы она сейчас дома, с нами. И ей хорошо, и нам хлопот меньше.

– А что же теперь с Аськой будет, если ее этот маньяк похитил? – спохватилась Юля. – И почему ты все время говоришь об одном человеке? Вдруг их все же целая шайка?

– Наверняка он один. Иначе вас бы уже в живых не было, – мрачно взглянул на жену Василий. – Стала бы целая банда вас терпеть? А у него на всех просто рук, наверное, не хватало. И скорей всего, у него уже лопается терпение. – Василий отпустил жену и снова уселся на место. – Мы сегодня же устроим засаду. Пора с этим кончать. Я просто уверен, что он пойдет на дело. Теперь я сам этот вопрос решу, без вашего увальня инспектора. Этот усатый фанфарон, похоже, ни на что не годен. – Юля энергично закивала, полностью разделяя мнение супруга. – Ну, голубчик, держись. – Василий сжал пудовые кулаки. – Это тебе не с беззащитными женщинами воевать. Поймаю, шею сверну, не дожидаясь полиции.

– Нет. Пусть сперва скажет, куда Аську дел! – треснула по столу разделочной доской Юля.

– Ладно. Но потом пусть пеняет на себя.

– Слушай, а если он такой псих, и не драгоценности искал, то зачем ему Аська? – засомневалась Юля.

Василий задумался.

– Вы ему мешали? – спросил он после некоторого раздумья.

– Да, – неуверенно ответила Юля.

– Он мог залезть днем в сад на разведку. Ведь Мезе арестовали, садовники мертвы. Остались только вы вдвоем. А тут он застает Аську в одиночестве, дом нараспашку. Может, он оглушил ее и уволок с собой, чтобы ночью под ногами не путалась. Рассчитывал, что одна ты побоишься оставаться в доме и переедешь в гостиницу, и он наконец-то сможет извлечь свой клад. Поэтому никто и не звонит, и выкуп не требует.

– Может быть, – с сомнением ответила Юля. Какая-то посторонняя мысль постоянно крутилась у нее в голове, не давая сосредоточиться и мешая поверить в предложенную Василием версию.

– Ты чего, не согласна? – нахмурился Василий, видя ее отстраненный взгляд.

– Не знаю. Мне что-то не дает покоя во всей этой истории, крутится в голове, а поймать не могу. – И Юля замерла с горячей сковородкой в руке.

Василий ждал.

– Я поняла. Я вспомнила! – грохнула обратно на плиту сковороду Юля. – Есть один человек, который очень навязчиво советовал нам с Аськой пить на ночь снотворное и не болтаться по саду! Принимать снотворное, когда у нас тут такое творится!