По две капли в каждый глаз, умеренно подвести брови и губы. Недавно подстриженные волосы все никак не желали собираться в хвостик. Непослушные…
— Так не пойдёт. — грустно сообщив зеркалу о том, что транслируемое им изображение совсем не устраивает хозяйку, Женя проследовала на кухню.
В очередной раз, Иммунная отвесила невидимые дифирамбы создателям упаковки «тетрапак». С продуктами в Улье, по большому счету, на данном этапе развития большинства из оригинальных миров, обстояло все лучше и лучше. Будучи наблюдательной девушкой, Женя отмечала, что если в ближайшие годы тенденция на увеличение сроков реализации будет продолжаться, еда будет иметь все меньшую стоимость по сравнению с местной валютой. По редким рассказам деда, выходило, что ранее курс — условный килограмм еды, равнялся — условной виноградине. Потому как продукты требовалось добывать практически под ногами, порой вступая в противоборство с не одним и не двумя мертвяками. Теперь же, с массовым приходом капитализма, конкуренции и как следствие глобализации продуктовых сетей. Получалось, что ограбив условный Ашан или Метро, можно было сыто и пьяно существовать всему стабу не одну неделю. А поскольку количественно, их «прилетало» все больше и больше, то и конкуренция в добыче продуктов сходила на нет. Более того, зачастую, в связи с стоимостью аренды, Гиперсети строили свои Ангары в небольшом отдалении от города. На самом въезде в него. Как следствие, даже со свежими Зараженными вступать в ожесточенный бой не следовало. Пока в городе происходит месиво и жатва. Все необходимое, находится в трёх-четырёх километрах от «жары», да ещё и с удобным подъездом, развязкой а также вспомогательной техникой, для удобства в погрузке, любезно упакованных паллетов с едой…
Размышляя о предстоящей продуктовой дефляции, Женя вскрыла очередную упаковку с ультрапастеризованным молоком. Разогревая на газовой плите весь литр молока, она плавно замешивала в кружке смесь из какао и сахара. При закипании, добавляя тонкой струйкой тёмную смесь из кружки она выключила газ, и помешав для порядка ещё пару раз, наконец наполнила свою огромную чашку, свежим напитком юных леди и Богов…
И только настроение, наконец сподобилось явиться на порог ее дома, оно практически сразу махнув на прощание рукой и отчалило в другие миры. Туда, где у девушек ее возраста, совсем иные проблемы и сложности.
В спектре ее дара произошло движение.
Заражённый. Урка.
Оставив кружку, иммунная быстрым шагом подошла к двери. Питомец стоял в двух метрах от двери, ожидая когда она осмотрит его в дверной глазок.
Отсутствие конечностей не частый недуг на теле монстра. Было видно, что боли и какого либо дискомфорта Урка не испытывал, однако столь значительная травма, гарантировала, что их, ставшие постоянными вылазки, на какой-то промежуток времени будут остановлены.
— Где Ал? — немного волнуясь, тихо спросила Женя.
— Урч. — спокойно отвечал заражённый, водя из стороны в сторону своей огромной уже башкой.
— В морозилке есть брикеты с фаршем, воняют конечно, но думаю тебе зайдёт.
— Уркхам — согласился заражённый.
Когда они избрали этот дом местом промежуточного обитания, естественно, все бытовые приборы были выключены. Все что находилось в морозильных камерах было с душком, и для еды человеком не пригодно.
Однако, Урка был искренне счастлив, когда в подвальном помещении нашлись небольшие запасы деликатесов, в вакуумной упаковке.
Перепела, утки, ощипанный фазан… Монстр с удовольствием хрустел не аппетитными, с точки зрения человека косточками, порой даже не снимая упаковки.
Алви появился спустя полтора часа. Был он, как всегда молчалив, отстранен и выглядел довольно уставшим. Потому, в дебри скандалов, Женя не решилась погружать и без того, измученного парня. Казалось бы, зачем вовсе выяснять какие либо отношения. Но, для человека, что прожил свою жизнь во тьме, не стоял вопрос о том, чтобы пустить все на самотек. Она не могла и не хотела сдаваться. Эту войну, что затеял Ал, невозможно выиграть. Из неё нет пути к победе и счастью. Тот путь, несёт только смерть, боль и страдания. И пусть она бьется о его упрямство словно волны об острый утес, она никогда не отступит…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Урка.
Глупые. Глупые. Глупые люди.
Сколько лишнего и бессмысленного. Они не хотят быть счастливыми.
Не хотят жизнь без проблем и лжи.
Урка наблюдал за Алви и Женей. Урка наблюдал за Лео. Урка видит, как они все друг друга обманывают и хотят обманываться. Урка никогда не поймёт человека. Максим рассказывал ему, что существуют другие миры, где правда и счастье никому не нужны. Что там все живут ради денег, власти и лишь немногие для любви.
Только Урка знает как надо жить. Нужно много вкусной еды. Нужна стая. Чтобы проще было добывать много вкусной еды. Нужно расти и становиться сильнее. Чтобы не сожрали тебя, и можно было добыть много вкусной еды. Урка не понимал как надо жить в других мирах. Но он точно знал, как жить в этом. Тут ты либо становится сильным — либо становишься едой. Тут, в стае больше шансов выжить,чем поодиночке. Тут не нужно обманывать, стаю это ослабит, а Улей не обманешь в принципе. Тут у всего есть цена. И цена всегда жизнь.
Поскольку умом наделен был только Урка, ему приходилось брать на себя функции по увеличению стаи, и укрепление связей внутри уже действующих участников. Пока что он не был сильнейшим, и потому влиять на стаю как лидер он не мог. Но и будучи вторым можно многое привести в порядок. Именно этим он и занимался, в свободное от войны время.
Долго и не без сложностей, он налаживал связь с Женей. Человеческая самка была странным выбором, на взгляд Зараженного. Вспоминая образы самок из головы Максима, выходило, что ей по крайней мере не хватало нескольких килограмм на теле. Что спереди, что сзади. Ведь Урка точно помнил, те образы Максима, которые тот считал оптимальными. Однако, после того, как он попросил объяснить несоответствие желаемых форм с фактической натурой, Алви все же раскрыл секрет человеческой любви.
Очередная глупость, подумал тогда Монстр. Но после, он в полной мере проникся пониманием необходимости данного чувства для человека. В том числе, он наконец смог понять природу данной привязанности и даже полезность. Урка все понял.
Человек, пришедший из иных миров, очень и очень ленив. А Улей не терпит таких. Этот мир должен постоянно находится в движении. Его участки постоянно сменяют друг друга. Его обитатели так же как и сам мир, должны быть в постоянном хороводе деятельности. Его первые дети — Заражённые, также никогда не отдыхают. Они, будучи любимыми чадами всегда должны искать, убивать, убегать. Закон неизменен, ты либо ешь — либо еда.
В результате такому как Максим, что бы расти, быть сильнее, нужна дополнительная мотивация. Даже эта война, по сути продиктована необходимостью уменьшить поголовье конкурирующей стаи. Убивай других — становись сильным. И тогда никто не убьёт тебя. Если Максиму нужна для роста самка, значит пусть будет самка. Урке важен результат.
* * *
Совет. Илона Клеер.
Мальчишка разошелся не на шутку. Почему своей целью он избрал Секту, было не ясно. Но его рвению и успешности, можно было только позавидовать. Так сильно, Килдингам, кровь, ещё никто в этом регионе, не пускал.
Вообще, регион явно пребывал в хаотичном состоянии, по крайней мере, более чем всегда. Сколько игроков, реально сошлись в этой схватке, не совсем ясно. Аномалия на севере, большой передел зон влияния на юге, их собственная экспансия на востоке, а также огромная армия поддержки Секты, заходила с запада. Как будто сам Улей созывал в регион огромные силы. Но для чего? Что же должно было произойти?
